Гарри Поттер и новая семья. Второй курс (СИ)

За несколько сотен метров от этого места Элин, неотрывно следившая за кипящей на поле схваткой, охнула и схватилась за сердце.
========== Глава 9. Скандалы, интриги, расследования ==========
24 апреля 1993 года
Северус Снейп никак не мог определиться, против кого ему следует болеть в этом матче. С одной стороны, он всегда, с самого первого дня в Хогвартсе, искренне болел против гриффиндорцев, на почве чего регулярно ссорился с Лили. С другой, против львов сегодня играл Гарольд Олсен, которого профессор не любил больше, чем весь Гриффиндор вместе взятый...
  
Он как раз пришел к выводу, что лучшим результатом игры был бы проигрыш двух команд одновременно (правилами это допускалось, если последний выживший игрок разбивался насмерть до того, как успевал поймать снитч), когда почувствовал, как кто-то дергает его за край мантии.
— Мисс Олсен? Что у вас не слава богу... — он осекся, увидев, каким ужасом искажено лицо девочки. — Что?!
— Гермиона! Скорее, профессор! — Элин, не оглядываясь, бросилась бежать, и Снейпу ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Впрочем, ему не надо было быть легилиментом, чтобы понять, что дело и правда очень серьезное.
В считанные минуты преодолев пространство от стадиона до замка, Снейп догнал бегущую, не разбирая дороги, Элин и ухватил ее за шиворот.
— Стоять, — прошипел он. — Где?
— Библиотечная башня! — всхлипнула Элин. — Пожалуйста, скорее... Нет, нет, ну еще же не поздно, ну пожалуйста, нет, этого не случится, я успею, Герми, уходи оттуда, пожалуйста...
Отстранив с дороги девочку, Снейп взлетел вверх по лестнице, в три прыжка добежал до угла и замер с палочкой наготове.
— Нет, нет, нет, пожалуйста, нет... — Элин проскочила мимо профессора прежде, чем он успел ее остановить, и бросилась к лежащему в луже воды телу. — Гермиона, нет, ну зачем ты так? Ну ты же не умерла, правда? Ты не можешь умереть, нет, нет, нет, ты не можешь оставить меня одну... Профессор, пожалуйста, скажите, что она жива!
На одно долгое мгновение Снейпу показалось, что он видит со стороны себя самого на развалинах дома Поттеров. Тогда, двенадцать лет назад, он точно так же стоял на коленях перед мертвой Лили Эванс и точно так же просил Дамблдора сказать, что она жива и он сможет ей помочь. Только тогда никакой надежды на самом деле не было, ему просто надо было выплеснуть горе ничего не значащими словами. Сейчас же...
Снейп поднял палочку и, нашептывая заклинания, принялся выводить в воздухе один светящийся символ за другим.
— Успокойтесь, — наконец произнес он. — Насколько я могу судить, она не умерла, с ней произошло то же самое, что с кошкой и мистером Криви.
Нагнувшись ко второму телу, профессор осторожно перевернул его на спину и удивленно присвистнул.
— Гринграсс? Какого... Черт. Экспекто патронум! — перед Снейпом встала серебристая лань. — Сэр, новое нападение. Грейнджер и Гринграсс, живы, но окаменели. Коридор третьего этажа, возле лестницы в библиотеку.
Лань умчалась, и профессор снова повернулся к Элин.
— Не плачьте, мисс Олсен, — произнес он почти ласково. — Глоток мандрагоры приведет вашу подругу в порядок. Если хотите... — он вздохнул, проклиная собственную сентиментальность. — Да, если хотите, я позволю вам ассистировать мне при приготовлении этого зелья.
— Спасибо, профессор, — ответила Элин, вытирая слезы, — но я уже не хочу варить зелья. Я хочу убивать. Только вот найду, кого.
— Мисс Олсен, — резко выпрямился профессор, — возьмите себя в руки. Я сочувствую вашему горю, но если вы начнете рыскать по школе, то очень быстро сами окажетесь в больничном крыле, а то и на кладбище.
— Вы не понимаете! — она посмотрела в темные глаза Снейпа и тут же отвела взгляд. — Хотя да, простите, вы-то как раз понимаете... Не волнуйтесь, я знаю, что для мести мне надо оставаться живой.
Элин снова повернулась к Гермионе и принялась что-то тихонько нашептывать, поглаживая ее окаменевшую ладонь. Она не пошевелилась, даже когда коридор озарила вспышка пламени, из которого, держа Фоукса за хвост, вышел Дамблдор.
