Гарри Поттер и новая семья. Второй курс (СИ)

— Знаешь, Невилл, — рассердилась Элин, — ты, конечно, мой друг, но если я еще раз услышу про твою бесполезность, я тебя укушу! Нет, ну правда, сколько можно? Тебе просто нужны тренировки, вот и все.
— Тренировки нужны всем нам, — сказал Гарри. — На Локхарта надежды мало. И первым делом надо освоить это заклинание отмены, как там оно...
— Фините инкантатем, я его уже выучила, — ответила Гермиона. — Оно есть в стандартной книге заклинаний для второго курса.
  
— Тогда почему ты не расколдовала Невилла? — удивилась Элин.
Гермиона некоторое время смотрела на нее непонимающим взглядом, а потом тихонько ойкнула.
5 сентября 1992 года
В субботу, ровно в восемь часов вечера, Гарри и Элин стояли в кабинете зельеварения, с нескрываемым удовольствием наблюдая, как Локхарт распинается перед Снейпом, рассказывая тому про рецепт зелья против боггартов.
— Сварить его непросто, — говорил он, — но если вы прочтете мои книги, то непременно справитесь! Я сегодня же пришлю вам комплект, коллега. Не могу поверить, что вы до сих пор ни одной не прочитали!
— Жду не дождусь, — проворчал Снейп. — А теперь извините, у меня дела. Вы почти опоздали, молодые люди. Сочинения принесли?
Гарри и Элин молча протянули профессору пергаменты и направились к куче грязных котлов, сваленных в углу. Элин постаралась встать так, чтобы видеть преподавательский стол, и время от времени посматривала на Снейпа. Судя по тому, что он, прочитав ее сочинение, не сделал ни одного замечания, оно действительно было безупречным.
— Итак, все дело было в лени, — произнес профессор, бросая пергамент в ящик. — Вы могли написать эссе на каникулах, но предпочли приятно проводить время, а не заниматься заданиями.
— Все дело было в запертой кладовке, — не выдержал Гарри, — в которую наши родители спрятали учебники. После всего, что произошло в прошлом году, они не сразу решились отправить нас в Хогвартс.
— Но на уроке вы про это не сказали, — заметил Снейп.
— А это помогло бы? — спросила его Элин.
— Разумеется, нет, — фыркнул зельевар, берясь за сочинение Гарри.
На несколько минут в кабинете воцарилась тишина. Элин, знавшая, что ее брат по наводке Гермионы включил в сочинение не вполне традиционный рецепт, затаила дыхание и начала отсчет: «До взрыва осталось три... две... одна...»
— Собачья петрушка? Слезы девственницы? ИСТИННАЯ ЛЮБОВЬ?!! — от рева Снейпа дрожали стекла. — Олсен, вы что, правда настолько тупы? Откуда вы взяли этот идиотский рецепт?
— Я же тебе говорила, — шепнула брату Элин.
— Сэр, этот рецепт приведен в «Отдыхе с Оборотнями», — ответил Гарри. — Я специально уточнил у профессора Локхарта, он подтвердил, что лично вылечил этим зельем ликантропию у вызимского волколака. А поскольку он преподает у нас защиту...
— Зельеварение преподаю я! — прервал его Снейп. — И применительно к моему предмету я запрещаю вам пользоваться любыми советами профессора Локхарта или любой информацией, которую вы почерпнете из его опусов!
— Если позволите, сэр, с его книгами не все так просто, — вступилась за брата Элин.
— Да неужели? — поднял брови Снейп. — Странно, мне казалось, что вы в этой школе единственная особа женского пола, не попавшая под его очарование...
— Дело не в очаровании, — Элин поставила на стол очищенный до зеркального блеска котел, показала своему отражению язык и взяла в руки следующий. — Профессор Локхарт не научил нас ни одному заклинанию, на занятиях мы всего лишь разыгрываем сценки из его книг. Но с другой стороны, я прочитала его «Турне с Троллями», и описание боя там очень детальное. Поведение монстров, описанное в книге, именно такое, какое мы видели, а их запах... Ну невозможно его так точно описать, если ты сам не чуял!
— Краткая встреча с троллем в прошлом году отнюдь не сделала из вас эксперта по этим созданиям, мисс Олсен.
