Спасите меня, Кацураги-сан! Том 15 (СИ)

— Я не об этом, — покачал головой я. — Кажется, вы забыли мои условия. Клиника — моя. И правила здесь устанавливаю я. Только что мной было сказано подождать две минуты. Почему вы ворвались в мой кабинет?
— Проклятье, Кацураги-сан! Да из вас бы вышел неплохой якудза, — вновь захихикал Фува Джузо. — Вы умеете защищать свою территорию. Не задумывались о том, чтобы бросить все эти медицинские приблуды и присоединиться к нам?
  
— Даже в страшных снах такого не видел.
— Хм, — поморщился Фува. — Вообще, я пришёл сюда, чтобы спросить вас, что вы наплели нашему оябуну? Отец ещё никогда не соглашался на чьи-то условия. Но мне он рассказывать о вашей беседе не стал.
— Я сказал ему ровно то же, что и вам, — ответил я. — Лучше спросите об этом своего отца сами. Если он не ставит вас в известность, значит, на то есть своя причина.
Кажется, я задел Джузо за больное. Сам того не хотел, но всё же спровоцировал его. Однако спорить со мной он не собирался. Мужчина достал телефон и рванул к выходу из кабинета. Но напоследок крикнул:
— Готовьтесь к приёму, Кацураги-сан! — велел он. — Надеюсь, все мои люди выйдут от вас довольными.
Довольными! Я, по его мнению, работница кабаре, что ли? Не будет у меня к этим людям особого отношения. Они — такие же пациенты, как и все остальные.
— Входите! — закончив приготовления к приёму, крикнул я.
Первым в мой кабинет вошёл один из сятэев. Я точно помню, что этот парень был среди рядовых бойцов, которые заявились в мою клинику вместе с Фувой ещё вчерашним вечером.
— З-здравствуйте, Кацураги-сан, — чуть заикаясь, произнёс он.
Парень постоянно озирался, будто опасался, что в кабинет снова зайдёт Джузо.
— Приветствую, — кивнул я. — Ваше имя и жалобы.
— М-меня зовут Корути Сёго, — представился он. — Мне нужна ваша помощь, Кацураги-сан. Кроме вас мне никто больше помочь не сможет.
— Жалобы, — повторил я. — Желательно во всех подробностях.
— Нет у меня жалоб, Кацураги-сан, — зажмурился он. — Но мне очень нужно, чтобы вы смогли придумать мне диагноз. Хоть какой-нибудь. Умоляю! Если надо — я на коленях буду просить. Я чудом смог войти в эту десятку. Сятэйгасира не хотел пускать меня, потому что для меня уже заготовлена работа… Но я не хочу её выполнять.
Вот только этого мне не хватало! И откуда же мне знать, что это не подстава? Я могу проверить его на ложь с помощью «анализа», но стопроцентный результат эта способность никогда не даёт. Мне всегда приходится рисковать, определяя честность человека.
Что, если его подослал Фува Джузо? Придумаю я ему диагноз, а после этого выяснится, что всё это — постановка.
— Раз жалоб нет, — спокойно сказал я, — возвращайтесь к своей работе. Денег с вас не возьмут. Мы здесь занимаемся лечением людей, а не придумыванием болячек.
Корути Сёго вскочил со стула, рухнул на колени и отвесил самый низкий поклон.
— Мне больше не к кому обратиться, Кацураги-сан. Я допустил ошибку, — произнёс он. — Пожалуйста, придумайте мне какой-нибудь диагноз. Иначе меня уже завтра заставят убить человека. А я этого не хочу… Не смогу!
Проклятье… Перед таким выбором я ещё никогда не стоял. Любое решение может оказаться ошибочным. Любой неправильный вывод приведёт к тому, что я нарушу свои принципы.
Если не дать ему ложный диагноз, то от его рук пострадает другой человек.
Но если я прикрою его, а на деле всё это окажется хитрой проверкой…
Тогда пострадаю я или мои работники.
Но иного выхода нет. Мне придётся выбрать один из этих вариантов.
  
