Красный бархат (СИ)

Домофон зазвонил, когда я пыталась стянуть с себя майку, лямка которой запуталась в волосах. В итоге я побежала в прихожую прямо так, на ходу стаскивая верх от пижамы. Запнулась о порожек, заскользила носками по плитке, чуть не врезавшись в стену, но все же мне удалось добраться до заветной кнопки.
Быстро ударила по ней и помчалась обратно в спальню, где натянула на себя попавшую под руку свободную рубашку и джинсы, которые торчали из шкафа.
Руслана увидела в глазок, когда он выходил из лифта. Именно в этот момент из кухни начали доноситься звуки неожиданного шипения. Я смогла предположить, что это вода из кастрюли вылилась на плиту.
Открыла дверь неожиданному гостю и, вновь поскользнувшись, побежала на кухню, потому что перспектива разлития воды из-под спагетти по поверхности кухонного уголка меня совсем не радовала. Оттирать потом все это добро из каждой щели.
Бросила тряпку на рабочую поверхность, убавила мощность и перемещала морской коктейль, который томился под крышкой с разными специями. Запах стоял просто потрясающий. Теперь можно и к Руслану вернуться.
Мужчина зря времени не терял. Я натолкнулась на него, когда он выходил из ванной. Впечаталась носом в широкую грудь, тут же втянула нотки пряного цитруса, смешанные с естественным запахом мужчины. Едва не заурчала от настолько приятного запаха, резко одернув себя, когда тело отдельно от здравого рассудка потянулось ближе к сосредоточению запаха. Вкусно.
Из оцепенения меня выдернула усмешка, а затем теплая ладонь на пояснице, которой меня посильнее прижали к мужчине. Кажется, я погорячилась с финалом отношений.
— Не хочешь меня отпустить? — осмелела настолько, что приподнялась на носочках и коснулась губами колючей скулы.
— Чтобы ты снова от меня сбежала? Я не вынесу этого еще раз, — Руслан легко улыбнулся и обхватил мой подбородок, вынуждая чуть запрокинуть голову. — Что произошло вчера?
  
Глава двадцатая. Кира
 
— Голова разболелась резко. Я не стала отвлекать тебя от важных разговоров и приняла решение отправиться домой, — мужчина нахмурился и покачал головой, но я продолжала стоять на своем. — Ты знаешь, что головную боль ни в коем случае нельзя терпеть? А у меня не было с собой нужных таблеток.
— Как скажешь, птичка. Я предпочитаю, чтобы мне говорили правду, но тебе готов простить эти маленькие интриги, если ты предложишь мне тарелку того, чем так пахнет. Со вчерашнего вечера нихрена во рту не было, — показательно принюхался, а я даже рассмеялась от такой его непосредственности. На большого начальника он сейчас точно не был похож. Скорее на немного замученного жизнью кота с голодными глазами.
— Оно еще не до конца готово, но если у тебя есть время…
— Сегодня я весь твой.
Вот так просто? Без объяснений? После того, что я вытворила вчера? По-моему, мне достался довольно странный мужчина.
Мы переместились на кухню, где Руслан расположился на стуле и наблюдал за моими действиями, пока я доводила пасту до съедобного состояния.
Мне было неловко.
Я спиной чувствовала его внимательный взгляд, так что несколько раз лопатка выпадала из моих рук, а последняя порция макарон никак не хотела вылавливаться из кастрюли.
Натёрла сыр, достала еще одну тарелку для мужчины и разложила содержимое сковороды на них. Руслану досталась довольно большая порция от моей щедрой души.
— Спасибо, конечно, птичка, но я при всём желании столько не съем, — мужчина задумчиво оглядел довольно внушительную горку на тарелке. Я же просто посыпала это всё сыром, достала салат из холодильника и подцепила креветку вилкой, отправляя ту в рот.
— Тебе не обязательно есть всё, просто ты… Ну… Такой…
— Какой?
— Большой, — слегка смущенно пробормотала и уткнулась в тарелку, наматывая спагетти.
— Птичка покраснела.
— Жуйте молча, Руслан Тимурович.
Пригрозила ему вилкой, дальше мы ели молча — только тихо работающий телевизор на фоне разряжал обстановку. После завтрака-обеда я заполнила посудомоечную машину, а Руслан зачем-то ушел в прихожую, откуда вернулся с чем-то квадратным в руках.
 
