Спасите меня, Кацураги-сан! Том 15 (СИ)

Перед тем, как покинуть подвал, я ещё раз осмотрел её тело и понял, что с ней было не так. Из-за отсутствия солнца и плохого питания у неё развилась анемия и дефицит витамина «D».
Я исправил эту проблему как мог. Полноценное лечение должно подразумевать нормализацию образа жизни и питания. Но с этим уже разберётся её дед, когда я вправлю ему мозги.
Я оставил девушку внизу, а сам поднялся на второй этаж, где до сих пор лежал Нагитава Эйджи.
  
Активировав «психоанализ», я сразу же понял, в чём его проблема. Причём понял так чётко, будто сам пережил все те эмоции, которые он испытывал последние несколько лет. Видимо, мощность моего «психоанализа» многократно возросла за счёт того, что я часто им пользовался.
Через мою голову пронеслись особо тяжёлые для Нагитавы ситуации. Сын Нагитавы вместе со своей женой разбился по дороге в Хоккайдо. Они оставили Рэйку с дедом, а сами, судя по всему, отправились в отпуск. Но забрать дочь так и не смогли.
Похоже, из-за этого у Нагитавы и развился один из самых распространённых синдромов современных родителей.
Гиперопека.
А это — заболевание. В современное время развелось уж слишком много мамочек и мягкотелых отцов, которые трясутся над своими детьми так, будто они какие-то недоразвитые инвалиды детства. В итоге из таких детей вырастают психически незрелые люди. А это чревато развитием других заболеваний.
Я сам встречал огромное количество матерей, которые превращают своих сыновей в недееспособных слабоумных хряков с ожирением чуть ли не третьей степени. А потом удивляются, что этот «мужчина» живёт с ними до самой их смерти и не может завести свою семью.
Забота детям нужна — это правда. Но нельзя запирать их в доме и ограничивать их развитие. Пусть лучше ребёнок раздерёт коленки, подерётся с кем-то из сверстников, получит травмы, но научится на своих ошибках и станет зрелым сильным человеком.
Постоянные ограничения ему ничего не дадут.
Воспользовавшись «психоанализом», я настроил поток мыслей Нагитавы Эйджи и избавил его от душевной боли, которая долгое время терзала его. Потеря сына — это неизгладимая рана. И полностью излечить её я не смогу. Но, по крайней мере, сделаю так, чтобы он не пытался защищать свою внучку от несуществующих опасностей.
Проклятье, я ведь даже счёл его маньяком! А на деле оказалось, что он — обычный скорбящий мужчина.
Как только работа над его психикой была завершена, я привёл Нагитаву в сознание и рассказал, что он неожиданно потерял сознание. Пришлось солгать, чтобы он не заподозрил, что я ходил в подвал.
Однако Нагитаву это не смутило. Он сказал, что такое с ним часто происходит, когда он проходит мимо своих артефактов. Мне крупно повезло, даже не придётся придумывать дополнительные оправдания его потери сознания.
Сразу после этого мы вошли в его музей и тут же уткнулись в первый артефакт, от которого буквально разило жизненной энергией.
— Вот, Кацураги-сан! Смотрите, — произнёс он. — Это компас одного из…
Однако продолжение его фразы я даже не расслышал. Потому что при прикосновении к энергии компаса в моей голове зазвучали другие голоса.
И я очень хорошо их знал.
  
