Илион. Книга 1: законы алхимии (СИ)
- Не знаю, что здесь происходит, но ответов от тебя не прошу. На первое время ты, наверное, в безопасности. Возьми одеяло, эта одежда не годится для походов.
С этими словами Лекс пошел собирать свои вещи. Эмилия стояла в нерешительности, ее лицо было крайне напряжено, она как будто принимала какое-то решение. Когда алхимик накинул плащ с рюкзаком и, прощаясь, беззаботно вскинул руку, девушка быстрым шагом подошла к нему, заглянула в лицо и сказала:
- Я тоже направляюсь в Баруду! И буду рада, если… - Эмилия замешкалась, теряя пыл, - если бы ты… мы могли бы… Можно я пойду с тобой? – совсем тихо закончила она.
Лекс задумался, пристально глядя ей в глаза. Трудно было определить: то ли он раздумывал, как сказать «нет», то ли прикидывал, во что ему обойдется «да». Пауза затянулась, девушка уже вообще не была уверена, над ее ли вопросом размышляет алхимик. Тот, наконец, улыбнулся и, кивнув, ответил:
- Хорошо. Вместе веселее.
При свете дня, Эмилия смогла повнимательнее рассмотреть юношу: точный возраст определить сложно – явно за двадцать, но, пожалуй, до тридцати. Не расчесанные, черные, правда, с проседью, волосы. Мягкое, чуть насмешливое и, в то же время, усталое выражение лица. Карие глаза, взгляд внимательный, но направлен всегда, как бы вглубь собеседника и слегка мимо, трудно объяснить, как если бы человек глубоко задумался о чем-то своем, но по необходимости продолжал разговор. Про таких людей сложно сказать, что у них на душе.
- Отлично! Тогда в путь! – бодро сказала девушка и, накинув одеяло, как плащ, зашагала за Лексом.
Лес закончился часа через два, далее - полями да перелесками. Путники все чаще встречали следы цивилизации: пашни, одинокие заброшенные лачуги и небольшие поселения. Всюду чувствовалось дыхание осени. Леса все больше облекались в желтые и багряные цвета, пахло мокрой землей, воздух становился прозрачным и холодным, небо тяжелым и капризным.
Шли, в основном, молча, изредка обмениваясь короткими фразами. Но, когда по узенькому бревенчатому мосту пересекали мутную речку, застрявшую между двумя холмами, Эмилия решилась нарушить тишину:
- Лекс?
- Мм?
- Ты, ведь, не местный?
- Нет.
- Но, как ты узнал, кто я? Мы ведь даже не встречались.
- А-а, ну, тут все просто. Как-то раз я был в Патале на празднике Благоденствия. Тогда мы и встретились. Не удивительно, что ты не помнишь, это было пять лет назад, да и знакомство было формальным, – немного задумавшись, Лекс добавил.
- Я тебя тоже далеко не сразу узнал, ты изменилась… - алхимик запнулся, погладил челку и неловко закончил, - повзрослела…
- Пять лет назад? – Эмилия задумчиво приставила палец к губам. – Да, припоминаю… Праздник тогда приурочили к чествованию героев войны в Аббадане.
- Угу.
Пару минут шли молча.
- Я сказал, что ни о чем спрашивать тебя не буду, но поскольку теперь мы путешествуем вместе, мне, может, полезно будет знать. Почему тебя преследовали твои подчиненные, да еще и угрожали убийством?
- Они не мои подчиненные.
- Как? Я думал, ты вступила в должность мэра. По праву наследования.
Эмилия глубоко вздохнула, потом, как бы в чем-то себя убедила, уверенно кивнула и сказала:
- Я должна была вступить в должность месяц назад, после наступления совершеннолетия, но я отказалась… - девушка бросила взгляд на Лекса и, заметив его невысказанное удивление, продолжила:
– Видишь ли, в Вересии наступает эпоха перемен. После вступления на трон нового короля, который мало интересуется политикой, графства и герцогства потихоньку начали реализовывать давно назревшие реформы, не все, конечно, некоторые регионы до сих пор остаются верны традициям, но все же… В общем, я отказалась от управления городом в пользу власти городского совета. Это, что-то вроде парламента… Долго объяснять, – Лекс незаметно улыбнулся, но смолчал. – Не успели утвердить состав совета, как четыре дня назад, барон Астролд совершил переворот и узурпировал власть, жестоко расправляясь со всеми, кто мог ему помешать. Мне удалось сбежать.
- Астролд?.. - Лекс на минуту задумался. – Глава службы безопасности.
- Он самый.
