Героиня по вызову 5 (СИ)

К тому же парень обладал важным качеством: он не терял возбуждения, когда демоница начинала призывать своих разведчиков. А это уже было немало, потому что в отличие от Саши, Тиниэль не пользовалась кругами призыва, вместо этого используя собственное тело, которое трансформировалось и менялось в соответствии с её желаниями. Причинами такого стиля были ограничения, наложенные на суккубу самой реальностью Велта: как существо из радикально чуждого мира, демоница «выпадала» из окружающей реальности, а потому её собственные магические цепи очень плохо взаимодействовали с цепями окружающей действительности. Саша, услышав в своё время объяснение, прокомментировала это как «попытка воткнуть ethernet в 220 вольтовую розетку». Тиниэль не особо понимала метафору (хотя и догадывалась, что она про различные виды использований электрических полей), но общую мысль улавливала чётко.
Поэтому практически для всей своей магии, Тина использовала либо ману, сгенерированную Сашей, которая в этом мире была её «якорем», либо определённым способом перерабатывала собственную энергию для того, чтобы её можно было использовать в Велте. Способом этим чаще всего был секс, и как не смешно не потому, что Тиниэль была суккубом и предпочитала решать все проблемы трахом (хотя и то, и другое было правдой). Просто другие, более тонкие методы манипуляции энергиями были для жителей Велта так же далеки, как межзвёздные путешествия. Грубо говоря, Тиниэль оказалась в ситуации, когда ей приходилось использовать в качестве движущего элемента кузнечного молота водяную мельницу не потому, что она не знала, как работает атомный реактор и даже не потому, что не знает в принципе, как можно его построить (демоница кстати знала и то, и другое), а потому что для этих вещей в окружающем её мире просто не было никакой инфраструктуры. Кстати, по тем же причинам и магию она использовала по своим меркам довольно грубую. В её родном мире дуэли магов почти всегда начинались с вещей вроде манипуляций силовыми линиями, искажениями пространства и тому подобными штуками, которые в Велте были доступны разве что богам. Впрочем, знания не всегда означают, что их можно влёгкую применять, особенно если речь идёт о демоне, который связан огромным количеством магических клятв и ограничений.
Поэтому да, когда Тиниэль потребовалось отправить на разведку стаю мотыльков, ей пришлось добывать ману самым примитивным образом — оседлав первого условно подходящего для этого матроса. К сожалению, у этого действия были последствия.
Бертран усмехнулся и взяв девушку за запястье, по-хозяйски притянул к себе. Другая рука обхватила Тиниэль за талию, а ладонь упокоилась на правой груди, теребя тёмный сосок.
— Слушай, а может нам… ну, повторить?
— А ты сможешь повторить-то? — поинтересовалась демоница не поворачиваясь. Собственно ответ она и так знала — не сможет. Бертранова повторялка как раз покоилась у неё под задницей и несмотря на очень приятное соседство с сочными булочками, признаков жизни не подавала.
— Ну, может не сейчас, но потом…
— Потом у нас шанса не будет. Я сойду на берег вместе с Сашей, а ты останешься тут.
Парень убрал руку с её груди и переместил на живот. Поцеловал подставленную шею и негромко сказал:
— Ты могла бы остаться со мной…
Тиниэль мысленно скривилась. Значит, на Бертрана её очарование проявилось вот так. Хреново, как говорит Саша.
«Ладно, попробую мягко»
— Не думаю, что это хорошая идея, Берт. Мы слишком разные. Тебе нужна совсем другая девушка
— Ты волнуешься из-за внешности? Не бойся, твои рога меня не пугают.
«Пугают? Вот как ты думаешь, значит. А Саша-то обожает мои рога. И щупальца. И вообще всё, что я отращиваю» — подумала демоница, не сводя с лица матроса пронзительного взгляда.
Тот же, видимо, принял молчание за сомнение и решил нажать. Снова обхватив Тиниэль поперёк груди, он горячо произнёс ей в ухо:
— Я через годик получу офицерское направление, а там ещё год-два и звание с должностью подоспеет. Смогу тебя обеспечить, а до тех пор проведём в море. Тебе ведь нравится море?
 
