Академия высших. Путь к дракону

Та самая невысокая блондинка с идеальной фигурой и надутым самомнением просто провела над травой ладонью. Та полыхнула огнём. Блондинка зачерпнула его и слепила в шар. Усмехнувшись, словно приглашая на бой, посмотрела на меня. Но я была слишком умиротворённой после танца Оланы. Нисана перебросила горящий шар с одной ладони на другую и метнула в воздух. Подлетев, тот превратился в небольшую птицу. Та почти сразу рассыпалась горсткой пепла. Ничего себе!
  
Очкастый Нед и остальные захлопали. Нисана ещё выразительнее надула губки. Наверняка дочь богатых родителей, капризная и взбалмошная, сразу видно.
– Нед? – проговорила Гаята.
Тот пожал плечами.
– А что я? Я ничего.
– Не выпендривайся, Недди, – хмыкнула рыжая хищница. – Давай, намалюй свои цифры. Он их везде видит.
– А что? Мир состоит из цифр. Мне вас жаль, что вы не видите этой стройной красоты. – Нед поправил очки и достал из висящего на его боку планшета лист бумаги – длинный, почти свиток. Сказал мне: – Назови что-нибудь. Лучше не слишком большое.
– Вихрь, – сказала я.
– Это не предмет, – фыркнула Нисана, отбросив назад идеально уложенные волосы.
– Я справлюсь, – буркнул Нед, глянув на капризную блондинку, словно показывал только ей.
Задумался на мгновение, а потом начал писать длинные формулы, измарав ими весь лист. Стало довольно скучно, математика не была моим любимым предметом в школе. Хотелось спросить: «Ну и что?»
Нед закончил расписывать забористыми значками страницу. Потёр переносицу, выдохнул и сказал:
– Готово.
Над расписанным листом вдруг закрутилась небольшая чёрная воронка. Цифры и знаки превратились в вихрь, тот даже немного подвывал.
– С ума сойти, – только и выдавила я.
– Да, удивительный дар у нашего Недгелворта, – произнесла Гаята. – И думаю, что применение ему будет не менее поразительным.
– А ты что умеешь? – повернулась я к Адеру, который, казалось, просто грелся на солнышке.
– Приблизительно то же, что твой орф, – сказал белокурый аландарец.
– То есть?
– Я могу успокоить тебя, если захочешь снести академию к чертям.
– То есть ты духовидец?
И вдруг я услышала в своей голове звуки ручейка, который, казалось, плескался прямо у моей щеки. Я даже вздрогнула, ощутив прохладу и спокойствие. Затем услышала я и голос блондина:
«Я могу заставить тебя прямо сейчас раздеться и расцеловать меня, и ты будешь счастлива при этом».
Я подскочила со своей скамейки, вскипев.
– Ты не посмеешь!
Орф встал на четыре лапы. Все смотрели на нас с любопытством – они явно не слышали, что он сказал мне. Вот мерзавец!
Адер рассмеялся негромко.
– Захотел бы, посмел. Но не стану. Даже несмотря на всю твою ненависть к аландарцам.
И в голове моей добавил:
«Но согласись, было бы забавно, особенно если бы ты стала отвечать на моё воздействие и усилила мой дар своим. Как думаешь, что получилось бы?»
Вместе с гневом в животе моём заискрил рубиновый кокон. Орф мгновенно навострил уши, отгородив меня от Адера. Я сжала кулаки, но хищница Ринта вдруг сказала:
– Адер спас меня. У него большая сила: толпу человек в сто на ярмарке утихомирил, когда они бросились на меня, потому что мой дар разошёлся. Нас обоих и привезли сюда.
– А что у тебя за дар? – спросила я.
Лучше б не спрашивала! Она встала и вышла к центру круга. Из туловища Ринты выросли несколько странного вида ржавых лапок, из спины вздёрнулись серые перепонки-крылья, тело с лёгким хрустом покрыл панцирь, сильно увеличив его сзади. Волосы на голове рыжей девушки скрутились в длинные усы. Щёлкнули и застыли, полусогнутые. Я отшагнула в ужасе: передо мной стояла охряного цвета муравьиная матка с опасными жвалами, ростом с человека-гиганта.
Ринта уставилась на меня злыми глазами и сказала:
– Так что только попробуй сделать ему гадость. Или нам обоим. В таком виде мне достаточно плюнуть, и ты будешь молиться и выть, чтобы действие яда прекратилось.
