Штурмовик из будущего 4 (СИ)

— Я опять на «брее» пойду, — предупредил его Григорий. — Вы уж проследите, чтобы в этот раз у них все получилось. А то мне совсем не улыбается с ними весь день вошкаться.
— На «брее»? — насторожился толстяк. — А это…это низко?
— Ерунда, — добродушно усмехнулся Дивин. — Метров тридцать — сорок, не выше.
— О, Господи! — простонал режиссер, закатив глаза. — Очень хочется вспомнить, есть ли у меня в чемодане запасные брюки?
  
— Кощей, не увлекайся! — контрразведчик погрозил экспату кулаком. — Давай без своих фокусов. Люди на работе.
— Это уж как получится.
 Глава 8 
— Товарищ майор, а почему вы не приглашаете меня в кино?
Григорий мрачно вздохнул. Старший лейтенант Круминя за последние пару дней успела надоесть ему до чертиков. Как-то так все время получалось, что латышка то и дело сталкивалась с экспатом то здесь, то там. Хоть из казармы не выходи, право слово.
— Работы много, — нехотя ответил летчик. — Сами, небось, видели — сплошные полеты, тренировки, учеба.
— Да уж, — скорбно закивала девушка. — В столовой не протолкнуться. Сплошь незнакомые лица. Сочувствую вам. Тем более, как я заметила, почему-то сплошь новички прибыли. Или ошибаюсь?
Глазастая, матюкнулся про себя Дивин. Ишь, влет определила, что в особую авиагруппу прислали сплошняком один «зеленый горох».
— Ну почему, у большинства какой-никакой, но фронтовой опыт имеется, — заступился экспат за своих пилотов. — Не так, чтобы выдающийся, но, в целом, удовлетворительный.
— Тогда тем более не понимаю, почему вы не можете себе позволить небольшой отдых, — Круминя широко распахнула глаза в притворном недоумении, захлопывая нехитрую ловушку. — Привезли английскую картину «Леди Гамильтон». Девчонки из штаба уже сходили, рассказывали взахлеб, что фильм просто потрясающий. Мечтают попасть на сеанс еще раз. Вивьен Ли там такая красотка, просто глаз не оторвать!
— Так вы бы товарищу полковнику намекнули, — не выдержал Григорий, решив пойти напролом. Уж больно надоели ему словесные кружева. — С его связями достать несколько билетов особой проблемы не составит. Или подполковника Мочалина озадачили бы. Тоже ведь ухажер завидный.
— Вы что же, ревнуете меня? — синоптик засмеялась низким грудным смехом, от которого у экспата внутри вдруг все завибрировало. На секунду ему нестерпимо захотелось схватить Зенту в охапку, грубо швырнуть на постель и…
— Была охота, — проворчал Дивин, стряхивая с себя секундное наваждение. — Говорю, как есть. По-моему, у вас достаточно кавалеров, что побегут за вами хоть на край света, помани вы их.
— Они так скучны, — капризно надула губки Круминя. — Скучны и надоедливы. А один, представляете, даже пугал, будто сделает с собой что-нибудь нехорошее, если я не соглашусь немедленно пойти с ним в ЗАГС!
Экспат стиснул зубы. Знал, знал он уже эту историю. Что называется, просветили добрые люди. Его механик, тот самый старший сержант Никита Однокоз, что готовил штурмовик для показательного полета, буквально вчера рассказал летчику про метеоролога много интересного, заметив, как она нарезает круги возле стоянки.
— По-первости эта барышня «дружила» с лейтенантом Хасовым, — негромко говорил техник, деловито орудуя гаечным ключом. — Он у нас на У-2 летал, возил штабных командиров, корреспонденцию, почту. Вылетел как-то раз с секретным пакетом из Москвы и не вернулся. Контрразведчики тогда всю округу на уши поставили, каждую травинку на маршруте приподняли, но нет, ни слуху, ни духу от лейтенанта. Как сквозь землю провалился.
— Может, движок отказал, и самолет в болото кувыркнулся? — предположил Григорий. — Машина небольшая, следов могло и не остаться.
— Мо-ожет, — протянул старший сержант. — Кто спорит, всякое бывает. Я ведь, собственно, не о том. Двух недель после того случая не прошло, а девица наша уже к штурману истребительного полка липнет. Тот, бедный, от нее настолько голову потерял, что когда его попытались пристыдить — чего, мол, хороводишься, нехорошо так, — одному летчику морду набил, а другому в руку пальнул. Ну и, как полагается, под трибунал угодил.