«Ага. Обожаю, когда ни с кем не потрахаешься, потому что начинают за тобой таскаться»
Но вслух Тиниэль ответила не так грубо:
— В очень малых дозах, Берт. Я люблю свободу, а на корабле свобода ограничена.
— Свободу в смысле… отношений?
— И их тоже. Я не люблю надолго оставаться с кем-то одним.
— Говорят, ты с Сашей уже почти полгода вместе живёшь.
Тиниэль прикусила губу. Тут надо было отвечать очень осторожно.
«Потому что не знаю, кто слушает. Точнее как раз — знаю»
— Саша — исключительный случай. Во многих смыслах.
Ответ парню не понравился. Тина почувствовала, как его пальцы сжали её живот, а в голосе прорезался гнев и зависть.
— Что у неё такого есть, чего у меня нет? Титул, деньги, сила?
— Спи, — прошептала демоница, присовокупив к этому простенькое заклятье сна. Ну как — простенькое, «глубокое забвение» ур. 10.
Бертран охнул, закрыл глаза и обмяк, выпуская девушку. Та помогла ему устроится у бочки и мысленно ответила на его вопрос:
«Саша не стремится мной владеть, а потому не попадает под мои чары.»
Вслух Тиниэль этого не сказала, конечно. Она как никто знала, что даже здесь, на верхушке мачты посреди океана её есть кому слушать.
Девушка встала, извлекла из своего карманного измерения короткую тунику и надела её прямо на голое тело.
— Ты не слишком торопишься, Тиналина. Словно уже забыла договор
Голос принадлежал молодой девушке, почти что девочке, и был звонок и весел. Тем не менее, услышав его, демоница вздрогнула и сжала поручень гнезда так, что дерево треснуло и во все стороны полетели щепки. Впрочем, Тина тут же овладела собой.
— Чи-ри, давно не виделись. Нет, я не забыла.
На конце реи появилась фигурка хрупкой девушки. Она сидела на краю и болтала ногами, глядя в затянутые туманом дали океана.
— Неужели? Разве ты не должна была сделать Сашу податливой нашему плану, мм? Использовать секс для того, чтобы превратить её в рабу своих желаний и пороков, в глину, из которой мы бы слепили то, что нам надо.
Тиниэль облизнула губы и ответила, очень осторожно подбирая слова:
— Хау уже напугала её своим топорным вмешательством. Саша не дура, а теперь ещё и знает, чего опасаться.
— Правда? — девушка повернула голову и окатила демоницу подозрительным взглядом, — Ты боишься, не так ли? Знаешь, что я почувствую ложь, и потому отвечает уклончиво. Да, Хау действительно повела себя… грубо, во всех смыслах. Но это произошло уже после того, как Саша находилась в твоей власти на протяжении месяцев. Почему ты не действовала тогда?
— Я действовала. Я развратила её, заставила любить секс, склонила к извращениям…
Девчонка вскочила на ноги, развернулась на рее одним прыжком и уперев руки в боки фыркнула
— Чушь. Ты должна была сделать её зависимой от своих желаний, вместо этого научила её управлять ими. Стыд, страсть, позор, унижение — ты должна была сломать её, заставить разрываться между похотью и презрением к собственным страстям. Тогда мы могли бы использовать её как нам угодно. Вместо этого она стала только сильнее. Иногда я думаю, Тиналина, может быть я зря выбрала тебя для этой миссии? Может быть твои собственные желания слишком сильны, настолько сильны, что ты не видишь за ними нашей цели? Может быть, мне стоило действовать самой?
Демоница впервые взглянула собеседнице прямо в глаза
— Ты уже забыла, что с тобой сделали, когда ты последний раз действовала «сама», Чиленринера?
 
Облик девочки вдруг подёрнулся дымкой, из-под него проступило что-то другое, что-то… куда более чуждое.
— Выбирай свои следующие слова очень осторожно, Тиналина.
Черноволосая девушка развела руками:
— Я просто говорю, как есть. Если бы «твой» путь работал, ты бы справилась сама. Но он не работал. Он не сработал в лабиринте, причём не сработал настолько, что фактически толкнул Сашу в объятья многоликого, разве не так? И разве ты сама не пришла ко мне со своим предложением, когда поняла, что твои методы не подходят?