Король волков (ЛП)

И особенно волков. Или Альф. Или Альфа-волков, которых, судя по всему, боятся даже другие Альфы.
Каллум назвал Блейка самым опасным мужчиной во всем Королевстве Волков, а я только что дала ему пощечину. Богиня!
Когда пелена ярости и смятения рассеивается, я замечаю, что Блейк улыбается. Его щека ярко красная, а глаза блестят.
— У кролика отросли коготки, — говорит он.
  
— Не прикасайся ко мне снова.
— Взаимно, — отвечает он и возвращается через комнату, бросая ожерелья на стол, прежде чем плюхнуться в кресло. — Из любопытства, что ты сделаешь если я снова к тебе прикоснусь? — Он выгибает бровь. — Подмешаешь крушину в мой чай?
Я сужаю глаза.
— Аконит.
Он улыбается, откидывается на спинку кресла, закидывает ногу на ногу. Берет книгу и начинает читать, будто он со мной закончил, будто я не представляю никакой угрозы.
Решаю, что он не стоит больше ни секунды моего времени. У меня есть дела поважнее. Резко разворачиваюсь на каблуке и иду по направлению к двери.
— Аврора, — говорит Блейк.
— Что?
— Ты же не собираешься предстать перед Королем Волков в таком виде?
Не ведись. Не ведись. Не…
— Что не так с этим платьем? — всё же спрашиваю я, оборачиваясь.
— Ты похожа на хорошенькую куколку, — произносит он таким тоном, что это звучит совсем не как комплимент.
— Возможно в этом и смысл.
— Но это не королевство людей.
— То есть?
— Ты хочешь предстать перед Королем Волков как королева или как кукла?
— Я не королева.
Он изгибает бровь.
— Значит, кукла?
— Я буду кем угодно, если это поможет мне выбраться отсюда живой.
Он ухмыляется.
— Джеймсу нравятся смелые женщины.
— Я тебе не верю.
— Что, вероятно, мудро. Но сейчас я не лгу.
Хмурюсь, выходя из его покоев.
Как бы я не хотела это признавать, но я отправилась в покои Блейка, чтобы выплеснуть свою сдерживаемую ярость. Если уж на то пошло, сейчас я чувствую себя еще более неуютно. Мои мысли путаются, пока я иду по каменным коридорам и возвращаюсь в комнату Каллума.
Лжет ли Блейк, чтобы выставить меня дурочкой? Или его совет был попыткой помочь? Не могу понять. Что же делать? Как мне ориентироваться в этом темном и коварном лесу, если указания дает большой злой волк?
Каллум все еще смотрит в окно, когда я возвращаюсь. Он поднимает глаза, и во взгляде мелькает беспокойство.
— Ты в порядке, принцесса? — Выражение его лица мрачнеет. — Блейк тебя расстроил?
— Я… нет… — я качаю головой. — Всё хорошо.
Он сглатывает, кивает и, тяжело выдохнув, снова поворачивается к горам.
— Хорошо.
— Ты сожалеешь об этом, да? — Я стараюсь звучать уверенно, будто меня не задевает его отстраненность после того, что случилось прошлой ночью, но голос слегка дрожит.
Он поворачивается ко мне, приподняв брови. Выражение его лица смягчается. Он приближается, и его крупная фигура будто накрывает меня с головой. Я отступаю, а он мягко направляет меня к кровати. Когда мои ноги упираются в край матраса, я опускаюсь.
Он приседает между моих ног и кладет руки на мои бедра. Выражение его лица серьезное.
— Нет, — говорит он. — Никогда. В другой жизни, при других обстоятельствах, мы бы провели это утро в постели, со мной между твоих бедер. — Уголок его губ приподнимается, а мои щеки заливает румянец. — Но учитывая, в какой ситуации мы оказались, признаю, я слегка… обеспокоен этим утром.
Часть тревоги, сжимавшей грудь, отступает, уступая место новому, более сильному беспокойству.
— Значит, ты все-таки переживаешь из-за короля.
Он вздыхает.
— Есть вероятность, что ему не слишком понравится… насколько я стал тебя защищать.
Что-то в груди теплеет от искренности в его взгляде.
— Тебе не обязательно говорить ему.
— Он и так узнает.
— Как?
— От тебя пахнет мной.