Глава 9
 
Такого со мной ещё никогда не происходило. На долю секунду я подумал, что моё сознание улетело куда-то в другой мир. Будто я умер, как только мои магические каналы соприкоснулись с компасом. Я перестал ощущать своё тело, не видел, что происходит вокруг меня. Единственный орган чувств, который работал — это слух.
Причём не уши, а именно кора головного мозга, которая воспринимала голоса в моей голове. Точно так же, как обычно слышу голос богини Аматэрасу, я, к своему удивлению, услышал Дайго Рэна и Рэйсэя Масаши.
В данный момент они принимали пациентов. Точнее, пациента принимал только Дайго, а Рэйсэй беседовал со своей женой Масами. Видимо, взял небольшой перерыв.
— Рэйсэй-сан? — мысленно произнёс я.
— А⁈ — вздрогнул хирург.
На долю секунды мне даже удалось увидеть его образ, но он быстро исчез.
— Чего «а»⁈ — крикнула на него жена. — У тебя количество принятых пациентов гораздо ниже, чем у Дайго-сана, а ты тут прохлаждаешься! На что ты нашу семью кормить планируешь? У нас в клинике зарплата не фиксированная. Сколько пациентов примешь, столько денег и получишь!
— Да погоди ты, Масами! — пробурчал он. — Мне показалось, что я услышал… Стой, дай-ка телефон проверю.
— Рэйсэй-сан, — рассмеялся я. — Ау! Слышите меня?
На этот раз хирург ничего не ответил. В его кабинете повисла гробовая тишина.
— Думаю… Думаю, мне стоит пообщаться с психотерапевтом, Масами. Кажется, я перетрудился, — произнёс он.
Я решил больше не мучать хирурга и переключился на Дайго Рэна. Как раз в этот момент его кабинет покинул пациент, поэтому я сразу же ему сообщил:
— Попросите, чтобы следующий больной подождал, Дайго-сан. Пять минут. Нам надо поговорить.
— П-подождать! — тут же закричал он. — Хирано-сан, скажите пациенту, что я приму его через пять минут.
— Хорошо, Дайго-сан! — чуть тише послышался ответ лекарской жрицы.
А затем, оказавшись в кабинете в полном одиночестве, Дайго Рэн замолчал. Реакция у них с Рэйсэем была практически одинаковая. Похоже, их так удивил сам факт моей связи с ними, что они в первую очередь подумали о том, что у них возникли какие-то психические отклонения.
Ладно, шутки в сторону. Повеселились — и хватит. Пора проверить, как работает этот артефакт на самом деле.
— Дайго-сан, вам не показалось. Это Кацураги Тендо, — объяснил я. — Связываюсь с вами через артефакт. Меня хорошо слышно?
— Чёрт меня раздери, Кацураги-сан! Вы чего так пугаете! Я ведь даже не знал, что такое возможно, — протараторил Дайго Рэн.
— Вслух не говорите, — поправил его я. — Достаточно отвечать мне мысленно. Попробуйте.
— Ну… Эм… Алло? — неуверенно передал сообщение он.
— Слышу! Отлично слышу, Дайго-сан, — произнёс я. — Отлично, значит, теперь мы можем связываться телепатически.
— Эй-эй! — испугался он. — А давайте вы как-нибудь будете заранее предупреждать меня о таком способе коммуникации? А если я в этот момент буду чем-то занят? К примеру…
— Не надо примеров! — перебил его я. — Хотя я, к сожалению, уже прочитал их в ваших мыслях. Не беспокойтесь, это — обычная проверка связи.
У меня была возможность связаться ещё и с Купером Уайтом, но я решил больше не злоупотреблять энергией артефакта, который пока что мне не принадлежит.
Похоже, сил у него даже несколько. Мало того, что он может воздействовать на людей через телефон, так ещё и вдобавок даёт возможность общаться с другими лекарями телепатически.
— Мне он нужен! — прохрипел я.
И осознал, что лежу на полу. Мы с Нагитавой Эйджи поменялись местами. На этот раз он сидел надо мной и пытался привести меня в чувство.
— Кацураги-сан, вы в порядке? — обеспокоенно спросил он.
— Да, — я потёр ушибленную голову и поднялся на ноги. — Похоже, вы были правы. Сила артефактов и вправду может вышибить сознание из человека.
— А я вам о чём говорю! — закивал Нагитава. — Я и в первый раз потерял сознание. Когда только раскопал этот компас. Это — самая дорогая часть моей коллекции. Я скрывал её ото всех. Вы — первый, не считая меня, кто увидел его воочию.
— Этот артефакт я точно возьму, — произнёс я. — Давайте посмотрим на остальные.
А зал с экспонатами у Нагитавы был и вправду внушительным. Десятки застеклённых стеллажей с множеством старинных предметов. Особо дорогие ему артефакты он выкладывал на отдельные постаменты. Всего их в комнате было три. Именно от них я и улавливал колебания жизненной энергии.
  
— Вас, как я понял, интересуют только артефакты с «особой» аурой? — поинтересовался он. — А то, если хотите, я могу вам и остальные продать. Они гораздо дешевле.
— Нет, благодарю, — отказался я. — Моя коллекция состоит только из особых артефактов.
— Если честно, Кацураги-сан… Вы только не подумайте, что я хочу вам навязать покупку всего это барахла! Но на самом деле все эти артефакты обладали особой энергетикой. Но она из них куда-то исчезла. Будто выветрилась. Просто ставлю вас в известность. Вдруг вас такое тоже интересует.