– Спокойно, я не собиралась вам гадости делать, – ошеломлённо пробормотала я. – И вообще никому.
– И ненависть свою задвинь к чертям, оставь на потом, – прошипела она, шевеля жвалами, словно забралами на рыцарском шлеме.
Адер неторопливо встал со своей скамьи и дружелюбно погладил гигантскую муравьиху с искажённым, условно человеческим лицом, нависающим над ним на две головы выше.
– Тшш, Ринта, девочка, всё хорошо. Не кипятись.
Глаза у той стали спокойнее. А я заметила, что к ногам Ринты из леса струятся потоки муравьев.
– Впечатляющий дар, – отшагнув на всякий случай, признала я. – Ты невероятна, Ринта.
– То-то, – проскрежетала она и с неприятным треском вернулась в свою обычную форму.
Впрочем, видимо, для острастки всё же сплюнула в траву рядом. Та мгновенно зашипела и пожухла, словно на неё вылили стакан отравы.
– Малышка, всё хорошо! – Адер подмигнул ей.
Ринта ему улыбнулась, а я подумала, что его дар в данном случае очень важен: успокаивать такое чудовище кто-то должен обязательно! Однако от них обоих неплохо было бы держаться подальше. Мало ли что ей в голову придет…
Дари весело вскочила с места.
– Ну что, моя очередь? Пошли трупы выкапывать?
Девушки замахали на неё руками.
– Прекрати, Дари! Ты можешь и на мёртвой мухе дар показать.
– Нет, ну так не интересно, муха вам не расскажет, что сдохла от пятой бутылки водки без закуси. Айда на кладбище!
– Дари, тут никто не умирал от алкогольного опьянения, – улыбнулась Гаята.
– Это вы ещё не всех выкопали, – хмыкнула моя некромантка.
А я её стала любить ещё больше, решив, что надо бы отнести интенданту подарок за то, что с монстром муравьём меня не поселил. Кто-нибудь из нас точно бы не выжил.
⁂
Пение Мии после такого светопреставления показалось ангельским. Голос у неё был глубоким, красивым и негромким, и я даже помолилась, чтобы обошлось без магии. Зря. Мия вдруг схлопнулась и исчезла. А затем появилась метрах в десяти позади нас. Она мило улыбнулась, махнула пухлой ладошкой и прибежала к нам обратно.
– Вибрации голоса Мии воздействуют на пространство, – пояснила Гаята.
– Ну вот, а вы боялись, что без порталов останетесь, – хмыкнул кто-то позади меня. – Мия грянет: «Гоп, аландарцы!» и переместитесь с ней в родные пенаты. Можете и войска свои забрать.
Я оглянулась и среди однокурсников заметила вчерашнего персонажа, которого лишила штанов. Эднат встряхнул ухоженными каштановыми волосами и развязно осклабился:
– Извините, я опоздал. Слушать ещё одну присягу было невмоготу. Зато выспался.
– Эднат Роун, вы повторно лишаетесь балла за неуважение к правилам академии, – строго сказала Гаята. – Вы так можете успешно дойти до отчисления из группы.
– И отлично. Мне нечего делать среди убогих, – хмыкнул Эднат. – Наконец, меня переведут на нормальное боевое отделение.
– О переводе пишите заявление проректору.
– Не волнуйтесь, уже написал.
– Тогда займите своё место и не мешайте, – не теряя самообладания, произнесла Гаята.
Я вспомнила, как он отчаянно вчера пытался вернуть штаны, и хмыкнула. Он глянул на меня уничтожающе.
– О, нищенка уже переоделась, но краше не стала!
Мой орф вздыбился и, сверкая красными и синими разрядами по корпусу, зарычал на него. Эднат вскочил и отпрянул.
– Э-э, спокойно! Я же не нападаю!
Орф встал между ним и мной, продолжая рычать. Гаята быстро оказалась рядом. Положила ладонь на голову орфа и приказала:
– Спокойно! Сидеть!
Призрачного добермана буквально передёрнуло, но он подчинился. А моё сердце замерло: Растен не говорил мне, что орф дан мне и для защиты. Я отчего-то разволновалась.
  
Гаята пригласила следующих. Два тёмно-русых парня, похожих друг на друга, долговязые и юркие Вин и Яр, оказались братьями-близнецами. Они как два фокусника, встали друг напротив друга и начали плести воздух. Это выглядело странно: будто они просто шевелят пальцами. Но потом я заметила отблеск. Вин стукнул пальцами между ними, и послышался стеклянный звон. Яр задорно, но как-то не очень весело пошутил: