Кровь Дракона (ЛП)

Стоит ли говорить, что эти внезапные объятья до смерти напугали меня. Я уж думал, Блейк оторвёт мне башку за это, но он просто рассмеялся и тоже крепко обнял меня, будто мы давно не виделись.
Они оба странно вели себя уже несколько недель. Как будто сами не свои. Но никому не было до этого дела, когда началась череда безудержных вечеринок. И божечки-дракошечки, я уже говорил, какая у нас горячая принцесса Пейи?
Она была сложена как породистая скаковая лошадка, и все самцы пускали по ней слюни. Это было сложно скрыть от нашего Альфы. Везучий, блин, дракон.
Затем случилось восхождения Люциана. К всеобщему удивлению, его драконом стала Ледяная Королева.
Я всегда говорил, что он слишком бледный для Солнечного Взрыва. Он, конечно, умён, но недостаточно, чтобы справиться с одним из нас.
Как вы уже поняли, я - Солнечный Взрыв.
Мы любим хранить сокровища, и я имею в виду буквально. Мы закапываем наши клады глубоко под землёй, чтобы никто не смог их найти.
С каждым днём мои инстинкты золотоискателя становились всё сильнее, хотя находки были непримечательны – несколько маленьких бриллиантов и рубиновые осколки.
Но это всё равно мои сокровища, я не могу с ними расстаться. Поэтому я нашёл пещеру и зарыл их там.
Со мной начало твориться нечто странное, когда одна из драконианцев взошла. Её пламя было синим, а значит, её дракон – Солнечный Взрыв.
С тех пор, как она взошла, у меня рядом с ней чешуйки вставали дыбом.
Ну, то есть мне всегда было не по себе рядом с ней, но теперь стало ещё хуже. И она умна. Всё время ходит с книжками и знает много всего такого, чего не знаю я.
Многим нравилось, что она такая тихая, скромная. Парням всё время хотелось узнать, как она выглядит под всеми этими бесчисленными слоями одежды. Я тоже задавался этим вопросом до её восхождения, теперь же старался её избегать. И даже её манящая добродетель не отменяла этого.
Мы с Саймоном были первыми у большинства девчонок в этой школе. Да, с нами учатся и другие Солнечные Взрывы, но Саймон и я быстрее их всех вместе взятых. Наш Альфа тоже «сорвал вишенку» нескольких, поскольку он тоже на одну десятую Солнечный Взрыв.
Только не сочтите меня козлом. Девственность для нас – настоящее сокровище, удивительное сокровище. И то, что Бритт ещё ни с кем никогда, сводило меня и Саймона с ума.
Саймон всячески пытался к ней подкатить, но как только проявилось синее пламя, он тут же дал заднюю.
Все знали, что означает синий огонь Бритт. Особенно для Солнечных Взрывов. Я моментально позабыл о том, как внезапно изменился наш Альфа и как странно они с принцессой стали вести себя с тех пор, как у Бритт проявилось пламя.
Мы сидели за своим обычным столом в обед. Елена и Блейк сплелись языками и не обращали внимания ни на кого вокруг.
– Снимите номер, – брезгливо проворчала Сэмми и толкнула пустой поднос к Елене. Парочка, наконец, оторвалась друг от друга.
Елена засмеялась.
– Не переживай, твоё время тоже придёт. И тогда молись, чтобы я не рассказывал обо всём отцу, – сказал Блейк своим фирменным жутким всезнающим тоном.
У меня побежали мурашки по чешуйкам. Он слишком много знает о том, что произойдёт в будущем. Неужели в нём начал просыпаться Лунный Удар?
– Так что, Джордж, мы идём в четверг на озеро?
– Дружище, да чем тебя так манит это озеро? – спросил Джордж.
– Скажем так, там будет очень горячо, – сказал Блейк, вызвав тем самым хихиканье у Елены.
– Перестань, – произнесла она одними губами.
– Люциан, вы с нами?
Люциан пожал плечами.
– Табита всё ещё противится.
– До сих пор? – удивилась Елена.
– Она ж дракон, Елена. Да ещё и Хроматический. Не у всех складываются денты, как у вас. Иногда требуется время.
– Сочувствую, – надула она губы.
– Я большой мальчик. В конце концов она не сможет устоять перед моими несметными богатствами.
Елена засмеялась.
