Красный бархат (СИ)
Глеб.
Глеб Серебрянский.
Надо будет накопать побольше на него. Вернусь в город и попрошу свою службу безопасности нарыть мне полное досье, а пока стоит вернуться к Кире и её холодным пальцам.
— Не хочешь прогуляться? — энергично кивает и тут же подрывается с места, тянет меня за собой в сторону ото всех к озеру.
Иду следом, в какой-то момент бросаю взгляд через плечо и замечаю, что этот мужик смотрит на Киру. Приходится чуть поменять положение и закрыть её собой. Хорошо, что она такая маленькая, я могу полностью заслонить её своей спиной. Пусть теперь на неё пялится.
— Что у тебя было с этим Глебом? — мы скрываемся на пирсе, птичка садится на самый край и опускает ноги в воду, создавая небольшие брызги своими аккуратными ступнями.
— Ты о чём? — вижу, что при упоминании этого имени девушка снова вся сжимается, хоть и пытается храбриться и делать вид, что совершенно ничего не произошло десятью минутами ранее.
— Не пытайся из меня дурака сделать. Он появился и сразу всё похерилось, — Киру передёргивает от грубого тона, но я ничего не могу с собой поделать. Меня дико злит, что какой-то мудак испортил хороший вечер и напугал птичку.
— Мы когда-то встречались. Не очень хорошо расстались, я просто не хочу обо всём вспоминать. Конец истории. Бывшие ведь есть у каждого? — сажусь рядом и внимательно смотрю в глаза девушки. Вроде и не врет, но я чувствую, что не все в этой истории так просто. От появления бывших тебя не кидает в холодный пот, хоть иногда и хочется перейти на другую сторону дороги.
— Уедем? — кивает, но продолжает болтать в воде ногами.
Даю ещё немного времени птичке прийти в себя и отвожу её к своей машине, возвращаясь к столу и объясняя всем внезапный уход её резко разболевшейся головой. Выдерживаю взгляд этого с прилизанными гелем волосами, договариваюсь с Антохой о встрече через пару дней — обсудить некоторые детали текущих дел и разузнать больше о Серебрянском.
Лишним не будет.
Отдельно прощаюсь с маленьким ураганом, который никак не хочет отлипать от моей ноги, но всё же ведётся на уговоры матери.
В машине с Кирой едем молча. Она скинула свою обувь и забралась на сидение с ногами, закутавшись в плед, который я достал для неё из багажника.
Смотрит в окно и слишком односложно отвечает на какие-то мои вопросы, которым я пытаюсь вытащить её из этого состояния транса. В какой-то момент я перестаю пытаться и просто ловлю её руку, переплетая осторожно пальцы и поглаживая тыльную сторону ладони.
Птичка постепенно приходит в себя и уже сама льнёт ко мне, бессовестно отвлекая от дороги. Её пальцы быстро расправляются с ремнем на джинсах и забираются под ткань.
Какое-то время я ещё пытаюсь вести автомобиль, но когда негодница склоняется ниже и накрывает член губами — резко ударяю по тормозам, съезжая на обочину и отодвигая сидение назад, предоставляя птичке больше места для манёвров.
Ствол твердеет быстро, когда проворный язычок скользит по головке, а пальцы малышки сжимают яйца, переместившись на длину. С каждым разом птичка заглатывает глубже, подключает язык и плотно оборачивает ладонь вокруг члена.
Сам не замечаю, как зарываюсь в её распущенные волосы и натягиваю их на затылке, управляя темпом и глубиной проникновений. Чувствую коготки на бедре, когда толкаюсь в этот божественно влажный рот слишком сильно.
Загоняю глубже, Кира дёргается и хрипит, но не пытается отстраниться, когда я ощущаю головкой стенки её горла. Замираю на несколько секунд, даю ей время на передышку, скользя головкой по блестящим от смазки и слюней губам, вновь толкаясь внутрь горячего рта, когда Кира поднимает взгляд и ловит мой.
Тянусь рукой к её шортам, быстро расстёгивая молнию и ныряю пальцами во влажные трусики, надавливая на клитор. Кира стонет с моим членом во рту и начинает двигаться быстрее, немного раздвинув ноги, чтобы я мог толкнуться пальцами в неё, поглаживая чувствительную точку подушечкой большого пальца.
