Униженная невеста дракона или Хозяйка зимнего поместья (СИ)

Воздух застревает в горле, и я протяжно кашляю, а гадкий лорд неторопливо хлопает меня по спине, умудряясь ещё и поглаживать пальцами позвонки!
На точёном лице принцессы застывает гримаса удивления, смешанного с праведным возмущением. Идеально очерченные брови взлетают вверх, придавая лицу слегка комичное выражение, а пухлая нижняя губа начинает отчётливо подрагивать, предвещая бурю.
  
Кровь шумит в висках, хочется сжаться в комочек, но крепкая рука лорда удерживает меня в вертикальном положении. Из-за угла доносится приглушённый шёпот:
– Видишь, есть прогресс! – это явно Кошка.
– Да тише ты, а то опять всё самое интересное пропустим! – шипит в ответ Жерар.
Её Растерянное Высочество хлопает длинными ресницами, открывая и закрывая рот, подобно рыбе, выброшенной на берег. А Эридан добивает её, как гладиатор раненого зверя на арене:
– Тебе следует вернуться в Алдервилль, Вилма. Передай своему отцу, что я наконец-то остепенился, – жёсткие губы изгибаются в ухмылке хищника. – Пусть будет спокоен за свою непутёвую дочурку.
Принцессино лицо расцветает багрянцем. Вилмена резко вскидывает руку, указывая на меня пальцем:
– Чем ты его приворожила, деревенщина? - срывается она на визг. - У тебя же ни внешности, ни достоинства! Какая-то нищая...
– Себастьян! – голос Эридана хлыстом обрывает её тираду. – Немедленно отвези принцессу на вокзал и посади на поезд до столицы. И не забудь убраться в гостиной, мне чужой хлам не нужен.
  
‌‌‌Глава 41
 
- Ни за что! Пусти! Произвол! Я этого так не оставлю!
На моих глазах Эридан стремительно подхватывает утончённую аристократку, как мешок с картошкой, и забрасывает её на плечо, совсем не обращая внимание на множество ударов по широкой спине маленькими, но яростными кулачками.
Себастьян, всецело разделяющий моё изумление, шумно сглатывает и боязливо следует за хозяином с его отчаянно верещащей поклажей, но в дверях оборачивается и громко шепчет:
- Извините, л-леди Вэйн… за беспорядок.
- Угу, - только и остаётся что сказать, глядя круглыми глазами на это безобразие. Челюсть, кажется, вот-вот с грохотом упадёт на пол.
Крепкие мужички, что заносили множество чемоданов, возвращаются в холл, старательно отряхивая башмаки на входе. Крякнув и потерев натруженные ладони друг о друга, принимаются расчищать пространство, унося добро туда, откуда продолжают доноситься яростные крики.
- Эридан, я всё расскажу папеньке!
- Наконец-то хоть одна здравая идея, - слышу отчётливый и до скрипа зубов невозмутимый голос лорда. - Расскажи в подробностях, можешь составить подробное письмо, я лично его подпишу.
- Ну Эрида-а-а-ан, ну ми-и-и-илый! - тут же меняет тактику капризная дочурка Его Величества, перемежая его имя с горестными всхлипами. И мне становится по-настоящему жаль её будущего мужа.
Ясное дело, что королевства везде одинаковые, и отпрысков правителей ждут договорные браки. Я толком не знаю Вилмену (к счастью, - тут же добавляю про себя, вздрагивая от очередного пронзительного вопля), но высокомерная, капризная мадам просто обязана достаться в жёны какому-нибудь отъявленному заср… в общем, не лучшему образцу доброты и порядочности.
Мимо меня бодрым галопом проносятся Кошка с Жераром, устремляясь на источник шума. Овчарка на бегу заливается радостным лаем:
- Так её! Молодец, лорд Вэйн! Вот это представление с утра пораньше! Прям бальзам на душу!
Закатываю глаза и направляюсь на кухню, решительно отказываясь участвовать в этом балагане. Пора готовить завтрак, раз уж меня подняли спозаранку.
За окном кружат пушистые снежинки, собираясь в рыхлые сугробы на разрастающихся розовых лианах. Поправляю занавески и распахиваю форточку, впуская внутрь глоток свежего зимнего воздуха.
Ставлю чайник на плиту и открываю холодильный ящик, придирчиво изучая содержимое. Так, надо не забыть заказать у Кристин овощей – морковки, картошки и капусты. Завтра сварю щи с остатками куриной тушки, а ещё можно будет побаловаться запечёнными яблоками с мёдом.
Достаю четыре яйца, но, вспомнив внушительные габариты Эридана, добавляю столько же. Как никак, я в первую очередь управляющая, поэтому обязана кормить этого самодовольного нахала. Прихватываю два помидора, кусок сыра, бекон и пару веточек укропа.
Пока масло шкворчит на сковороде, споро нарезаю сыр с беконом, раскладывая их по отдельным блюдечкам. Разбиваю яйца, стараясь не повредить желтки, добавляю соль и перец, украшаю помидорами и рубленым укропом. Оставшийся брусок сыра тру на тёрке и посыпаю им яичницу вперемешку с мелконарезанным беконом. Расставляю всё на столе, и как по заказу появляется виновник всех моих проблем.
- Больше она не потревожит, - произносит он своим фирменным ледяным тоном "я всё держу под контролем". Крылья драконьего носа трепещут, учуяв соблазнительные ароматы яичницы и бекона, а его звериная копия на запястье снова оживает и ёрзает, пытаясь угнаться за собственным хвостом.
- А ты, я смотрю, себе не изменяешь, - отвечаю холодно, всем видом давая понять, что горячий завтрак - это не проявление заботы, а часть моей работы. Повседневная обязанность.
- О чём ты? - едва заметно усмехается лорд Вэйн, занимая место во главе стола.
Где, вообще-то, привыкла сидеть я!
- Слова, говорю, не подбираешь, - цежу сквозь зубы и, сердито сопя, грохаю на подставку тяжёлую сковороду, на которой ещё шкворчит завтрак. - Аниту мусором назвал, вещи принцессы - хламом. Один ты у нас весь из себя бриллиант. Корона на голову не давит?
Вот понимаю же, что не стоит говорить в таком тоне с драконом, который стукнет кулаком по макушке и мокрого места не оставит. Однако возмущение рвётся наружу смешиваясь с острым желанием поставить на место этого чешуйчатого хама!
- Следи за языком, - будто угадывает мысли Эридан, невозмутимо накладывая себе яичницу в тарелку. Хорошо хоть сам, а не меня заставил. - Тебе повезло, что я не могу проучить тебя из-за метки…
По спине бежит предательский холодок, царапая кожу острыми коготками, а дракоша на запястье посылает по венам утешающие лучики тепла. Эридан пробует яичницу и…
Так, мне показалось?
Он что, улыбается?
Ему понравилось?
  
