Эволюционер из трущоб. Том 12 (СИ)

Шереметев задумчиво кивнул, внимательно разглядывая артефакт:
— Я полагаю, и эту вещицу вам в наследство оставил отец? — спросил он, скептически приподняв брови.
— Вовсе нет. Эту вещицу я самостоятельно добыл в аномальной зоне.
— Что ж. Это действительно может сработать. Но судя по вашему тону, это ещё не всё?
— Вы верно поняли. В моей темнице сейчас сидит весьма… — я замялся, стараясь не выругаться матом на этого сидельца. — Сидит талантливый некромант. Один из безликих. Он верен мне, как дворовый пёс. Уверен, он с радостью поможет нам, забрав на себя ещё часть внимания отрицателей.
  
Шереметев пристально посмотрел на меня и спросил:
— Что требуется от меня?
— Ничего, — пожал я плечами. — Отдыхайте. Как всё будет готово, я сообщу.
Шереметев протянул мне руку, и я тут же крепко её пожа.
— Хорошо, Михаил Даниилович. Действуйте, — кивнул он, а после двинул вдаль по коридору, но задержался на секунду, чтобы сказать. — Знаете, чем дольше я с вами знаком, тем больше понимаю, почему Император выбрал вас для этой миссии.
Шереметев ушел, а я быстро поднялся на крышу библиотеки. Там гулял прохладный ночной ветер. Внизу были уродливые руины, а вверху — багровеющие небеса. Я протянул руку, призвал Мимо. Мимик принял форму огромного кондора. В одну лапу я вложил Сердце Леса, а в другую — небольшую монетку, к которой была привязана метка, нанесенная мной на главу безликих. Я указал рукой на юго-запад:
— Направляйся к китайской столице. Сбросишь артефакт в лесу восточнее города, а монету — западнее.
Мимо энергично стал лупить крыльями и быстро растворился в предрассветной мгле. Секунду я смотрел ему вслед, затем развернулся и двинулся обратно. Нужно немного отдохнуть перед самоубийственной миссией.
  