- Да уж, Эми, - алхимик покосился на девушку, - даже не знаю, что сказать…
Эмилия улыбнулась, так ее давно никто не называл. От возбужденного пересказа недавних событий у нее мило раскраснелись щеки. Наконец-то девушка почувствовала облегчение. У нее появился тот, с кем можно поговорить, союзник, пусть и временный. Тревога и беспокойство, конечно, никуда не исчезли, но отошли на второй план.
- Неужели король не вмешается? – продолжал Лекс.
Эмилия досадливо махнула рукой:
- Нет. Ему не до этого, король занят пирушками, да охотой.
- Мда… А, зачем тебе в Баруду?
- Астролд не оставит меня в покое. Закон о Городском совете нелегитимен, и, официально, я являюсь мэром. В Баруде буду искать помощи. Герцог Рион мой дядя.
- Вот как, - неопределенно сказал алхимик, - будешь бороться за свержение Астролда?
- Сделаю все возможное… - вздохнув, тихо сказала Эмилия, затем, как бы спохватившись, продолжила, - Лекс, я все думаю: мы же направляемся в Рапану?
- Угу.
- Но безопасно ли это, наверняка ищейки Астролда в первую очередь будут проверять станции.
- Не безопасно, - согласился Лекс, - но мне срочно надо попасть в Баруду, да и тебе медлить, пожалуй, не с руки. А пешком путь займет недели две. – Алхимик посмотрел на обеспокоенную девушку. – Будем надеяться, что у Астролда сейчас ворох проблем и острая нехватка людей.
Глава 3
Проклятое зелье затмения мешало сосредоточиться. Обычное зрение восстановилось. Зрение алхимика – не в полной мере. Лекс планировал закончить эксперимент к полуночи, но стрелки на часах уже ползли к трем, а у юного алхимика все что-то не ладилось. Но откладывать дальше он не хотел, и так слишком долго готовился. К тому же еще этот сегодняшний случай с Рином…
Лекс стоял в середине пиктограммы, занявшей почти все место в комнате, и в многочисленных узорах, формулах, разложенных тут и там разных предметах, искал изъяны. Что-то стирал, что-то дорисовывал, менял местами.
Два месяца назад, во время учебной поездки на гору Холн, Сиону посчастливилось найти Камень Забвения, или, как его называют алхимики – арцит. Этот один из самых сильных и редких материалов способен аккумулировать в себе чистую энергию звезд (верующие люди называют ее - энергия Юнии) и менять, усиливать или ослаблять свойства материи. При помощи этого камня можно достичь значительных результатов и в магии, и в алхимии. Считается, что в чистом виде его давно не существует, черно-голубой осколок в руках Лекса состоял из арцита процентов на восемь-девять.
Существует легенда, что орден Мерцающих, который основал один из первых алхимиков Ктар, построил алтарь, где вокруг гексаграммы стояло четыре пьедестала из чистого арцита. Фанатичный орден с обезумевшим главой хотел провести грандиозное преобразование: соединить Верхний и Нижний мир, создав «идеальный Илион». К счастью, этому не суждено было сбыться. Первый император Адэ объявил войну ордену. Мерцающих преследовали по всей империи. Самые преданные адепты во главе с Ктаром дали последний жестокий бой, в святилище с упомянутым алтарем. Мерцающие были уничтожены, а алтарь погребен и запечатан, никто не знает, где он находится и существует ли вообще. Император же объявил алхимию вне закона, которой она оставалась почти двести лет, затем вето постепенно ослабевало, но долгое время к алхимикам относились с недоверием и осторожностью, и только сравнительно недавно – чуть больше полвека назад, алхимию признали наукой.
Во времена Ктара алхимией мог заниматься кто угодно, сейчас же это ремесло доступно только людям обладающим зрением алхимика – способностью видеть и вычислять свойство материи. Благодаря такому положению дел (на территории империи это, вообще, регламентировалось законом) алхимия стала гораздо эффективнее и безопаснее. Хотя и по сей день со зрением алхимика связанно масса предрассудков и суеверий, его часто называют «глазами демона», а самих алхимиков нечестивыми. Между тем, способность эта практически не изучена: никак она появляется (дети со «зрением» одинаково случайно могут родиться в семьях, где родители имеют это свойство и в семьях, где много поколений подряд эта способность не встречалась), ни как она работает. На сегодняшний день, по всему миру насчитывается всего около тысячи алхимиков. Интересен тот факт, что в природе не существовало людей, имеющих одновременно способность к магии и зрение алхимика. Такой человек непременно обрел бы могущество: алхимики способны видеть энергию звезд, но не могут напрямую манипулировать ей, волшебники, напротив, могут лишь смутно ощущать энергию, но вся их магия основана на ее преобразовании. Собственно, результат соединения миров, в представлении Ктара, должен был способствовать созданию сверхлюдей, обладающих обеими способностями, и вывести человечество на новый уровень развития.