​​‌​Глава 42
 
Лорд Вэйн, намеренно тянет время, безжалостно истребляя мои и так немногочисленные нервные клетки. Медленно и задумчиво поднимает взгляд от тарелки, а его глазах мелькает нечто, похожее на удивление:
- Давно не ел походной пищи простолюдинов. Уже и забыл это странное чувство.
Фыркаю, демонстративно скрещивая руки на груди. Отголоски холодного воздуха из форточки касаются разгорячённой кожи:
- Во-первых, в каких это походах так усердно колдуют над яичницей? А во-вторых, хочешь рябчиков с ананасами - езжай в столицу!
“Буржуй,” - добавляю про себя.
Эридан склоняет голову набок, прищуривая глаза. В ярких радужках пляшут искорки неподдельного любопытства. Несколько секунд он изучает меня, словно диковинную бабочку, прежде чем насадить её на иголку и упрятать за стекло.
- У вас, иномирян, странные причуды.
- У вас, господ, - подчёркиваю это слово голосом, - не лучше.
Сажусь за стол, придвигая к себе тарелку с яичницей и беру с тарелки ломоть свежего хлеба. Аромат еды соблазнительно щекочет ноздри, заставляя желудок нетерпеливо сжаться.
Не нравится - пускай не ест. Мне же больше достанется. И Кошка с Жераром точно не откажутся.
- Для каждого жителя Алдерии не секрет, - неожиданно произносит Эридан с непривычной задумчивостью в голосе, - что все драконы обязаны проходить военную подготовку. Раз в десять лет старший из нас три долгих месяца гоняет остальных в хвост и крылья. Спим на голой земле, учимся стрелять и давать отпор в обеих ипостасях. - Он проводит пальцем по краю тарелки, словно погружаясь в воспоминания. - Мы должны взаимодействовать друг с другом и действовать сообща, несмотря на то, что каждый дракон до одержимости собственник и принципиален в вопросах территорий. Как говорится – драконья дружба крепчает лишь на расстоянии.