Эволюционер из трущоб. Том 12 (СИ)

— Не сметь помирать! — стальным тоном рявкнул я, при этом продолжая улыбаться. — Приказываю жить долго и счастливо. Ибо нефиг! — Я погрозил деду пальцем.
— Как прикажете, глава, — кивнул он и добавил. — Кстати, Юрий просил, чтобы ты заглянул к нему, когда вернёшься в Калининград.
— Понял, тогда прямо сейчас и навещу его. — Проходя мимо, я хлопнул Артура по плечу.
— Да хватит бить меня, — наигранно возмутился Артур. — Я ж не посмотрю, что ты глава рода, и могу в ответ треснуть.
  
— Ха-ха. Может, я этого и добиваюсь? — рассмеялся я. — Слышал, что ты дорос до ранга абсолюта.
— Ага, блин. Дорос и перерос, — хмыкнул дядя. — Года через два-три, может, и стану абсолютом, а пока кукую на ранге магистра.
— Артурка, это не беда, — успокоил его Максим Харитонович. — Думаю, Михаил поможет поднять твой ранг. По-свойски, так сказать. — Дед подмигнул мне, а я даже и не думал отпираться.
Старик всё верно сказал. Абсолюты в роду мне критически необходимы.
— Конечно помогу. Но будет больно, чертовски больно, — предупредил я.
Артур закатил глаза, а после и рукав, показав мне предплечье. Живого места там не было. Ожоги, укусы, порезы и многочисленные шрамы. Похоже, дядя знаком с болью не понаслышке.
— Понял, — сказал я, направившись к выходу. — Значит, я смогу тебя удивить.
Уж мне ли не знать, что боль от передачи доминант многократно превосходит всё, с чем может столкнуться бывалый боец. Я замер в дверном проёме и спросил у деда:
— Максим Харитонович, среди образцов есть кровь Артура?
— Увы, нет, но мы можем попросить Ирину, она прямо сейчас возьмёт…
— В этом нет необходимости, — сказал я, подошел к дяде и взял его за руку, после чего полоснул по его ладони ногтем.
На ладони появилась кровоточащая рана, да и ещё бы она не появилась. Нефритовые когти — это вам не того, не этого самого! Ага?
— Ну и зачем тебе моя кровь? Вампирюга, — усмехнулся Артур.
— А об этом пусть тебе расскажет Максим Харитонович, а я пока навещу Юрия. — Цокнув языком, я мазнул по крови, выступившей на ладони дяди, и вышел из кабинета, вслушиваясь в голос Ут.
'Образец содержит следующие доминанты:
«Ментальная устойчивость»,
«Магия Льда»,
«Крепкая хватка»,
«Острый глаз»,
«Следопыт»,
«Мастер фехтования»,
«Снайпер»,
«Контроль маны»…
Здесь были ещё десятки доминант, и ни одной паршивой. Казалось, будто дядя был рождён, чтобы стать воином, а ещё он был прав. Ему было чертовски далеко до звания абсолюта, так как поглотив его образец, я получил магию Льда пятого ранга. Да, неплохо, но у абсолютов имеются доминанты седьмого ранга.
Впрочем, это ерунда. Главное, что его магия Льда позволила заполнить мой конгломерат «Владыка стихий» аж на пятьдесят процентов. Ещё немного, и конгломерат достигнет шестого ранга, а там и до седьмого недалеко. Бодрым шагом я двинул дальше.
В дальней части города располагался импровизированный военный лагерь, в котором разместились архаровцы. Под их нужды выделили десяток зданий, а что самое главное, огромный парк с уютными аллеями, фонтаном и даже лавочками. На подходе к парку я ощутил мощную пульсацию энергии.
Под деревьями расположились архаровцы. Кто-то сидел в позе лотоса, кто-то лежал на травке, а кто-то сидел на скамейке. И все без исключения медитировали, прогоняя по своим каналам колоссальное количество энергии. В центре этой шайки сидел и Юрий.
На его лице застыло выражение сосредоточенности и лёгкая улыбка. Потоки маны струились вокруг его тела, закручиваясь в спирали, от чего лёгкий ветерок поднимался и заставлял траву колыхаться. Почувствовав моё присутствие, Юрий открыл глаза и помахал рукой:
— Миша, это нечто невероятно! — восторженно выкрикнул он, подбежав ко мне. — Развитие каналов и ядра маны идёт семимильными шагами. Никогда в жизни не чувствовал таких потоков энергии! Такое ощущение, что ты просто дышишь, спишь, ешь — и при этом становишься сильнее с каждой секундой.