Глава 3
 
Ох и не хотелось мне тратить «харизму» на этого Корути Сёго, но всё же придётся продавить его с помощью магии.
Ситуация слишком рискованная. Я не могу знать наверняка, лжёт он мне или нет. Придётся вывести его на чистую воду с помощью феромонов убеждения.
Однако всё происходящее я могу обернуть себе на пользу. В моей голове до сих пор сидит план, который я придумал ещё прошлый вечером, когда разговаривал с Такидзавой Рокуто.
Убивать старого болеющего оябуна мне не дадут мои принципы. Но я могу повлиять на сятэев и кёдаев. Создать разлад внутри семьи на уровне рядовых солдат якудзы. И потенциально Корути Сёго может стать первым, кто войдёт в ряды переученных мною бойцов.
Я активировал «харизму» и начал диктовать пациенту свои условия.
— Встаньте с колен и вернитесь на своё место, — попросил я.
Да, «харизма» работает значительно хуже «контроля». Но даже если бы я сейчас мог использовать свою самую мощную силу, влияющую на сознание, при любом раскладе я не решился бы расходовать её на рядового сятэя.
— Д-да, Кацураги-сан, хорошо, — закивал он и вернулся на место.
Я выдержал паузу. Из-за гнетущей тишины Корути принялся отряхивать колени от пыли. Мудрое решение. Если Фува Джузо заметит эти следы, ему сразу станет ясно, что Корути меня о чём-то просил.
— Сколько вам лет, Корути-сан? — спросил я.
— Девятнадцать, — мигом ответил он.
Проклятье… Уже совершеннолетний, но на деле всё ещё ребёнок. Ввязался в историю с якудзой и теперь не понимает, как оттуда выбраться. Если, конечно, он меня не обманывает. Не стоит обращать внимание на возраст.
Возможно, таким образом он хочет выслужиться перед вакагасирой и получить новое звание. Стать не младшим братом, а старшим. То есть — кёдаем.
— Почему вы не хотите убивать человека? — сразу перешёл к делу я. — Отвечайте честно, — я усилил воздействие «харизмы». — Разве не для этого вы вступили в якудзу?
— Я вступил в неё от безысходности, Кацураги-сан, — признался он. — Ох… Чёрт, что же я несу! Пожалуйста, не передавайте мои слова Фуве-сан! Умоляю вас!
— Успокойтесь, — перебил его я. — В этом кабинете действует правило врачебной тайны. Я на Фуву-сан не работаю, поэтому не стану что-либо передавать. О нашем разговоре никто не узнает. Итак, мне повторить вопрос?
— Нет-нет, я отвечу, — вздохнул Корути Сёго. — Я — сирота. Мне некуда было податься. Всю свою жизнь я прожил в детском доме. В итоге покинул его я только в восемнадцать лет. К тому моменту я уже познакомился со своими будущими кёдаями.
— Вам казалось, что это — единственный способ подняться на вершину?
— Нет, мне казалось, что это мой последний шанс обрести семью, — с трудом сдерживая слёзы, признался он. — Но я ошибся. Очень сильно ошибся. Я хочу уйти, но не могу. Меня убьют, если я это сделаю. Одним отрезанием пальцев я не отделаюсь. Я в тупике, Кацураги-сан.
— Я могу вам помочь, — произнёс я. — Но только при одном условии.
— Я сделаю всё что угодно! — оживился он. — Деньги? Я достану, сколько скажете. Честное слово!
Он и вправду не врёт. Я уже пять минут исследую его пульс. Даже пришлось потратить приличный запас маны для анализа его мозговой активности.
Корути Сёго в ужасе. В отчаянии. Но он со мной говорит откровенно. Вероятность моей ошибки меньше пяти процентов. Думаю, имеет смысл поверить ему. Рискну. Без риска я никогда не избавлюсь от якудзы.
А бросать парня в беде мне тоже не хочется.
— Деньги сверх установленных тарифов мне не нужны, — спокойно сказал я. — У меня к вам другая просьба. Если я пропишу вам лечение и попрошу Фуву-сан временно освободить вас от своих обязанностей, взамен я хочу, чтобы вы начали работать вместе со мной.
— Э? — удивился он. — В смысле? В клинике?
— Нет, в клинике от вас никакой пользы не будет, — усмехнулся я. — Аккуратно поинтересуйтесь среди своих сятэев и кёдаев. Есть ли кто-то с таким же желанием, как у вас. Возможно, не только вы хотите покинуть свою организацию.
— Такие есть, — тут же сказал он. — Я знаю как минимум двоих. Они тоже из моего детского дома. Мы выросли вместе. Если надо будет, я поспрашиваю других людей.
  
Его пульс начал успокаиваться. Он доверяет мне. Глупый парень… Ему повезло, что эти вопросы задаю ему я, а не кто-то другой. Его точно так же могли проверить другие члены якудзы.