Спасите меня, Кацураги-сан! Том 15 (СИ)

— Спасибо, Докуросаку-доно, — поклонился неизвестный мне самурай. — Мы не проиграем.
Только сейчас я начал понимать, что происходит на самом деле. Моё сознание обострилось, и я уловил иллюзорность происходящего. Этим телом я не управляю. Я лишь смотрю его глазами и пользуюсь остальными органами чувств, чтобы следить за происходящим через Докуросаку.
Я поднялся и быстрым шагом направился в большой зал, где уже начали раскладывать раненых бойцов. Моё тело остановилось, и тогда Докуросаку положил руку на свой танто и прошептал:
  
— Ты явился как раз вовремя, потомок. Наблюдай, учись. Скоро ты поймёшь, как работает моё наследство.
Рядом с Докуросаку никого не было. Очевидно, его слова, судя по всему, предназначались мне. Однако ответить я ему ничего не мог. Судя по всему, между нами образовалась связь за счёт этого танто. Я заглянул в прошлое и посмотрел глазами…
Своего родственника? Докуросаку обратился ко мне, как к своему потомку. Возможно, этот танто должен был попасть к кому-то другому. А возможно, этот самурай-лекарь действительно является предком ныне живущей семьи Кацураги. Хотя это было бы слишком невероятно!
Что ж, не знаю, когда это видение закончится, но повлиять на это я никак не могу. Мне остаётся только наблюдать. Докуросаку велел мне смотреть и учиться.
А учиться я готов всегда. Такова участь любого врача или лекаря. Учиться до последних минут своей жизни. Так что слова этого самурая я должен воспринять не как приказ, а как ценный подарок.
Моё тело само подбежало к лежащему на полу мужчине. С него уже сняли доспехи, тем самым обнажив длинную глубокую рану, которая растянулась от плеча до низа живота. Похоже, его только что рубанули катаной. Рассекли все звенья брони. Металл чудом защитил его от смертельной раны.
— Докуросаку-сан, пожалуйста, спасите меня, — стонал раненый мужчина.
Да даже не мужчина, совсем ещё юнец. Я ожидал, что Докуросаку излечит его, однако моя рука потянулась к танто.
Стоп, что он делает? Надеюсь, это не японская эвтаназия. Он же не хочет его добить? Эту рану ещё можно залечить, даже обычными методами!
«Просто наблюдай», — прозвучал голос в моей голове.
— А ты потерпи, юный Шинидзу, — сурово произнёс Докуросаку. — Я смогу излечить тебя, только если ты вытерпишь боль.
Танто вонзился в самый край раны, а затем молниеносным движением «моя» рука прошлась по ране и резко достала нож из его тела.
Самурай Шинидзу громко вскрикнул и тут же затих. Видимо, потерял сознание из-за болевого шока. Однако раны его я больше не видел. Она исчезла.
Да что же это за нож такой? Значит, он и вправду способен стягивать раны? Но какой ценой… Без обезболивания это хуже пытки. Хотя, с другой стороны, если предварительно ввести пациенту анестезию, это и вправду отличный способ залатать раны, не тратя при этом собственной магической энергии.
— А теперь попробуй сам, — прошептал Докуросаку.
И я неожиданно получил доступ к его телу. Теперь я был не просто в воспоминаниях. Я мог действовать, исходя из своих желаний.
И, разумеется, медлить было нельзя. Помещение уже заполонили раненые, а потому я должен был им помочь. Не тратя лишнего времени, я сразу же принялся лечить самураев, используя свой танто. К лекарской магии доступа у меня не было.
Излечив пятерых солдат, я начал понимать, что на самом деле моё сознание никуда не перемещало. То, что происходит вокруг меня — это обычный интерактивный «фильм», который направил в меня танто. Видимо, нож хранил в себе воспоминания своего владельца.
— У тебя хорошо получается, — услышал я голос Докуросаку. — Твой дух селён и переполнен могуществом. Я могу доверить тебе эти знания. Слушай и запоминай. Если настанет момент, когда твоих сил будет недостаточно, найди «Кэйтэки-сю».
— Что это? — мысленно спросил я.
— Труд, написанный нашим общим предком — лучшим лекарем Японии. Манасэ Досаном. Запомнил?
— Да, Манасэ Досан. «Кэйтэки-сю», — повторил я.