— Рад, что вам тут нравится, — произнёс я, пожав руку брату. — А вот на фронте всё весьма плачевно. Империя пока держится под натиском Пиковой Дамы, но с огромным трудом. А тут ещё и Король Червей покусывает с другой стороны границы, — я вздохнул и заглянул Юрию в глаза. — Говорят, что скоро ещё и расширение аномальной зоны случится. Твари поползут отовсюду, и мы потеряем кучу людей.
Юрий посерьёзнел:
— Звучит весьма паршиво. И что будем делать?
— Ну, тут всё просто, — я выдержал театральную паузу и продолжил. — Для начала, сделаем из тебя абсолюта. Я усилю тебя настолько, что ты встанешь в один ряд с сильнейшими мира сего. В первую очередь, ты будешь должен защитить Калининград от расширения аномальной зоны, а также от Короля Червей, если он усилит натиск.
— Отличный план. Мне нравится, — решительно выпалил брат.
Юрий не раздумывал ни секунды. Как всегда, он был готов на всё ради рода.
— Вот и славно. Тогда придётся немного пострадать.
Я кивнул извлёк из пространственного кармана образцы крови. Из воздуха материализовались три сотни стеклянных колб, заполненных тёмно-алой вязкой жидкостью. Одну за одной я откупоривал колбы, выливал их содержимое на ладонь, а после поглощал доминанты. Если попадалось что-то стоящее, отдавал Юрию, если мусор, отправлял в переработку.
— Терпи, — сказал я тихо и крепко сжал его руку.
Всё новые и новые доминанты встраивались в геном Юрия. Я подбирал их так, чтобы улучшить уже имеющиеся сильные стороны брата, а также даровать ему нечто новое. К примеру, он получил доминанту «Ментальный импульс». Благодаря ему Юра мог усилить свои способности на пятьдесят процентов. Правда, эффект длился всего десять минут, а после был жесткий откат. Но это всяко лучше, чем жрать жуков.
Я заполнил семь доступных ячеек решив сосредоточиться на разрушительной силе. С каждой новой доминантой тело Юрия сотрясалось от мучительной боли. Он упал на одно колено и едва сдерживал крик, рвущийся из глотки. Глаза налились кровью, жилы вспучились на руках. Но он терпел. Терпел молча, со стиснутыми зубами.
Спустя полчаса я закончил передачу последней доминанты. Юрий затих. Я всё ещё держал его за руку, а он просто висел, как выжатая тряпка. Юра тяжело дышал, обливался потом. Затем он тихо засмеялся и поднял на меня взгляд. Его глаза слегка изменились, в них появилась какая-то скрытая сила, которую я видел лишь в глазах абсолютов. Юрий медленно поднялся на ноги, пошатнулся, но устоял. Глубоко вдохнув, он сжал кулаки и произнёс:
— Странное чувство, я будто могу разрушить гору одним ударом.
Я похлопал его по плечу:
— Думаю, теперь это тебе и правда под силу. Ну что тут скажешь? Поздравляю. Ты оправдал ожидания не только отца, но и свои собственные. Абсолют Юрий Константинович Архаров.
— Спасибо, — сдавленно произнёс брат и стиснул меня в объятиях.
— Побереги силы, — прокряхтел я, чувствуя, как трещат кости, и попытался отстраниться. На глаза Юрия навернулись слёзы. Всю жизнь мечтал стать абсолютом — и теперь он им стал. Приятно, когда мечты сбываются. Но сказал я иное. — Ну всё, вытри слёзы, на нас всё-таки смотрят.
Так оно и было. Архаровцы, почувствовав неладное, закончили медитацию и с интересом следили за тем, как Юрий сперва рухнул на колени и дрожал от боли, а потом гордо распрямился. Все присутствующие поняли, что я передал брату доминанты, но никто из них и представить не мог, что на свет родился новый абсолют, с помощью которого…
Торжественность момента нарушил мелодичный звонок телефона. Я удивлённо приподнял бровь, ведь связь в Калининграде не ловила от слова «совсем». Тем не менее, до меня сумели дозвониться, и ни кто-нибудь, а сам Преображенский Аристарх Павлович. Я поднял трубку и услышал его дрожащий голос. Да что за день такой-то? Сплошные нытики.
  
— Ми-михаил Константиныч! — всхлипнул он, давясь слезами. — Я… я просто обязан вас поблагодарить! Вы не просто пощадили Остапа, вы его спасли! Спасли моего мальчика от неминуемой смерти!