Птичка старается и пытается взять глубже, толкаясь бедрами к моим пальцам, насаживаясь на фаланги, втягивая щёки и обхватывая мой ствол ещё плотнее. Хочу спустить в этот превосходный рот, но продлить удовольствие обоих меня тянет больше.
Приходится оттянуть за волосы непонимающую малышку, погладив ладонью по щеке и оттягивая нижнюю припухшую от отсоса губу.
— Сними свои шортики и иди ко мне, — похлопываю по коленям, и птичка тут же ловко избавляется от клочка ткани вместе с бельем, залезая на меня сверху.
Трётся влажной промежностью о ствол и мурлычет куда-то в шею, когда я обхватываю упругие ягодицы и отвешиваю шлепок по одной. Не важно, что сейчас я оказался снизу, власть всё равно принадлежит мне. Мы оба это понимаем.
Обхватываю член рукой и направляю внутрь истекающего смазкой лона, проскальзывая на пару сантиметров.
— Сама. Насаживайся, девочка. Медленно.
Возвращаю руки на бёдра и сжимаю кожу, оставляя новые отметины на этом совершенном для меня теле. Понятия не имею, в какой момент я успел потерять голову от той, что изначально должна была стать приятным развлечением на пару ночей.
Кира опускается по стволу и сильнее выгибает ягодицы, когда мои ладони ложатся на внутреннюю сторону её бёдер и надавливают в стороны, вынуждая птичку сильнее раскрыться. Пальцы скользят к её промежности, собираю немного смазки и поднимаюсь выше, к тугому отверстию между ягодиц.
— Тшш, продолжай двигаться, — цепляю мочку уха зубами и немного оттягиваю, когда девушка напрягается, ощутив мои пальцы сзади. — Расслабься, малыш.
Крышу сносит от того, насколько она мне доверяет. Возвращается к медленным скольжениям, пока я ласкаю её сзади и надавливаю подушечками на постепенно расслабляющиеся мышцы. В какой-то момент один палец скользит внутрь, Кира сильнее сжимается вокруг ствола и утыкается мне в плечо, впиваясь в него зубками.
Толкаюсь пальцем между ягодицами глубже, одновременно жёстче загоняя в неё член. Под одобрительные стоны начинаю двигаться быстрее, наматывая свободной рукой её волосы, заставляя откинуть голову и оголить шею для моих укусов и засосов, которые я оставляю на её теле.
— Приласкай себя.
Птичка послушно уводит свои пальцы между ног, я чувствую, как подушечки иногда задевают член, а сама она начинает двигать бёдрами в такт, сжимаясь всё плотнее вокруг твёрдого ствола на каждый мощный толчок. Кусает свои губы, стараясь сдерживать громкие стоны, которые всё равно иногда слетают, заставляя меня вбиваться глубже в её податливое тело.
— Пожалуйста…
Стонет и резче скользит пальцами по клитору, впиваясь в мои губы требовательным поцелуем, отдав инициативу, когда я толкаюсь языком в её рот и поглаживаю нёбо, вызывая очередную волну мурашек.
— Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — шепчет между поцелуями, стараясь сдержать накрывающую всё тело пульсацию внизу живота. Вхожу особенно глубоко, ловлю её губы, удерживая на месте второй рукой, позволяя наконец-то кончить.
— Давай, птичка.
Кира вскрикивает и трётся о собственную ладонь, максимально сжимая меня внутри. Я чувствую, как она дрожит, выскальзывая и доходя до пика следом, пачкая её бёдра спермой.
Оба тяжело дышим. В воздухе витает запах секса, малышка расслабляется и обнимает меня за шею, вплетая свои пальчики в волосы.
Закрываю глаза и наслаждаюсь её умелыми манипуляциями, поглаживая по ягодицам, поднимая пальцы выше и кладя ладонь на поясницу, прижимая горячее тельце к себе сильнее.
Глава двадцать девятая. Руслан
По пути к дому птичка засыпает, так что я осторожно переношу её в спальню из машины, накрыв одеялом и аккуратно прикрыв дверь в комнату. Спускаюсь в спортивный зал из двух соединённых комнат и от души прикладываюсь к груше, представляя на её месте рожу Серебрянского.
Мне до такой степени не понравился этот тип, что после серии ударов снаряд срывается с крючка и падает на пол. Надеюсь, это не разбудило птичку, а рабочие, устанавливающие звукоизоляцию, меня не обманули.