— Эти письмена мы передаём из поколения в поколение. Они должны дойти и до тебя. Воспользуйся ими только в крайнем случае, — произнёс Докуросаку.
А затем я увидел, как в здание с ранеными ворвались вооружённые люди. Докуросаку схватился за вторые ножны, после чего достал катану и…
Я почувствовал сильный удар. Казалось, моя голова только что раскололась пополам.
— Тендо-сан! Что с вами⁈ — услышал я женский голос.
Как только я открыл глаза, передо мной предстало лицо моей лекарской жрицы — Хирано Юрики. Я же валялся на полу рядом с перевёрнутым креслом. Похоже, иллюзиям настал конец.
Видимо, когда я коснулся танто, моё сознание куда-то утянуло, из-за чего я повалился и крепко приложился головой о деревянный пол. Однако присутствие Хирано быстро залечило мой ушиб. Её лекарская магия действует пассивно, как и у всех жриц.
— Всё в порядке, друзья, — замахал руками я. — Видимо, с этим артефактом стоит быть аккуратнее. Я на долю секунды потерял сознание, но сейчас со мной всё в порядке.
Не стоит рассказывать другим лекарям, что я увидел на самом деле. И дело даже не в том, что я им не доверяю или хочу скрыть эту информацию. Просто, судя по словам этого древнего лекаря, эти знания предназначались только мне. Если бы он хотел передать их кому-то ещё, то уже сделал бы это.
Ведь танто был в руках у каждого из присутствующих и лишь потом вернулся ко мне.
Интересно… А почему раньше я не попадал в это видение? Почему именно сегодня танто решил показать мне прошлое?
Объяснение может быть только одно. Он был разряжен и смог активироваться только после того, как прошёлся по рукам сразу четырёх лекарей. Я, сам того не ведая, провёл особый ритуал и связался со своим предком.
Я вновь мысленно повторил: «Манасэ Досан. Кэйтэки-сю».
Нельзя это забывать. Имя моего первого предка-лекаря и его трактат, который мне, вероятно, рано или поздно придётся найти.
Убедившись, что эти слова отпечатались в моей голове намертво, я вернулся за стол, и мы продолжили праздновать. Пришлось объяснить коллегам, что я не пострадал, но они меня долго допрашивать не стали. Лекари и сами смогли проверить состояние моего головного мозга.
А я уже отвык от этого чувства, когда в тебе кто-то ковыряется взглядом. Неприятно, но в прошлом мире это воспринималось проще. Слишком долго я считал, что, кроме меня, лекарей в этом мире нет.
Вскоре после праздника мы разъехались по домам. Купер Уайт долго благодарил нас за столь необычный праздник. Разумеется, больше всего его поразили мои артефакты, но упоминать вслух он об этом не стал, чтобы не обидеть остальных гостей.
Вернувшись домой, я осознал, что наступил последний вечер Золотой недели. Всё, праздники закончились. Вся Япония приступает к очередному запойному рабочему году. Больше никто отдыхать практически не будет. Даже на Новый год японцы отдыхают меньше, чем в Золотую неделю.
Помню, ещё в первые месяцы моей работы в клинике «Ямамото-Фарм» Савада Дэйчи постоянно жаловался, что он ненавидит Золотую неделю. Савада — большой поклонник манги и аниме, а в эти выходные отдыхают абсолютно все, даже авторы художественных произведений. Поэтому со свежим выпуском манги или новой серией аниме ознакомиться в Золотую неделю невозможно. В это время по телевизору и в интернете в основном крутят только повторы старых выпусков.
Однако этим вечером меня беспокоило совсем не окончание Золотой недели. Больше всего я был озабочен тем, что мне пришлось увидеть в иллюзорном прошлом, созданным лекарским танто.
Оказавшись в своей квартире, я сразу же открыл свой ноутбук, сохранил в черновике те имена и названия, которые не должен забыть, а потом начал штудировать интернет в поисках информации.
  
Как выяснилось, о Манасэ Досане и его Кэйтэки-сю статей было даже слишком много. И научно-популярных, и исторических.
Позволить себе поверхностное знакомство с предком я не мог, поэтому приступил к чтению тяжеловесных исторических статей. Ушло на это часа четыре. Я опять нарушил свой режим сна, но всё же выяснил много интересного.