Глава 24
 
Мимик тенью рассекал рассветное небо, почти невидимый среди пышных облаков. Под ним простирались огромные лесные массивы, тихие и спокойные. Деревья не подозревали, что совсем скоро их не станет.
Мимо опустился ниже, сделал круг над лесом и аккуратно опустил «Сердце Леса» в пустое гнездо, расположившееся на массивном буке. Артефакт мгновенно начал пульсировать. Из зелёной сферы проклюнулись корни и устремились к стволу дерева. Корни оплели кору, а после проломили её так же ловко, как вышибала проламывает череп пьянчуги.
В следующий момент бук начал увядать. Жизненная сила по корням перетекала в Сердце Леса, заставляя его увеличиваться в размерах. Зелёная сфера ярко засветилась, выбросив из себя ещё больше корней. Земля вокруг задрожала, пространство наполнилось рокочущим энергетическим гулом. Вокруг артефакта мгновенно начали прорастать мощные корни, вгрызаясь глубоко в почву и впитывая в себя органику всего живого.
Деревья трещали и ломались, питая своей жизненной энергией стремительно растущего дендроида. Огромное древовидное существо начало быстро формироваться из переплетений корней, стволов и ветвей. Огромные руки, покрытые корой, вытянулись в стороны, массивная голова с ярко светящимися зелёными глазами разинула пасть полную острых зубов.
Спустя полчаса дендроид поднялся во весь рост, с хрустом распрямив спину. Гигант достиг высоты почти тридцати метров. Издав оглушительный рёв, он медленно двинулся в сторону Пекина, оставляя за собой широкую просеку из высушенной почвы и истлевших деревьев.
Тем временем Мимо летел в сторону города Мыньтоугоу, расположившегося на западе от Пекина. Достигнув цели, он завис в воздухе и сбросил вниз пятирублёвую монету. Вращаясь в воздухе, она блестела в рассветных лучах, а мимик просто растворился, не оставив после себя и следа.
* * *
Я тут же открыл глаза, почувствовав, что Мимо вернулся. Улыбнувшись, я использовал пространственный обмен. Хазаров, твой выход.
* * *
За тысячу километров от библиотеки, в городе Мыньтоугоу возникла яркая вспышка. Из неё появилась скрюченная фигура. Мутировавший безликий с вытянутым крысиным лицом и пустым взглядом хищно оскалился, осматриваясь по сторонам. Улицы городка были заполнены отрицателями. Десятки тысяч воинов, готовых отправиться на передовую во славу своей госпожи.
Хазаров поднял голову и принюхался. Аромат смерти и разрушения здесь был повсюду. Хазаров ухмыльнулся, обнажив зубы. По коже безликого пробежали мурашки от осознания, что сейчас начнётся то, для чего он был создан: сеять хаос, убивать живых и возвращать их к жизни в виде голодных тварей.
Густая, вязкая некротика струилась здесь, пропитывая каждую пядь почвы. Отрицатели или кто-то другой отняли множество жизней, и Хазаров чувствовал, как мёртвые требуют дать им шанс снова подняться. Взять оружие и отомстить живым. Некротика бурным потоком хлынула в тело Хазарова.
Кожа, изъеденная червями, с тихим шипением зарастала на глазах, сломанные рёбра с хрустом вставали на место. Всего за несколько секунд тело Хазарова восстановилось. Глава безликих хрустнул шеей, заметив движение в конце улицы.
Навстречу ему приближался строй рыцарей в чёрных доспехах, их тяжёлые шаги отдавались металлическим эхом по выжженной земле. Хазаров спокойно развёл руки в стороны, почувствовав, как некротическая энергия нежно ласкает его сознание. Такое приятное и забытое чувство. Он закрыл глаза, наслаждаясь моментом абсолютной власти.
— Восстаньте, дети мои! — прогремел Хазаров. Голос его звучал, как зов из потустороннего мира.
Из-под земли, из-под завалов, из тёмных переулков начали подниматься существа, созданные из костей и гниющей плоти. Гули медленно формировались, мясо с влажным чавканьем срасталось в неестественные тела, суставы с хрустом соединялись, глаза светились красным огнём. Десятки оживших мертвецов послушно двинулись навстречу отрицателям, окружив их со всех сторон.
Рыцари остановились и сомкнули ряды, готовясь к бою. Разинув пасти, гули издали протяжный вой и неудержимой волной бросились на отрицателей. Металлический скрежет, звук рвущейся плоти, аромат разложения и крови заполнили улицы городка. Гули вгрызались в металлическую броню, разрывая её на части с жутким остервенением.
Хазаров же стоял, запрокинув голову назад, и хохотал с небывалым наслаждением.
— Во славу рода Архаровых! — прокричал он, срывая глотку, а после добавил, сумев на мгновение вернуть контроль над собственным разумом. — Да будь они прокляты.
* * *
Пекин, центральная площадь. Небо над городом покрывалось густой сизой дымкой, сквозь которую едва пробивались лучи солнца. На площади, у подножия древнего дворца, возвышалась стройная фигура Дамы Пик. Её чёрная стальная броня отражала мрачные блики, а глаза холодно сияли сквозь прорези металлической маски.
Перед ней на коленях, стояли тысячи горожан. Их лица исказились от ужаса и безысходности, многие едва дышали от страха. Рядом с ней, согнувшись и едва держась на ногах, стоял исхудавший бледный Император Цинь Гуангли. Его некогда гордое лицо осунулось, а руки мелко дрожали. Былое величие покинуло Императора, оставив после себя лишь животный страх и жажду выжить любой ценой.
Дама Пик вскинула руку вверх. С её кольчужной перчатки в ту же секунду сорвались десятки металлических капель. Словно живые насекомые, они устремились к горожанам, стоящим на коленях. Капли мягко падали на тела несчастных, а после проникали в кожные поры. Люди заорали от страха, а после и от боли.
Металл безжалостно разрывал их плоть, замещая ткани и кровь сталью. Кожа людей стала покрываться чёрной матовой плёнкой, а через считанные секунды пленники поднялись с земли и издали синхронный крик:
  
— Плоть слаба! Сталь течёт по нашим венам!
Пиковая Дама была довольна. А вот Император смотрел на происходящее широко раскрытыми глазами, с трудом подавляя начавшуюся паническую атаку.
Вдруг на площадь вбежал запыхавшийся посыльный, которого ещё не успели обратить в отрицателя. Он рухнул перед Дамой Пик на колени и, тяжело дыша, выпалил: