Бунтарка для декана. Академия Даркайна

Я ведь помнила, что кузина Гаретта была той ещё штучкой. Образцовая представительница семейства Холзен.
Дерзкая, непредсказуемая и опасная.
Волчица в овечьей шкуре.
– Ну надо же! – воскликнула она, театрально взмахнув руками. – У папочки весь дом на ушах, жена любимого племянничка пропала, а ты здесь, почти в самом центре столицы! У всех на виду.
Я ощутила, как кровь отхлынула от лица, а во рту появился неприятный металлический привкус.
  
Если кузина Гаретта расскажет своим, что видела его пропавшую жену, они сделают всё, чтобы нагрянуть в академию и перевернуть её вверх дном. Прочешут самые тёмные и укромные уголки.
Навешают ректору Морту лапшу на уши, а декан Гримстон с ухмылкой помашет мне платочком и скажет напоследок что-нибудь язвительное.
А если сбегу…
Куда мне идти?
Одна, без помощи, я не смогу выбраться за городскую черту. А спрятаться в городе – так найдут. Рано или поздно. Выследят и загонят в угол как охотники добычу.
Пробраться во дворец и умолять Его Величество подписать прошение о разводе? Так попросят предъявить доказательства его злого умысла.
А где я их сейчас возьму?
Я об этом как-то сразу не подумала.
– Иди-иди, не бойся, – протянула Арья, махнув рукой в приглашающем жесте. – Мы же теперь соседки.
Выбора не было.
Я молча прошла в комнату, прикрыв за собой дверь. Жёсткий матрас чуть прогнулся под моим весом, стоило мне опуститься на край своей кровати. Аромат жасмина в комнате усилился, проникая в ноздри и оседая горечью на корне языка.
Новоиспечённая соседка смотрела на меня выжидательно, слегка наклонив голову, и казалось, видела меня насквозь.
– Да, я сбежала от Гаретта, – призналась я, не выдержав её взгляда. – Потому что он подонок и мерзавец.
Девушка цокнула языком с видом "я же говорила", и продолжила разбирать сумку. Тонкие пальцы складывали одежду идеальными стопками, и я поймала себя на мысли, что даже в этих её жестах сквозила некая расчётливость.
– А я тебя предупреждала, что он лицемер, – наконец, произнесла она с интонацией, полной превосходства. – Но у тебя же в глазах летали сердечки, и ты никого не слушала. Думаешь, почему я при первой же возможности сбежала к маме в Кэррей? Потому что не желала плясать под папину дудку и выполнять его приказы. Мне бы не позволили учиться, тем более, в Академии Даркайна. Восемнадцать стукнуло? Отлично. Марш замуж, причём за того, на кого он мне укажет.
Она ненадолго замолчала, переводя дух, и последним вынула небольшой бумажный кулёк, от которого приятно пахло жжёным сахаром и чем-то кислым.
– Кстати, хочешь леденец? Мои любимые, с клюквой, купила в приграничной деревеньке.
Арья протянула мне помятый кулёк, но я покачала головой, пытаясь сообразить – действительно ли она на моей стороне или играет со мной, как кошка с мышкой?
Она ведь действительно меня предупреждала, и не раз.
“Одри, раскрой глаза! Я-то лучше знаю, кто он такой”
“Ты ему не пара. Слишком правильная и наивная”
“Последний раз тебя прошу – подумай хорошенько. Потом хоть слезами залейся, никто тебе не поможет”
Вот только я, ослеплённая учтивостью и мнимой заботой мерзавца, не слушала её. Приняла предложение руки и сердца, с головой нырнув в пучину лживой пародии на счастье.
В груди затеплилась надежда – вдруг Арья не выдаст меня? Вдруг поможет получить развод? Она сильно обижена на отца, потому что он взял под крыло племянника, а про неё почти не вспоминал.
Мол, уехала и ладно, меньше нервотрёпки и забот.
Кузина Гаретта тем временем положила последнюю стопку вещей в шкаф, закрыла дверцу с мягким щелчком и забралась с ногами на свою кровать. Подтянула колени к груди и посмотрела на меня с любопытством:
– Ладно рассказывай, как всё случилось? – буквально потребовала она, подпирая подбородок ладонью.
Я выдохнула и честно рассказала ей о подслушанном разговоре, о том, как мне удалось сбежать, и как мы поменялись местами с Мэдди. Слова лились потоком, и с каждым произнесённым слогом тяжесть на душе становилась меньше.
– Ты же не выдашь меня им? – спросила я с надеждой, когда история подошла к концу.
– Посмотрим на твоё поведение, Мэд-ди, – протянула она, делая особое ударение на имени. Глаза соседки заблестели в предвкушении, и у меня возникло нехорошее предчувствие. – Ничего личного, но моё молчание стоит дорого. Так что тебе придётся очень постараться.
 
Глава 11
 
Великолепно.
Только я подумала, что справилась (хоть и временно) с одной проблемой, как нагрянула другая. Та, что сидела от меня на расстоянии вытянутой руки.
Я медленно выдохнула, чувствуя как воздух с усилием проходит сквозь стиснутые зубы. Прикрыла глаза и сделала ещё один вдох. Долгий и глубокий.
Нервы звенели от напряжения, но я старалась сохранить хотя бы видимость спокойствия.
– Чего тебе надо, Арья? – спросила я, надеясь, что денег, оставшихся от родителей, хватит, чтобы купить молчание наглой девицы. – Точнее, спрошу так. Сколько тебе надо?
Кузина Гаретта не торопилась с ответом. Сладко потянувшись, младшая Холзен поднялась на ноги и снова протянула мне бумажный кулёк с конфетами:
– Деньги? Фу, как пошло, Одри. То есть Мэдди. Мама, конечно, после развода с отцом живёт не так богато, как раньше, но меня не так интересуют деньги как придурка братца. После той войны, что случилась одиннадцать лет назад и разрушила до основания Даркайн, здравомыслящие люди убедились, что деньги это пшик. Услуги! Вот что бесценно! – вещала она с серьёзным выражением на хорошеньком лице. – В общем, поживём-увидим. Точно не хочешь карамельку?
Я молча помотала головой, вслушиваясь в радостный девичий гомон из коридора. Пора собираться на завтрак, я и так потеряла слишком много времени. Что может быть хуже, чем в первый день опоздать на пары?
А что касается этой доморощенной шантажистки – подумаю об этом позже.
Я подхватила увесистую сумку с учебниками и писчими принадлежностями и забросила на плечо.
– Пойдёшь в столовую на завтрак? – поинтересовалась у Арьи исключительно из вежливости, о чём уже вскоре сильно пожалела.
– Завтрак, точно!
Кузина Гаретта задумчиво прищурила глаза и подняла вверх указательный палец с алым ноготком. Я уже решила, что она не удостоит меня ответом, как та заговорила:
– Неа. Мне сегодня разрешили отдохнуть после дороги.
– Тогда увидимся поз… – я уже открыла дверь и шагнула в коридор, как вслед донеслось нахальное:
– Но я буду очень тебе благодарна, если ты мне захватишь что-нибудь из столовой, хорошо?
Натянутая струна внутри меня со звоном лопнула. Быстрый взгляд на часовую и минутную стрелки явно намекал, что времени осталось мало.
– Но я же тогда сама поесть не успею, занятия начнутся через полчаса, – растерянно проговорила я, жалея, что вообще упомянула о еде. Похоже, с Арьей надо молчать и говорить лишь при необходимости.
Соседка театрально развела руками и ловко закинула в рот карамельку.
– Что ж, зато стройнее будешь. Учиться на полный желудок плохо, – она сделала паузу, и её ухмылка стала острее. – Кстати, ни на что не намекаю, но в тюрьме, куда тебя бросит мой ненаглядный папочка, вообще дают одну чёрствую корку в день.
У меня не было слов. Одни лишь неприличные. Я бросила на Арью испепеляющий взгляд из-под ресниц, надеясь воззвать к её совести, но нахалка уже потеряла ко мне всякий интерес, активно лакомясь конфетами.
– Хорошо, я принесу тебе завтрак, – процедила сквозь зубы ледяным тоном. И сразу же добавила, – но не делай из меня служанку, ладно?
  
Кузина Гаретта захлопала ресницами с таким искренним недоумением, будто я сморозила форменную глупость.
– А что не так? – она наклонила голову набок, закусив алую от клюквенного сока нижнюю губу. – Ты же здесь не ради учёбы. Просто прячешься от моего брата.
Вот же…
Тихо зарычав, я выскочила в коридор. Кровь в висках бешено пульсировала и складывалось ощущение, что между ними натянули тугую струну и теперь дёргали её в такт моим шагам.