Открой глаза (СИ)

Матвей меняется в лице. Его приветливость и гостеприимство сходит на нет. Он становится отстранённым и задумчивым, что начинает напрягать меня. Ну зачем нужны были эти расспросы? Нормально же сидели. И как им теперь объявлять о беременности?
— Ты один в семье? — после короткой паузы папа снова возвращает беседу в прежнее русло.
— И снова нет! — хмыкает Матвей. — Опережу вас сказав, что у меня есть старшая сестра. Она старше меня на семнадцать лет. И нет! Мы с ней не общаемся. Разные мировоззрение. И да! Я хорошо зарабатываю. Моего дохода хватить на содержание семьи. Есть сбережения наличных и на карте в валюте. Квартира — моя. Купил на свои личные сбережения. — Запнувшись на минуту, добавляет: — Кажется, ни о чем не забыл?
— Не забыл! — вмешиваюсь я. — Папа хватит расспросов. Я думала ты нас звал на ужин потому что соскучился за мной, а не, чтобы устроить Матвею допрос с пристрастием.
— Но мы то оказались на его территории. А на своей территории человеку обычно легче показать себя.
— А ты похоже на любой территории, как рыба в воде? — Язвлю в ответ, не в силах это больше терпеть. Может хоть так успокоится?
— Годы практики дочка, — дальше он задаёт вопрос, чтобы так сказать «поставить меня на место» и не мешать выяснять каким человеком является Матвей. — Я смотрю, ты готовить научилась? — спрашивает папа.
— Нет, это Матвей готовил.
— А я все гадаю, как это у Веты получился такой идеальный соус? Я то знаю насколько он сложен в приготовлении.
— Вообще ничего сложного если знаешь один маленький секрет. — подмигивает Матвей. — Я вам потом обязательно открою его.
— Значит ты ещё и кулинар? — бурчит папа. Он явно обескуражен моим избранником.
— Ага! — Матвей бестактно запихивает в рот огромный кусок мяса и продолжает говорить с набитым ртом: — Так что с какой стороны не посмотреть Анатолий Олегович, я ахеренный кандидат в мужья!
— Значит она все-таки залетела? — удовлетворённый своей проницательностью, сложив руки на груди, папа откидывается на спинку стула.
— Толик! — пищит мама и почему-то краснеет. А я наоборот бледнею. Мне впервые в жизни хочется выставить папу за дверь, чтобы он перестал так разговаривать с Матвеем.
Я понимаю, он беспокоится за меня. Но зачем же так сильно перегибать палку? Она же может сломаться и отрикошетить в неизвестном направлении.
В сложившийся ситуации, я конечно же выберу Матвея, пусть даже отец отречётся от меня.
— Таня! — копирует ее тон отец.
— Веди себя скромнее! — сдержано произносит мама.
— Тебя забыл спросить, — огрызается. — Я надеюсь, она беременна не от Ефимки? Какой срок?
У меня в прямом смысле от его слов на стол падает челюсть. Я перевожу взгляд на Матвей, а его это наоборот раззадорило. Будто бы он только что поймал невидимую папину волну и оседлал ее.
— Обижаете! — ухмыляется. — Ребёнок мой!
— Надеюсь! И, что дальше?
— А дальше, все как положено. Свадьба, семья, быт.
— А у неё ты спрашивал? — кивает на меня.
— Нет ещё!
— Ну, ты сначала спроси, а потом строй свои планы на светлое будущее.
— А вы то не против?
— Я здесь причём? Тебе не со мной жить. Пошли, покажешь где у тебя тут курят.
Они молча поднимаются и выходят из комнаты оставляя нас с мамой в полной растерянности.
— Так это правда? — переводя на меня взгляд, тихо спрашивает мама.
— Да. На днях узнала. Тошнить начало. Не знаю какой срок. — Отвечаю короткими предложениями. Как робот.
Все потому, что в голове у меня настоящее цунами. Мысли лихорадочно сменяются одна на другую, а перед глазами мелькают нечёткие картинки, где Матвей и папа выясняют отношения. Поэтому следующие слова мамы звучат еле уловимым этом. Неразборчивым эхом.
— У меня с тобой так же было. Казалось, токсикоз начался с первых дней беременности.
— Что? — переспрашиваю и добавляю: — может пойти проверить как они там?
— Да, успокойся ты! Они взрослые мальчики. Сами разберутся.
— Не поубивают друг друга?
— Вета! Что ты такое несёшь?
— Но согласись, папа был неправ!
 
