Кровь Дракона (ЛП)

– Давай убежим, Лиззи.
Она замерла в моих объятьях, даже не дышала. А затем сокрушённо обмякла.
– Мы не можем, Уилл, ты же знаешь.
– Лиззи, Олек – не тот, кто тебе нужен. Тебе нужен я. Давай убежим вместе, любимая.
Она коснулась моего лица, глядя мне в глаза. Её нижняя губа дрожала.
– Уилл, я не могу.
Слёзы наполнили мои глаза.
– Ты не хочешь быть со мной?
– Конечно, хочу. Но не могу. Всё сложнее, чем тебе кажется.
– Так объясни мне.
– Не могу! – Слёзы ручьём текли по её лицу. Она ударила по дереву. Эмоции снова взяли над ней верх. – Я не могу так с тобой поступать. Прости, Уилл. Но…
– Нет, борись! Прошу, Лиззи. Давай сбежим.
– Я не могу. Я слишком сильно тебя люблю!
Она вскочила на ноги и бросилась прочь от меня.
Она не может бежать со мной, потому что слишком сильно меня любит? Это какая-то бессмыслица.
Какого чёрта вообще происходит?
 -2- 
После той встречи в лесу я был вынужден присматривать за Лиззи на расстоянии. Она не отвечала ни на одну из моих записок, не приходила на нашей место, когда я просил о встрече.
Мне было больно видеть, как её отдают Олеку.
Мерзавец знал о наших с ней чувствах друг к другу и выставлял их отношения напоказ всякий раз, когда я приходил в деревню, чтобы выставить сыр и молоко на продажу.
Я пытался не обращать внимания, но это было сложно.
Олек не сможет защитить её от дракона, не сумеет полюбить её хоть немного.
Он слишком груб для такого нежного цветка, как Лиззи, хотя она никогда не была девой в беде.
Я хотел, чтобы она поговорила со мной, поделилась своими настоящими чувствами, но она просто отталкивала меня, будто я ничего для неё не значил.
Наступил день её свадьбы. На празднество были приглашены все жители деревни, но я не пошёл. Я не хотел, чтобы она выходила за Олека, но ничего не мог с этим поделать.
Иногда в моей голове крутились её слова про то, что она не может сбежать со мной, потому что слишком сильно меня любит. Разве не по этой причине люди в таких ситуациях, как у нас, сбегают и тайно женятся в другом месте?
Любовь стоит того, чтобы за неё бороться. Я всегда верил в это всем сердцем и душой, но, поскольку Лиззи так не считала, моя вера чуть ослабла.
Жизнь продолжалась без моей Лиззи. Дни становились короче по мере наступления холодов.
Зимой стычек с драконами было мало, поскольку большинство из них впадали в спячку, но был один, к прилёту которого нужно было подготовиться.
Он впервые появился три года назад. По словам отца, этот был крупнее прочих. Опасное чудовище нового вида.
У нас не было никаких сведений о нём.
Папа уверял, что этот дракон дышал розовым пламенем, чего они никогда раньше не видели. Другой охотник заявлял, что тварь метала молнии. А третий видел, как дракон выдыхает газ. Слухи ходили ещё и про кислоту.
Это был какой-то совершенно новый вид. Словно встретились все драконы вместе и породили нечто жуткое, с чем невозможно справиться.
– Уильям, со следующей недели Ланс начнёт учить тебя охоте.
Я улыбнулся. По крайней мере, отвлекусь от мыслей о Лиззи.
– Натаниэль, ты с ума сошёл? Вдруг они увидят его метку? – воскликнула мама со страхом и беспокойством в голосе.
– Не увидят, мам.
Папа сжал мамину руку.
– Он крепкий юноша. Нам нужна его помощь, Илона.
– Он ещё совсем мальчик. Что бы там ни говорил, он мой маленький мальчик.
– Мам, я могу…
– Замолчи, – перебила мама. Моя улыбка пропала. Будь её воля, я никогда не начну тренировки.
Она не хотела, чтобы я участвовал во всём этом, и мне приходилось терпеть насмешки других охотников – моих сверстников. Они обзывали меня трусом и слабаком, прячущимся за маминой юбкой.
– Это не обсуждается, дорогая. Я главный в этом доме. Я пытался держать его подальше столько, сколько мог, но мы потеряли слишком многих за последние три года из-за этого нового дьявола. Я не могу продолжать упираться, пока Джоран и Айрон хоронят своих сыновей.