— Я и не претендую, сэр, — кивнула она. — Но я отлично запомнила, что вы сказали тогда в туалете: считается, что глаза — это единственное уязвимое место троллей. Я проверила, об этом написано и в «Фантастических тварях» Скамандера, и в министерском «Общем классификаторе», и в «Чудовищной книге о чудовищах». Даже в «Бестиарии» Сапковского говорится только о глазах, а уж кому об этом не знать, как не ему, верно? А вот у профессора Локхарта... — она прикрыла глаза, стараясь вспомнить точную цитату. — «Тролль схватил меня за ноги и поднял над землей, собираясь откусить мне голову. Его глаз не было видно, и я уже готовился распрощаться с жизнью, когда мне в голову пришла отличная идея. Извернувшись, я как можно тщательнее прицелился и послал ему взрывающее заклинание точно в ноздрю. Омерзительная башка разлетелась на куски...» Спрашивается, если он на самом деле не сражался с троллями, то откуда он узнал про ноздри?
— Занимайтесь своим делом, — прервал ее Снейп, поднимаясь из-за стола. — На ближайшие полтора часа ваша забота — чистота этих котлов, а не литературная критика. Я скоро вернусь, и если сочту, что вы были недостаточно усердны, нам придется повторить встречу. И упаси вас Мерлин попытаться схитрить и использовать магию.
Он вышел, оставив ребят одних. Некоторое время Гарри и Элин драили котлы в полном молчании.
— Безнаказанно спорить со Снейпом? — сказал, наконец, Гарри. — Ты из него веревки вьешь, Эль. Не удивлюсь, если он на самом деле в тебя влю...
Элин успела приложить ладонь к его рту прежде, чем он закончил фразу.
— Если бы я была профессором зельеварения, — громко сказала она, — и если бы я оставляла учеников одних на отработке, я бы непременно наложила на свой кабинет подслушивающее заклинание.
— О, неужели ты была бы настолько коварна? — засмеялся Гарри.
— Это не коварство, а разумная предосторожность! — подняла палец Элин. — Должна же я знать, что происходит в кабинете, пока меня нет. И если бы наказанные ученики захотели схитрить и воспользоваться палочками, им бы не поздоровилось. Но конечно, я бы не стала мелочиться и наказывать студентов за их невинные разговоры. Они ведь только шутят...
— Тихо! — прервал ее Гарри. — Слышишь?
Увидев встревоженное лицо брата, Элин моментально замолчала и напряженно прислушалась.
— Я ничего не слышу, — шепнула она.
— Ну как же? Этот голос такой отчетливый... «Наконец-то я свободен... столько лет... убить, разорвать...» — произнес Гарри. — Ты что, правда не слышала?
— Извини, Гарри, но нет, — Элин не на шутку испугалась. — И знаешь, даже в волшебном мире слышать голос, который говорит про убийство, — плохой знак.
— Думаешь, я сошел с ума?
— Не обязательно. Луна вон, тоже слышит и видит всякое, но разве кто-то называет ее сумасшедшей?
Они оба рассмеялись. За неделю учебы их подруга уже успела получить прозвище «Лунатички Лавгуд», и происходи дело на любом другом факультете, кроме Пуффендуя, наверное, уже стала бы объектом издевательств.
— Но шутки шутками, — посерьезнела Элин, — а показаться мадам Помфри надо. Вот прямо после отработки и пойдем, нечего тянуть. Не волнуйся, если она отправит тебя в психушку, мы с Гермионой тебя оттуда вытащим.
— Я даже не знаю, что хуже, — задумчиво произнес Гарри. — Узнать, что я сошел с ума, или что по школе бродит одержимый жаждой убийства невидимка.
«Дорогие мама и папа!
Сначала о главном: ни наша медсестра, ни приглашенный из Мунго специалист не нашли у меня никаких отклонений. Так что не волнуйтесь, я совершенно нормальный волшебник, а то, что я слышал — скорее всего, просто расшалившееся привидение. Отец Себастиан (это наш факультетский призрак, я про него рассказывал) объяснил, что примерно раз в месяц у привидений-женщин почему-то портится настроение и они начинают беситься и пугать живых. Кто-то звенит кандалами (у кого они есть), кто-то неожиданно выскакивает из вентиляционных решеток и унитазов. Ну а кто-то просто летает по школе и болтает всякую чушь.
  
А в остальном у нас все по-прежнему. Эль серьезно увлеклась зельеварением и на каждом занятии изводит Снейпа вопросами. Профессор в отместку спрашивает с нее намного строже, но ей это даже нравится. Может, ей тоже голову проверить? Здоровый человек точно не стал бы радоваться из-за того, что ей на уроке разрешили попробовать изменить стандартный костерост, отчего он стал на 20% эффективнее и на 200% вонючее.