— И что?
— А то, что не успел ее прежнего миленка еще и след простыть на пути в штрафбат, она уже перед начальником связи хвостом крутит. Тьфу, паскуда! — выругался техник. — Мужик, главное, отличный. Жена в эвакуации, двое ребятишек. А тут…как пацан желторотый за ней стал ходить. Точно приворожила, ведьма нерусская!
— Дай угадаю, — хмыкнул экспат. — С ним тоже какая-то гадость приключилась?
Старший сержант долго молчал. А потом глухо ответил:
— Застрелился.
— Врешь⁈ — обалдел Дивин. — Признайся, ведь врешь⁈
— Верно говорю, товарищ майор, — обиделся техник. — Гуляли они, гуляли, а потом — бах! — и нет начсвязи. Вроде бы записку предсмертную оставил, но никто ничего толком не знает. «Контрики» мигом все материалы по этому делу к себе забрали и особо говорливым по ушам настучали.
— Страсти какие, — покачал головой Григорий. — Прям, как в театре.
— Ага, драмы и музкомедии, — угрюмо процедил старший сержант. — Это я еще вам особо не распространяюсь про случайных, залетных ее кавалерах. Сами видите, транзитных маршрутов и переменного состава на курсах переподготовки у нас хватает. Даже с избытком, порой. Так что нет-нет, а какой-нибудь удалец находится, что возле товарища старшего лейтенанта цыганочку с выходом норовит исполнить. Один чуть ли не в первый день в ЗАГС ее звал. Истребитель, Герой, два десятка фрицев на счету имел.
— И?
— «Бочку» над самой землей в ее честь решил крутануть. Поразить, так сказать, своим мастерством.
— Разбился? — догадался Дивин.
— Что осталось, по кусочкам по всей взлетной полосе собирали, — сплюнул в сторону Однокоз. — А у нас синоптика после того случая «черной вдовой» прозвали. Втихаря, конечно. В лицо-то, поди, скажи ей что-нибудь.
— Отчего так?
— Товарищ полковник у нее появился. Ваш командир группы.
— И Мочалин, — усмехнулся экспат.
— Ну да, и новый начальник связи, — согласно качнул головой техник. — Прыгают перед ней на задних лапках, пыжатся, корчат из себя невесть что. Тьфу, смотреть противно!
— Ау, товарищ майор, вы здесь? — Круминя легонько потянула Григория за рукав куртки. — Так что с кино? Достанете билеты?
— Постараюсь, — сдержанно ответил Дивин.
— Тогда до вечера, — улыбнулась ему латышка и неторопливо направилась в сторону штаба.
— Чего кобенишься? — Карпухин появился рядом с Григорием, как всегда, почти неслышно. — Мы с тобой о чем договаривались?
— Не могу я, — насупился экспат. — Противно. Не по мне эти игры. Давайте я просто обратно на фронт, а? Лучше уж фрицев напрямую бить, чем так.
— Размечтался, — спокойно ответил контрразведчик. — Будешь делать то, что нам нужно. Здесь и сейчас. Мой тебе совет: не выдумывай ничего, не занимайся отсебятиной. Отыгрывай роль простоватого и недалекого летуна, потерявшего голову от красотки-синоптика. Поверь, для нее подобное развитие событий вполне привычно. Разве что, добавь здоровой наглости — это будет укладываться в картину. Все же, не так много у нас нынче дважды Героев, которые могут похвастаться личной встречей с товарищем Сталиным.
— Не могу, противно!
— Забудь такие слова, — жестко приказал Карпухин. — Через «не могу» будешь действовать. И не вздумай с ней поссориться! Узнаю, пожалеешь.
— А Карманов? — сдаваясь, обреченно поинтересовался экспат. — Он ведь, рупь за сто, вряд ли будет спокойно смотреть на то, как я его пассию в кино таскаю. Да и подполковник Мочалин, наш новый начальник связи…
  
— Это не твоя забота, — отрезал Дмитрий Вячеславович. — Работа с нашей стороны в этом направлении ведется. Не волнуйся, прикроем, если надо будет. Но ты, конечно, и сам тоже рот не разевай — наблюдай, запоминай, анализируй все. Потом обменяемся впечатлениями.
— Она в кино со мной собралась, билеты нужны.