Король волков (ЛП)

Блейк, с виду скучающий, следует за мной.
— Успокойся, — шепчет он мрачным тоном. — Волки любят охотиться на маленьких кроликов. Твой пульс колотится так сильно, что даже я мог бы поддаться искушению пуститься в погоню.
— Замолчи, — резко говорю я. — Как такие отвратительные слова могут помочь?
— Кто сказал, что я пытаюсь помочь?
Когда мы доходим до двери, Каллум направляет меня в комнату. Его ладонь, лежащая у меня на пояснице, сильная и успокаивающая.
  
— Всё будет хорошо, — тихо говорит он. — Он просто хочет познакомиться.
Блейк входит следом и закрывает за нами дверь, изолируя шум из Большого Зала.
Такое чувство, будто я покинула ураган и теперь стою в самом его эпицентре.
Комната, в которой мы оказались, тесная, без окон. Душно. Бежать некуда.
В камине потрескивает огонь, наполняя воздух густым запахом древесного дыма. Над каминной полкой большой прямоугольник на каменной стене светлее остальных, словно там когда-то висела картина или гобелен, но их убрали.
Мебели нет, кроме пары высоких кожаных кресел. В одном из них сидит Король Волков, барабаня пальцами по подлокотнику.
Теперь, когда я знаю, что они братья, я вижу между ними сходство, несмотря на разный цвет волос и татуировки, покрывающие руки Джеймса.
Высокие, широкоплечие, и хорошо сложенные, я могу представить, какое грозное зрелище они представляют собой на поле боя. У них одинаково упрямо очерчен подбородок и миндалевидная форма глаз, хотя у Джеймса они карие.
Мы оцениваем друг друга, и неловкая тишина распространяется по комнате. Заставляю свой пульс успокоиться, а спину оставаться прямой, подавляю эмоции.
Будь смелой.
Наконец, Джеймс наклоняется вперед.
— Итак, это принцесса Южных земель.
— Она… — начинает Каллум, но взгляд Джеймса устремляется на него.
— У тебя уже был шанс высказаться, брат, — его тон резкий и грубый.
Слышу, как Блейк хихикает, прислонившись к двери и скрестив руки на груди.
Встречаю взгляд Джеймса.
— Да.
— Из-за тебя погибло много моих людей, — говорит он. — Хороших людей.
Каллум стискивает зубы, и по его лицу пробегает тень боли. Словно он несёт на себе бремя этих потерянных жизней.
— Из-за вас тоже погибло много моих людей, — тихо говорю я.
Челюсть короля напрягается так же, как у Каллума, когда он недоволен. Он проводит рукой по щетине.
— Наши источники сообщают, что Сердце Луны у твоего жениха. Это правда?
— Не знаю. Я встречалась с ним лишь дважды.
Его взгляд перемещается к Блейку.
— Мы уверены, что оно у него?
Блейк пожимает плечами.
— Насколько это вообще возможно.
Джеймс поднимается, и я напрягаюсь от силы, что исходит от него. Каллум слегка смещается, чтобы его рука оказалась передо мной.
Я борюсь с желанием отступить.
— Мой брат опозорил тебя? — голос Джеймса опасно тих.
Во мне вскипает негодование, щёки пылают.
— Я бы никогда не… — рычит Каллум.
— Я чувствую твой запах на ней, брат! — Глаза Джеймса сверкают, когда он смотрит на Каллума. — О чём ты думал? Ты похищаешь принцессу нашего врага, не посоветовавшись со мной, навлекая на нас гнев армии их короля, и армии Себастьяна! План, который бы мне понравился, будь мои люди к нему готовы, и не стань ты таким сентиментальным из-за девушки! На него работают волки, понимаешь? Он обратил заключенных. Если я чувствую твой запах на ней, они тоже почувствуют. Как, блядь, мы будем торговаться, когда Себастьян узнает, что ты поимел ее первым?
Моё дыхание учащается, живот сжимается. Кажется, будто все внутренности превращаются в сталь.
— Мы не обменяем ее. — Тело Каллума тревожно неподвижно.
— Ты забываешь своё место, брат. Не заставляй меня отправлять тебя в темницу.
Каллум смеётся, но это не его обычный, лёгкий смех, он звучит мрачно и незнакомо.
— Хотел бы я посмотреть, как ты попытаешься.