Сорвал бумагу, в которую это все было упаковано, и развернул полотно так, что мне теперь было видно само изображение.
Это оказалась вчерашняя фотография, которая привлекла мое внимание на выставке. В правом нижнем угле теперь красовалась подпись фотографа. Я растерялась. Просто не может быть, чтобы Руслан купил это для меня. Он ведь даже не видел, как я стояла возле нее.
— Скажешь что-нибудь? — усмехнулся в ответ на мой ступор и вопросительно вскинул брови, протянув мне фотографию.
— Спасибо? Но это как-то мало. Руслан, она ведь стоит целое состояние, — перехватила полотно и провела пальцами по окантовке. Настоящая. И теперь моя.
— Не думай об этом.
— Как ты вообще узнал?
— Столкнулся с твоим предметом обожания. Это не так уж и важно, птичка. Тебе нравится?
— Конечно. Она такая красивая.
Руслан перехватил фотографию и положил ее на столик, после притягивая меня ближе.
— Поцелуй меня. В качестве благодарности, — плотнее вжал в свое тело. — Сейчас, птичка.
Мне требуется несколько секунд, чтобы решиться. Тянусь своими губами к его, прижимаюсь, обхватываю зубами нижнюю и слегка тяну на себя. Хочется немного подразнить этого грубого мужчину. Я даже знаю, каким способом это можно сделать.
Обнимаю за шею, зарываюсь пальцами в волосы, второй рукой забираясь под ткань футболки, царапая низ живота. Руслан рычит мне в губы и перехватывает инициативу. Скользит языком между моими губами и обжигает горячими поглаживаниями нёба, перемещая руку на затылок, не позволяя отстраниться хотя бы на миллиметр.
Жестко.
Властно.
До невозможного порочно орудует языком у меня во рту, сжимая ладонью бедро. Скользит к ягодице, вдавливает пальцы, вынуждая меня застонать и дернуться от ярких касаний даже сквозь плотную джинсовую ткань.
Прикусывает нижнюю губу, тут же зализывает следы и обхватывает ее губами, удерживая меня сильнее, потому что ноги подкашиваются даже от такие практически невинных прикосновений.
Приподнимает за талию и усаживает на кухонный гарнитур. Обводит пальцем нижнюю губу, толкает между плотно сжатых зубов, заставляя сильнее втянуть палец в рот, ни на миг не отрывая взгляда.
Кажется, воздух вокруг накаляется до такой температуры, что любой термометр лопнул бы, не выдержав подобного напряжения.
Ведет влажной подушечкой по шее, обводит ключицу и касается пальцами верхней части груди, выступающей из белья.
— Расстегни, — дергает за полу рубашки. — Медленно.
Упирается кулаками в края тумбы и выжидает. Хищник вышел на охоту и уже успел загнать свою добычу в угол, из которого не выбраться. А мне и не хочется. Добровольная капитуляция его, надеюсь, не слишком болезненным клыкам.
Как скажешь.
Все будет так, как захочешь. Только не отпускай меня. Пожалуйста.
Смотрю в его залитые возбуждением глаза и подчиняюсь приказу, освобождая маленькие пуговки из петель. Одну за одной. Настолько растягиваю удовольствие, что Руслан не выдерживает и дергает края рубашки в разные стороны, когда мне остается всего несколько препятствий.
Стягивает рубашку с рук не до конца, заставляя увести те за спину. Связывает так, что я не могу освободиться. Теперь я не могу его касаться.
Хнычу от этих мыслей, а Руслан отвлекает жесткими пальцами на груди, которые оттягивают чашечку лифа и сминают подушечками сосок, слегка прокручивая, вынуждая меня выгнуться в спине, чтобы сильнее подставиться под порочные ласки.
Его взгляд безумно сексуальный. С хитрым прищуром. Я еще сильнее схожу с ума, двигаюсь на самый край тумбы и закидываю ножку на его бедро, толкая ближе к себе. Мне мало. Хочу раствориться в этом мужчине.
Его раскованная и уверенная аура будто светится. Я лечу на этот свет, даже не думая о том, что могу обжечься. Мотылёк, который может спалить свои тонкие крылья, но все равно жадно тянется к огню. Слишком сладко, чтобы сопротивляться.