Газлайтер. Том 36 (СИ)
Маша нахмурилась, изучая карту:
— Как контрабандисты вообще сюда попали? — спрашивает она, переводя взгляд на меня.
Гришка усмехается:
— Ничего удивительного, Маш. Граница с Хань огромная, сплошного контроля нет. Люди просачиваются мелкими группами, в том числе и те, кто торгует контрабандой. Рисоеды идут в глухую тайгу, где никто не проверяет паспорта, и где проще всего провезти товар.
— А что они здесь ищут? — уточняет Маша.
— Иномирские растения из Сибирской Аномалии, — отвечаю я. — Через неё споры просачиваются в этот мир, падают в тайгу, и потом прорастает всякое.
Маша округляет глаза:
— Но залетает же всё подряд? Да там же сорняков куча! Не легче сходить на Ту Сторону?
— Легче, — улыбаюсь. — Если у тебя есть портальные стелы, то можно не замарачиваться с опасной контрабандой к соседям.
Маша мило покраснела.
— Глупость сморозила, — кивает она. — Поняла, Даня.
И замолкает, задумавшись. Впрочем, я и сам понимаю, о чём она. Бывшая княжна Морозова быстро привыкла к нашему уровню — всё это для неё стало обыденностью: путешествия между мирами, сильные артефакты, собственные порталы. Для неё это просто часть жизни, а ведь даже князья Русского Царства не могут так свободно ходить на Ту Сторону. Мы — не просто знать, мы другой уровень.
У нас и порталы, и Дары разных стихий, и вассалы самых разных рас. Мы держим владения даже в закрытой Херувимии. И при всём этом мы даже близко не самые многочисленные, и это остаётся слабым местом. Попробуй-ка сам с нуля поднять род, чтобы всего было в достатке: и людей, и земель.
Теперь я регент Багровых Земель, а возни — только больше.
— Когда я открою Транспортный портал, — продолжаю, — все даже рисоеды будут закупать те же растения оптом.
— Не забудь только ограничить ханьцам ассортимент, — подмигивает Гришка.
— Конечно, — хмыкаю. — В любом случае мы перекроем рынок контрабандистов и лишим их хлеба. Пока же они делают деньги на дефиците.
Гришка кивает, складывает карту и убирает карандаш в подсумок:
— Тогда приступаем к операции, Филин? — смотрит на меня как на командира.
— Ага, — отвечаю, бросая взгляд на Анастасию. — Твой позывной, Настя?
— «Метла», — улыбается она, тряхнув хвостом, который забавно торчит из-под бронешлема и пушистым кончиком почти касается пояса. Забавный, но запоминающийся позывной.
— Добро пожаловать в «Юные русичи», «Метла». — Протягиваю руку; она охотно пожимает её.
Я совершенно уверен: детали операции останутся конфиденциальными — Анастасия в этом заинтересована. Гришка мечтает влиться в мой Доминион, а его новая жена, бывшая княжна Лопухина, воспитана в строгих аристократических традициях: клятва верности для неё — святое. Образцовая дворянка не выдаст ни секретов мужа, ни планов его будущего сюзерена.
Впрочем, про меня в последнее время уже и так многие шепчутся — мол, мой Рой не такой, как у остальных Филиновых. Слишком уж много способностей я демонстрировал, пускай и припрятал самые важные. Да только аристократы не понимают, что у меня нет никакого Роя — у меня Легион. Да, он происходит от Роя, корни те же, но Гора столько наворотил с моей судьбой плюс я сам начал развивать это дело с пеленок, что старыми ограничениями тут не пахнет.
Мы приближаемся к базе контрабандистов. Тавры тоже двигаются бесшумно. Они сами по себе тихие, а сейчас еще и не звенят кольчугами. В дружине произошли реформы с подачи Булграмма, и стальную броню они сменили на экипировку из армидных волокон.
Вижу, как на их масках под рогами горят полосы тактических индикаторов.
Неподалеку от забора я поднимаю ладонь, останавливаю отряд.
— Ровно тридцать контрабандистов, — уточняю по мыслеречи.
Гришка кивает:
— По данным допросов пленных больше и не должно быть.
— Половина в пристройке, половина в основной хижине, — прикрыв глаза сканирую округу. — Тавры возьмут пристройку. Там пятнадцать человек — в основном сканеры, да семеро слабых Воинов. Гриша, мы с женами берём основную базу. Она вся наша.