Воздух в комнате сгущается, и напряжение становится почти осязаемым. Как туго натянутая резинка. Каллум дышит часто, а бицепсы Джеймса напрягаются под тканью рубашки.
Мне нужно что-то сделать, что угодно, лишь бы этого не случилось. Если они сцепятся и победит Джеймс, мне конец. Каллума запрут, оставив мою судьбу в руках Короля Волков, который явно не желает меня здесь видеть. Если же победит Каллум, среди волков начнется межклановая война и разъярённая толпа всё равно набросится на меня.
— Здесь я могу быть вам полезнее, — говорю я тихо, но отчётливо.
Оба резко поворачивают головы в мою сторону.
— Вы даже не уверены, что реликвия, которую вы ищете, у Себастьяна. — Я заставляю свой голос звучать тверже, властно. — Я выросла во дворце Южных земель. Я знаю Королевский Город. Знаю его укрепления. И, что важнее, я знаю, как мыслит мой отец. Моему отцу и Себастьяну нет дела до моей безопасности, я для них всего лишь пешка, значение имеет лишь то, что вы меня забрали. Это заставляет их выглядеть слабыми. Они не остановятся ни перед чем, чтобы вернуть меня, и это сделает их беспечными.
Я заставляю себя посмотреть в глаза Королю Волков.
— Если вы хотите выиграть эту войну, вам не нужен какой-то древний камень с сомнительной магией. Вам нужна стратегия. Нужна я.
На губах Джеймса мелькает первый намёк на улыбку, когда он смотрит на меня.
— И почему мы должны доверять тебе, дочери врага?
— Она сама решила прийти сюда, понимаешь? — вмешивается Блейк, разглядывая свои ногти. — Так странно для кролика добровольно идти в логово волков.
— Неужели? — переспрашивает Джеймс.
— Да. — Голос Каллума звучит почти гордо. — Это правда.
Джеймс с шумом выдыхает, а затем смеётся.
— Охуенно. Оставим её. Разозлим этих южных кисок. Без обид, Блейк.
Он шлёпает Каллума по плечу, затем проходит мимо нас к двери.
Когда он оглядывается на меня через плечо, на его лице мелькает нечто нечитаемое. Я напрягаюсь, даже когда Каллум расслабляется рядом со мной. В его взгляде есть что-то жесткое. Что-то расчётливое.
Что-то здесь не так. Его было слишком легко убедить. Слишком много его людей погибли из-за меня.
Блейк тоже наблюдает за ним настороженно.
Джеймс улыбается, и я почти готова поверить, что мне это показалось.
— Идем. Отложим эту тему. Сегодня мы пируем. Не сомневайтесь, армии Южных земель уже в пути. Завтра мы подробнее обсудим, как принцесса может быть нам полезна.
Глава сорок восьмая
Большой зал преображается к празднику Джеймса.
Все выпивают, смеются и кричат. Мы едим жареную оленину, картофель и овощи, политые маслом. В двух каминах потрескивает огонь, прогоняя ночной холод, который проникает сквозь узкие окна. Воздух насыщен запахом древесного дыма.
По мере того, как ночь становится темнее, еду убирают, и люди пускаются в пляс под веселую музыку оркестра в углу. Звуки волынок, скрипок и барабанов сливаются с грохотом топающих ног, от которых содрогается зал.
Со стороны это может показаться радостным событием. Но эмоции в моей груди столь же бурные, как пары, кружащиеся на танцполе, и ветер, дребезжащий в окнах.
Что-то не так.
И хотя Джеймс приказал волкам не причинять мне вреда, весь вечер на меня падают враждебные взгляды. Мысль о том, что Магнус и его друзья, должно быть, где-то здесь, заставляет меня напрягаться еще сильнее. Я не хочу, чтобы эти отвратительные люди даже смотрели на меня.
И, что еще хуже, я не доверяю Королю Волков.
Меня тревожит то, как он на меня смотрел. Каковы бы ни были его планы, сомневаюсь, что они сработают в мою пользу.
У меня не было возможности высказать свои опасения Каллуму. Он весь день был на встречах с другими Альфами, оставив меня в покоях под присмотром Райана у двери.
  
А теперь мы сидим за столом для Альф и Каллум погружен в беседу с братом о тактике боя. Как, впрочем, и большую часть вечера.