Жар заливает лицо, и причина, по которой Блейк знал, что между нами что-то произошло, становится очевидной. Часть меня задается вопросом, не поэтому ли Каллум был рад, что я решила навестить Блейка.
— О… Тогда мне нужно помыться.
— Видишь ли, в этом-то и проблема. Я хочу, чтобы от тебя пахло мной. Мне это нравится. И я хочу, чтобы каждый волк знал, включая Джеймса.
Скрещиваю руки на груди.
— Это звучит неразумно.
Он усмехается.
— Но я и не говорил, что благоразумен. Кроме того, уже нет времени на ванну. Если только ты не хочешь искупаться в озере.
Каллум приподнимает брови, и я улыбаюсь, вспоминая, какой холодной была вода, когда я мылась в Глен Марбе. Судя по его ухмылке, он тоже об этом помнит.
Он вздыхает, и его дыхание клубится у него перед лицом.
— Нам пора.
Его губы мягко касаются моего лба, и мои руки сами тянутся к его груди, пальцы хватают ткань рубашки. Он такой твердый и крепкий под ней, и мне так хочется найти утешение в этой силе, найти утешение в нем. Его ладони на мгновение сильнее сжимают мои бедра.
Внутри меня вспыхивает жар, несмотря на слова, которые он бормочет, прижавшись губами к моей коже:
— Пора встретиться с Королем Волков.
Глава сорок шестая
Коридоры замка за пределами покоев Каллума кажутся холоднее, а тени длиннее. Факелы на стенах мерцают, когда мы проходим мимо, словно одержимые тем же тревожным напряжением, что накапливается у меня в животе.
Той ночью, когда я спускалась по ступеням в псарню замка Себастьяна, мне казалось, будто я вхожу прямо в пасть огромного зверя.
Теперь он меня проглотил.
И когда я предстану перед Королём Волков, я узнаю, собирается ли он пережевать меня и выплюнуть обратно. Или еще хуже.
Каллум шагает рядом, его ладонь лежит у меня на пояснице. Тепло, которое он излучает, слабое утешение. Особенно когда он непривычно тих. Его тяжёлые шаги эхом отдаются от каменных стен, размеренные и медленные, словно он пытается отсрочить неизбежное.
Когда мы подходим к лестничному пролёту, с нижних этажей замка доносятся громкие голоса, пронзающие мрак. Возбуждённые, взбудораженные, даже полные гнева. Это напоминает мне шум, который можно услышать в день казни в Королевском Городе.
Возможно, сегодня состоится казнь.
И всё же, о чём я могу думать, так это о платье, что на мне надето. Оно белое и с длинными рукавами.
Идеальная кукла, вот как, по словам Блейка, я выгляжу.
В моей жизни было так мало вещей, которые я могла выбирать сама: за кого выйду замуж, где буду жить, каково моё предназначение. Но одежда. То, как я выгляжу, это выбор, который у меня всегда был.
И в этом я была хороша. Мои платья были маскировкой, мой макияж маской. Я могла выбрать: раствориться в толпе в Большом Зале или стать центром внимания на пышном балу.
У меня был этот выбор сегодня утром. Я думала, что приняла правильное решение, и всё же Блейк меня задел.
Может, стоило выбрать другое?
— У Короля Волков есть жена? — спрашиваю я, пока мы спускаемся по лестнице.
— Хм? Нет.
— Какие женщины ему нравятся?
Каллум приподнимает бровь, словно его удивляет вопрос.
— Не знаю. Симпатичные девчонки, полагаю.
Я вздыхаю.
— А его последняя возлюбленная, кто она была?
— Клэр. — Он усмехается. — Она была пылкой. И держала его в напряжении, это точно.
Ко мне возвращаются слова Блейка.
Джеймсу нравятся смелые женщины.
Он говорил правду.
Я замираю на последней ступени.
— Боги, Каллум!
Его брови сдвигаются.
— В чём дело?
Сердце колотится в грудной клетке, а в голове проносятся варианты. Я бросаю взгляд на дверь впереди, зная, что коридор за ней ведет в Большой Зал, где я встречу свою судьбу. И оглядываюсь через плечо на лестницу.
  
Делаю глубокий вдох.
— Мне нужно переодеться.
— Рори… — в его тоне звучит предостережение, но я уже разворачиваюсь. И бегу обратно по лестнице, едва не спотыкаясь о собственный подол. Каллум следует за мной. — На это нет времени!