— Мисс Олсен, позвольте...
Не отпуская руку Гермионы, Элин чуть отстранилась, позволяя директору осмотреть тело.
— Да, точно то же самое, — произнес Дамблдор. — Окаменела, но жива. Северус, помоги мне доставить девочек в больничное крыло. Мисс Олсен, идите в свое общежитие.
— Плохая идея, сэр, — криво усмехнулся Снейп. — Во-первых, ученикам не стоит ходить по школе в одиночку, а во-вторых, оторвать мисс Олсен от тела ее подруги в данный момент невозможно. Во всяком случае, лично я даже пытаться не стану.
Элин так и не отпустила руку Гермионы, пока ее переносили в больничное крыло и укладывали на койку подле тела Колина. Краем глаза она видела, как суетится мадам Помфри, как к ней подсаживается брат в мокрой от пота форме, как в палату врывается возмущенный лорд Гринграсс, громогласно требующий немедленно отдать ему тело дочери и обещающий этого так не оставить. Ей было все равно. В данный момент существовала только она сама, холодная ладошка в ее руке и та тварь, которую следовало уничтожить, причем желательно медленно и с максимумом мучений.
Впрочем, быстрое и безболезненное уничтожение ее тоже устроило бы.
— Нам надо идти, Эль, — Гарри наконец удалось вывести сестру из оцепенения. — Директор собирает всех в Большом зале.
Элин в последний раз коснулась лежащей на больничной койке Гермионы.
— Не скучай без нас, Герми, — прошептала она, — мы будем тебя навещать. Пойдем, Гарри, послушаем, что интересного нам расскажет великий волшебник.
— Ты на него злишься? — удивился Гарри.
— Злюсь? Я? С чего ты взял? — спросила Элин. — Нет, я просто размышляю над кое-какими совпадениями... Но неважно, это все потом. Сейчас у нас другие дела. Как только освободимся, отправимся к Хагриду. Надо, наконец, выяснить, что произошло пятьдесят лет назад.
Но осуществить это намерение оказалось далеко не так просто, как ребята рассчитывали.
— В связи с последними событиями, — объявил директор, — в Хогвартсе вводится режим чрезвычайного положения. Все перемещения по школе допускаются только в сопровождении преподавателей. Выход из классов во время уроков запрещается, также как и выход из факультетских общежитий в свободное время. Посещение библиотеки будет производиться организованными группами по графику. Расписание будет уплотнено и экзамены в этом году начнутся на месяц раньше обычного. Квиддич отменяется.
Зал недовольно загудел.
— Нельзя отменить квиддич! — выкрикнул со своего места Вуд.
— Тишина! Есть еще одно, — директор на секунду прервался и внимательно посмотрел в сторону ребят. — Я хочу особо подчеркнуть, что любое нарушение правил будет наказано очень сурово. Невзирая ни на какие прошлые заслуги.
Элин лишь пожала плечами.
Поздно ночью Гарри и Элин, накинув на себя мантию-невидимку, выбрались из общежития и, уворачиваясь от патрулирующих школу преподавателей и привидений, направились к хижине Хагрида.
Лесничий встретил их с заряженным арбалетом в одной руке и своим верным зонтиком в другой.
— А, это вы, — произнес он, впуская ребят в хижину. — Напрасно вы по школе бродите. Не то время сейчас, да... Хоть я и рад, что вы пришли.
Он задумчиво набрал в чайник холодную воду, разлил ее по чашкам и поставил пустой чайник на огонь.
— Хагрид, я понимаю, что тебе это тяжело вспоминать, — начала Элин, — но пожалуйста, это очень важно. Расскажи, как была открыта Тайная комната пятьдесят лет назад.
  
— Это был не я! — воскликнул лесничий. — Клянусь вам, ребята, я про ту комнату понятия не имел! Я всего лишь... ну, не важно. Не я это был.
— Я знаю, что не ты, — успокоила великана Элин. — Но обвинили тебя, не так ли? Как это произошло?
— Я... ну, я в школу зверушку принес, — признался Хагрид. — Выкормил его, разговаривать научил, даже имя дал... Потом, как та девочка умерла, я его спросил, мол, это не ты сделал? А он такой: «нет, не я, но тот, кого мы боимся больше всего».