Бескрайний архипелаг. Книга III (СИ)

 Глава 25 
Насвистывая что-то попсовое, я топал за посыльным. Какую же шикарную резиденцию отгрохал себе правитель. По сравнению с ней наш дом казался спичечным коробком. Да здесь бы четверть фракции при желании можно было бы разместить! Впрочем, грех жаловаться. Главное, что у нас личного пространства в достатке.
Бесконечные коридоры наконец-то сомкнулись в тупик. Впереди маячила лишь дверь, украшенная металлическими накладками. Посыльный, худой юнец с дёргающимся от напряжения глазом, постучал костяшками пальцев, выбивая секретный ритм.
  
ТУК-ТУК… ТУК-ТУК-ТУК… ТУК.
Выдержав паузу в несколько секунд, юноша открыл дверь, отступил в сторону и широким жестом пригласил меня внутрь.
Двинулся вперёд. А здесь… необычно. Готическая мрачность сплеталась с восточной мистикой. Эдакий фен-шуй по-средневековому. Бенджамин восседал у торца массивного стола, его силуэт чётко вырисовывался на фоне высокого окна, через которое свет Вортаны падал серебряными полосами. Рядом с ним, словно тень, сидел человек в капюшоне.
Продолжил путь, сканируя детали. На стенах красовались трофейные головы тварей, которых я не сумел опознать. С рогами, закрученными в бараньи, с клыками длиной в человеческую ладонь, с пустыми глазницами. В дальнем углу стоял навигационный стол. Канделябры отбрасывали причудливые тени, а жуткие статуи явно следили за каждым моим движением. На подоконнике из горшков выглядывали бонсаи с фиолетовой листвой. Их ветви извивались в странных позах.
Бенджамин поднялся с кресла.
— Добро пожаловать. Мы вас заждались, — бархатным голосом поприветствовал лидер. Он жестом указал на место слева от себя. — Прошу, располагайтесь. Нам предстоит важный разговор.
Время подбиралось к полуночи, усталость накатывала. Хотелось закончить эту встречу как можно скорее и обнять подушку… или Калиэсту. Или их обоих — и уснуть поскорее.
— Здравствуйте, здравствуйте, — буркнул я, плюхнувшись на кресло с такой силой, что оно скрипнуло под моим весом.
Взгляд тут же уперся в человека напротив. Сквозь тень капюшона виднелись лишь фрагменты лица: бородатый подбородок, острый нос и… изуродованная щека. Шрам пересекал её от скулы до уголка рта.
Поймав мой изучающий взгляд, незнакомец запрокинул голову назад. Капюшон соскользнул, открывая лицо.
Абдулла.
— Узнаю почерк, — вырвалось у меня первое, что пришло в голову. Я кивнул на его лицо. — Удивительно, как быстро ты сумел поправиться после нашей недавней встречи.
Абдулла затрясся, словно его пронзил разряд тока и стиснул губы до белизны. При этом лицо его оставалось каменным, глаза смотрели в пустоту, и мне показалось, что он находится где-то очень далеко отсюда. Может, до сих пор не отошёл?
Любопытство взяло верх. Я протянул руку над столом и несколько раз щёлкнул пальцами перед его лицом, наблюдая за реакцией, как психиатр за пациентом.
ЩЁЛК, ЩЁЛК, ЩЁЛК.
Бенджамин нарочито громко прокашлялся. Это, видимо, послужило триггером, потому что Абдулла вздрогнул и моргнул, словно очнувшись от транса. Его глаза обрели фокус, и он медленно повернул голову ко мне. На лице проступила заискивающая улыбка.
— Надеюсь… — прогнусавил советник, — надеюсь, вы простите мне мою прежнюю ошибку, о наихрабрейший. — Он склонил голову так низко, что едва не коснулся лбом стола. — Как же неразумно, как глупо было применять боевую ментальную магию против вас.
Моё лицо невольно сморщилось. Этот звук больше напоминал шипение змеи, чем человеческую речь. Слишком хорошо я помнил таких типов ещё со школьных времён… кхм-кхм, в общем, нелегко им жилось. Смущало, почему столь «благородный» муж постоянно находится в компании лидера фракции. Что связывает мудрого правителя с этой гадюкой? Полагаю, вскоре пойму причины их дружбы.
— Прощаю, на первый раз, — произнёс я с ледяной усмешкой, намеренно растягивая слова.
Хотелось вывести его из себя. Этот тип настолько раздражал, что руки сами тянулись к кобуре на поясе справа, которой, к сожалению, больше не было последних вексов так двадцать.