— Конечно, не прав!
— Почему он такой допрос не устраивал Ефиму? Может быть тогда он раньше бы сбежал? — возмущённо взмахиваю руками.
— Потому что папа надеялся, что ты сама все поймёшь. Оказалось — не поняла. Отец очень на тебя обиделась, когда ты съехала... Здесь он уже молчать не стал. А то вдруг ты снова решишь покалечить себе жизнь? Но мне кажется Матвея он полюбил. Они одинаковые, засранцы!
— Матвей совсем не похож на отца!
— Да-да, — мама снисходительно качает головой, улыбаясь. — Со стороны виднее.
Через несколько минут Матвей с папой возвращаются чуть ли не в обнимку. Смеясь.
Что же там за балкон такой, что все выходят оттуда в приподнятом настроении? В обед оттуда улыбаясь вышел Миша, сейчас папа. Счастливый такой. Будто только что не было самой отвратительной беседы за всю мою жизнь.
— Так, что у нас сегодня на десерт, Матвей? Ты припас ещё какие-нибудь шокирующие новости? — отец занимает своё место, опираясь ладонями о срез столешницы.
— Нет. На этом остановимся! — Матвей падает рядом со мной и щёлкает по носу. — Как самочувствие?
— Нормально!
— У нас ещё и десерт будет? — улыбается мама.
— Да. Ничего сверхъестественного. Обычный яблочный штрудель. Кстати, Вета помогала мне его готовить.
Я так понимаю самый эпицентр апокалипсиса мы благополучно минули и наконец-то можно расслабиться? Понятия не имею о чем они говорили на том загадочном балконе, но кажется они сошлись во мнениях и отец правда одобрил мой выбор.
  
Глава 35
 
СПУСТЯ МЕСЯЦ…
— Не верится что мне сегодня двадцать один. — Кручусь возле зеркала, оценивая свой внешний вид. Наконец-то наступили тёплые деньки и можно немного посвятить свей бледной кожей.
— Двадцать один, — насмешливо произносит Лера. — Я посмотрю на тебя, когда тебе исполнится тридцать восемь.
— Просто за последние несколько месяцев, я будто постарела на десять лет. Кстати, не скажешь, что тебе тридцать восемь.
— Значит я все делаю правильно, — загадочно улыбается она.
— А что именно ты делаешь? Поделись секретом!
Валерия отлично выглядит и если задуматься, то она наверное не вылазит из салонов красоты и спортзалов. Мало от природы иметь такую внешность. Скорее всего уходит много времени, чтобы поддерживать ее.
— Не парюсь по этому поводу. — Озвучивает свой ответ шокируя меня. — Возраст это всего лишь цифра. Главное как ты чувствуешь себя внутри.
— И все? — удивлённо смотрю на неё. Я ожидала получасового спича на тему: «как держать себя в руках и выглядеть ахеренно, когда тебе почти сорок».
— Единственное, что я делаю — это не употребляю всякую дрянь. Придерживаюсь правильного питания. Это в двадцать один я могла есть все что хотелось, — подмигивает мне, — А сейчас этот номер не прокатывает.
— Но, сегодня же в честь моего дня рождения ты откажешь принципам?
— Да. Я выпью вместо тебе пару коктейлей. Ты была у гинеколога, которого я тебе советовала?
— Да. Была. Сначала я очень скептически отнеслась к тому, что он мужчина и мне совсем не хотелось к нему идти. Некое стеснение, понимаешь? Оно взяло вверх. Мне было крайне неудобно раздвигать ноги перед ним, но потом я себе внушила что это обычный врач. А врач — это человек без пола.
— Правильно. Это очень хороший гинеколог. Сейчас то, что волнует тебя, отходит на второй план. Самое главное — это здоровье малыша.
Поворачиваюсь к зеркалу боком и задираю платье. Во мне нет никаких изменений. Живот по-прежнему плоский. Даже нет никакого намёка на бугорочек. Зато грудь стала больше. Матвей сразу обратил на это внимание и облюбовал этот «бонус» беременности.
Вообще, мое желание к нему стало в разы ощутимее. Он и до этого привлекал меня в сексуальном плане, а сейчас, порой, совсем сносит крышу… Я надеюсь, что это очередной гормональный всплеск и через время все станет на свои меня. Правда Матвей не жалуется. Ему тоже всегда мало меня.