– Тебе не нужно соблазнять её деньгами, Люциан. Ты же принц Тита – тебе достаточно ослепить её своей улыбкой.
Блейк зарычал. Елена прожгла его взглядом.
 
– Прости, – произнёс он.
Почему Блейк так реагирует на Люциана? Не то чтобы он как-то подкатывал к Елене.
– Всё в порядке, Елена, мы все знаем, какой он у нас большой собственник, – пошутил Люциан.
– Заткнись. Не надо было тебе рассказывать.
– Остаётся только фантазировать.
Блейк пронзил Люциана недовольным взглядом. За столом снова раздался хохот.
– Не волнуйся, Блейк. У меня теперь есть своя девушка, чьё расположение ещё нужно как-то завоевать. Ты задал невероятно высокую планку.
– Прости, я не знал.
– О чём Блейк не знал? – влез я. – Брайану любопытно.
– Заткнись, – рявкнул он. Елена улыбнулась мне.
– Елене не стоит улыбаться Брайану так, словно... – Я поймал убийственный взгляд Блейка. – Брайан не идиот. Забудь о том, что Брайан только что сказал.
– Да, Брайану лучше захлопнуть пасть, – угрожающе прорычал Блейк.
– Брайан хотел спросить, не начал ли активизироваться Лунный Удар Блейка, потому что Блейк ведёт себя так, будто ему известно что-то нехорошее о Брайане.
Он опустил уголки губ.
– Блейк очень скучал по Брайану.
Я застонал и отвернулся. Ненавижу, когда он так говорит. Что он узнал? Мне хочется лезть на стенку от неизвестности.
И тут из ниоткуда появилась Бритт и спросила Елену, присоединится ли та к одной из команд.
– Брайану пора идти. – Я стремительно встал и схватил свой поднос, но успел поймать на себе задумчивый взгляд Блейка, которым он часто смотрел на меня в последнее время.
Эти взгляды пугали меня. Я уже скучаю по прежнему Блейку, которому не было до меня дела.
Этот взгляд означал: «Тебе крышка, приятель, можешь даже не трепыхаться».
Только не Бритт. Пожалуйста, кто угодно, но только не Бритт.
 -6- 
 ЕЛЕНА 
Я пробралась в комнату Блейка через его окно. В этой жизни у меня какие-то невероятные навыки скалолазания.
Эта жизнь в принципе невероятная. У меня есть мама, и проводить время с ней, узнавая её лучше, –просто потрясающе. Ровно до того момента, как всплывают воспоминания Елены из этой жизни. Дорогая мамочка сделала всё, что было в её силах, чтобы разлучить нас с Блейком. Она скрывала от меня его письма. Это выводит меня из себя. Вчера мы впервые поссорились. Я не хотела ругаться, но то, как она со мной поступила, это уже за гранью разумного.
Но как бы то ни было, я люблю её всем сердцем и рада, что она рядом.
Блейк в этой временной линии всё равно обратился к тьме. Но Елена оказала на него несколько иное влияние, чем я. Я в некотором роде сдерживала его тьму. Это безумно мило и романтично.
Затем вернулось воспоминание о том, как мы не виделись два года из-за какого-то дурацкого недопонимания. Мы воссоединились как раз перед тем, как я заявила на него права.
Все воспоминания оказались у меня, но одно особенно выделялось. То, как я застала его с Табитой.
Блейк тоже нелегко принял этот факт. Он не понимал, как это случилось. Он считал здешнего себя слабаком, потому что он не прошёл и половины того дерьма, что выпало на долю моего Блейка и едва не стоило ему рассудка.
Но он всё равно в итоге использовал Каинов Огонь.
Мы с Люцианом были близкими друзьями, и в этой временной линии я тоже хотела перейти черту, но не потому что у меня были к нему чувства, а просто потому что потеряла свою обезьянку по кличке Плаггс.
Воспоминание о том, как Блейк подарил мне её на мой двенадцатый день рождения, вызвало у меня улыбку, которая тут же пропала, стоило мне вспомнить, как виверны убили несчастную зверушку. Я сорвалась на маме из-за папиного намерения заключить союз с вивернами.
Я вспоминала одну деталь за другой, и хотя мама неоднократно извинялась, Елена из этой временной линии так и не смогла её простить.
Сказала, что ей нужно время и вернулась в Драконию.