– Я не отдам своего сына на съедение монстрам!
 
– Это наш долг, дорогая. Если никто не будет с ними бороться, у нас вообще не останется сыновей. Мы делаем это, чтобы защитить тех, кто нам дорог. Уильяма научат, что с ними делать. Как правильно целиться и попадать в яблочко.
Мама была расстроена. В её глазах блестели слёзы, но моё онемение постепенно проходило. Сердце забилось быстрее, чего не было с тех пор, как я потерял Лиззи. Это было сильное чувство, хотя несколько иное. Лиззи одним прикосновением вызывала во мне вихрь эмоций. Мне не хватало её, но охота заполнит пустоту.
– Как скажешь. Но если наш сын погибнет, я никогда тебя не прощу. Никогда! – Она ткнула указательным пальцем в папину грудь, а затем развернулась и выбежала из комнаты, шелестя юбками.
Тишина повисла в воздухе. Мы ждали, пока она уйдёт достаточно далеко, чтобы не слышать нас.
Я не мог скрыть своего счастья.
– Уильям, в этом нет ничего радостного. Это серьёзное и опасное дело. Ты должен научиться у Ланса всему, чему сможешь. И ни в коем случае не дай ему увидеть метку. Скрывай её любой ценой.
– Разумеется, отец.
– Поменьше восторга в голосе. Ты видел только, как они поджигают деревни и крадут скот. Но увидеть их вблизи – это совсем другое, сынок.
– Пап, я справлюсь.
– Знаю, что справишься. – Он вздохнул, сжав моё плечо. Его глаза были полны неприкрытой тревоги. – Просто будь осторожен. И помни, что никто ни при каких обстоятельствах не должен увидеть твою метку.
Отец хотел, чтобы я скрывал её, потому что метка –очень плохой знак, нечто тёмное и злое. Лиззи была с ним полностью согласна. Мы были ещё совсем детьми, когда она впервые её заметила и дико испугалась. Но затем обрадовалась, узнав, что из-за этой метки я не стану охотником. С тех пор она считала, что этой мой оберег. Что бы она сказала сейчас?
Да какая разница, что бы она сказала, Уильям. Она отказалась от права голоса, выйдя замуж за того урода.
– Есть ещё один вопрос, который нам надо обсудить, Уильям. Тебе нужно завести жену и собственных детей.
– Пап, пожалуйста, нет.
– Лиззи замужем, Уильям. Она к тебе не вернётся.
– Я не смогу полюбить другую.
– Кто говорит о любви, Уильям?
– Я не могу, пап, и точка. Прости. Не могу.
С этими словами я поднялся и пошёл выполнять свои вечерние обязанности по хозяйству.
Слёзы жгли глаза. Я никогда не плакал при отце, потому что слёзы – это слабость. Но мои слова не были пустым звуком.
Я никогда не полюблю другую.
***
Тренировки с Лансом давались нелегко. Он был нетерпелив, постоянно орал, что я должен стараться лучше, выкладываться больше, что от этого зависит моя жизнь.
Я был силён, но это воспринималось не как преимущество, а как нечто, что может быть использовано против меня, поскольку монстры быстры. Охотники должны быть шустрыми и незаметными, чтобы преуспеть в своём деле. Из Лиззи вышла бы отличная охотница.
Поэтому Ланс тренировал меня быть быстрее и проворнее.
Вечером я едва ли находил силы поужинать, а после всех дел по хозяйству спал всего несколько часов. Отец будил меня ещё до рассвета, и я снова шёл на тренировку.
Так продолжалось довольно долго, а я был только рад, поскольку почти не думал о Лиззи и её новой жизни в качестве супруги Олека.
Всё моё внимание было сосредоточено на том, как избавляться от драконов. Равно как и от любви, что я всё ещё питал к Лиззи. Я пытался вырвать чувства с корнем из сердца, но это было куда сложнее всех тренировок.
Время шло, и с каждым днём я становился всё лучше, сильнее, быстрее.
Однажды я получил записку от Лиззи. Она просила встретиться на нашем месте.
Я не пошёл. Не смог. Я должен её забыть.
Но думал об этом всю ночь. Там ли она сейчас? Неужели правда ждёт меня? Зачем?