— Делимся на двойки? — Гриша глядит в корень. Нужно дезориентировать противника и напасть с разных сторон.
— Метель — со мной на восточную сторону. Метла и Степняк, штурмуете через западное окно.
Все кивают, в том числе и Анастасия, которая, возбужденно блестит глазками. Я подаю сигнал, и отряд срывается с места. Тавры вырываются из тени леса. Широкие силуэты мелькают между стволов и несутся к пристройке.
Наш квартет разделяется. Я с Машей подбираюсь к главному зданию заброшенного лесозавода.
Перед самим штурмом я достаю из разгрузки три специальных дымовых шашки. Это не обычная завеса, а наша родовая разработка — газ с частицами, насыщенными маной.
Позади нас Тавры уже начинают зачистку. Слышу, как они кидают обычные дымовые шашки в окна пристройки, через мгновение — взрывы и шипение. Отполированные рога дружинников вспыхивают отражённым светом, и они врываются внутрь. Следом — короткие вспышки громобоев, характерные щелчки и крики, быстро обрывающиеся.
За секунду до того, как броситься вперёд, разбиваю локтем, обвитым теневым доспехом, окно, и в проём летят мои шашки. Они взрываются с приглушённым хлопком, и по помещению мгновенно стелется густой белый туман.
— Пошла! — коротко бросаю по мыслеречи. Подсаживаю Машу, она ловко ныряет в окно, я следом подтягиваюсь и запрыгиваю внутрь, скользя по пыли и битому стеклу. Внутри видимость почти нулевая, но я ориентируюсь не на обычное зрение.
Дым насыщен мельчайшими песчинками, заряженными маной. Я переключаю восприятие — включаю энергозрение. Мир окрашивается в контуры: стены, мебель, фигуры врагов, покрытые энергочастицами. Всё вибрирует, будто дышит. Каждый живой организм — это светящийся сгусток.
Пятеро контрабандистов в комнате мечутся и орут что-то на ханьском. Они ничего не видят. Для них туман — это сплошная стена, полностью блокирующая даже инфракрасное излучение. Их приборы ночного видения — бесполезны, мёртвые куски пластика.
Двое сканеров среди них тоже начинают паниковать — ирония в том, что они как раз видят сквозь дым, но не могут объяснить остальным, что происходит. Не телепаты же, хех. Так что остаётся им только беспомощно наблюдать, как я с Машей приближаемся к ним неотвратимо.
А вот я — телепат. Мне проще. Я передаю Маше зрение Жоры, чтобы она видела картину так же чётко, как я. Одновременно держу связь с Гришкой и Анастасией, которые работают в другом крыле. Там Ломтик уже выскользнул из теневого портала — на нём огромные энергоочки, похожие на старые авиаторы. Через них он всё видит до мельчайших деталей, и я ретранслирую его зрение прямо в сознание Гришки и Анастасии. Теперь они тоже видят в дыму.
Вообще для меня эта операция самый настоящий отдых. Как в старые добрые времена, я тестирую новые фичи и дорабатываю то, что потом пойдёт в гвардию и дружину. Энергоочки пока существуют в единственном экземпляре, поэтому их и надел на Ломтика, способного к телепортам, — чтобы ретранслировать его зрение на канал всем кому нужно. Но в будущем я хочу, чтобы каждая штурмовая группа имела такие.
Маша действует мгновенно. Я только успеваю передать ей ментальную картину с отметкой врагов, и она уже разворачивается на месте — движения быстрые, точные, без лишней жестикуляции. Ледяные копья рождаются у неё в ладонях одно за другим. Вспышки голубого света прорезают дым, короткие вскрики — и трое физиков падают почти одновременно, не успев даже вскрикнуть. Двое сканеров следом идут в расход.
Я специально не вмешиваюсь. Просто наблюдаю за брюнеткой, внутренне удовлетворённый. Чисто сработала, при том что мы еще не репетировали именно с Машей работу по моим данным. Это у Светки или у Насти опыта хватает.
Сам я в этот момент сосредотачиваюсь на последнем бойце, который с чего-то вдруг забежал в комнату, полную газа. Слепо оглядываясь, он собрался раскидать огнешары. Выпускаю пси-удар, и ментальный щит противника разбивается, как хрупкое стекло. Секунда — и я уже внутри его сознания.