Оба собеседника позволили себе улыбнуться, и Абдулла даже тихо хихикнул. Я ожидал немного другого эффекта. Но получилось ещё лучше.
— Прежде чем приступить к обсуждению важных вопросов… — начал Бенджамин, облокотившись на стол. — Я бы хотел поблагодарить вас за спасение нашей фракции. Минутку, пожалуйста.
Он раскрыл цифровое полотно и принялся бегать пальцами по её поверхности, будто играя на невидимом фортепьяно. Несколько мгновений спустя в моём поле зрения материализовалось уведомление:
Вы оказались удостоены высшей фракционной награды.
Слава повышена до 39 пунктов. (+5).
Я невольно присвистнул от удивления. А что, так можно было? Всё это время я думал, что слава — штука неподконтрольная кому-либо, зависящая только от подвигов и Парадигмы.
Бенджамин считал мой немой вопрос с лица и поспешил ответить, слегка наклонив голову:
— Лидер фракции в праве повышать славу своим подопечным, это верно. — Он поднял указательный палец, как учитель, объясняющий урок. — Но не всё так просто, как кажется на первый взгляд. Подобная награда требует фракционных очков, которые, увы, медленно восполняются и являются стратегическим запасом для развития острова.
Неужели только что потратились ценные ресурсы?
Он поймал мой возмущённый взгляд.
— Но не переживайте по этому поводу. За оборону Новой Земли мы получили гораздо больше очков, чем я израсходовал только что, и в этом есть ваша заслуга.
— Благодарю! — облегчённо откинулся на спинку стула. — Очень приятный и ценный подарок. Теперь, может быть, приступим к обсуждению тех самых важных вопросов?
Бенджамин устало кивнул и улыбнулся. Он провёл рукой по лицу, и я заметил, как дрогнули его пальцы. Усталость? Или что-то другое?
— Чтобы выжить в противостоянии с жужжерианцами, — продолжил он, и голос его стал жёстче, приобрёл командные нотки. — Нам необходимо сосредоточиться на эффективности и единстве. К сожалению, имеется пара негативных факторов, которые существенно замедляют развитие фракции. Некоторые из моих лучших бойцов уже занимаются устранением этих помех. Увы… — раздосадованно выдохнул. — Результат — околонулевой.
При этих словах что-то щёлкнуло в моём мозгу. Уже догадывался, к чему он клонит, и решил упредить его просьбу.
— Речь идёт о расколе между нами? — спросил я прямо, не желая ходить вокруг да около. — О противостоянии Северян и Горожан?
Лидер фракции усмехнулся. Он медленно покачал головой.
— Увы, но нет, мой друг. Это далеко не самые главные проблемы на пути к могуществу и процветанию нашей фракции. Хотя ситуация с расколом получилась, признаю, крайне прискорбной.
Он встал и подошёл к окну, заложив руки за спину.
— Боюсь, Холодов никогда не согласится объединиться с Горожанами напрямую. У него слишком гордый нрав, слишком много старых обид. — Бенджамин повернулся ко мне, и в его глазах мелькнула искра надежды. — Впрочем, не всё так плохо. Мы хоть и действуем порознь, но поддерживаем тесное сотрудничество. Это… приемлемый компромисс. Проблема имеет совершенно иной формат, — продолжил Бенджамин, возвращаясь к столу. Он сел и впился в меня взглядом. — Скажите, вы слышали что-нибудь о нашей шахте? О той, что ежедневно приносит около пятидесяти тысяч осколков бездны?
Мои брови взметнулись вверх так резко, что едва не достигли линии волос. Пятьдесят тысяч? Ежедневно? Это же настоящая курица, несущая бриллиантовые яйца! Теперь мне стало понятно, почему многие обращают жадные взоры на острова первого ранга и готовы рисковать жизнями.
  
— Вижу по вашему удивлённому взгляду, о наисильнейший, — встрял Абдулла, его голос зазвучал ещё более угодливо и мерзко, — что картина вам не совсем ясна. В нашей шахте имеется несколько уровней, и мы разрабатываем лишь самый верхний, первый. В одном из штреков обнаружилась расщелина, ведущая на второй уровень. Поначалу несколько храбрых шахтёров вызвались на разведку…