Академия отпетых некромантов. По ту сторону (СИ)

Вот тебе и побочные действия.
— Вот она — моя плата. Точнее говоря, теперь — наша, — уныло произношу я, взглянув на парня.
Но он мотает головой, а затем обнимает меня, сказав:
— Все будет хорошо. Мы что-нибудь придумаем.
— Что?
— Не знаю. Можно пойти вперёд. Может быть мы отыщем выход или что-то вроде того?
Я отстраняюсь и с сомнением смотрю вдаль. Там ничего нет, лишь пустое безоблачное пространство с радужными всполохами. Но… Иного выхода похоже у нас тоже нет.
— Хорошо. Идём.
Он снова берет меня за руку, и я уверенно сжимаю его ладонь в ответ.
***
Не знаю сколько часов мы здесь уже бродим, но все бессмысленно. Пейзаж не меняется. Все та же прострация с сияющими всполохами и никаких новых декораций. Кажется, словно все это время мы бродим кругами. А может быть и вовсе ходим по прямой туда и обратно — разобраться в чем-либо здесь довольно сложно. Зато теперь я понимаю почему Айен назвал это место лабиринтами.
В самом деле — найти выход нереально! Есть он здесь, конечно, вообще есть…
— Сколько нам так ещё бродить? Я устала… — Прекратив шагать вперёд, устало выдыхаю и тут же сажусь на бесформенный, воздушный поток, который каким-то образом поддерживает наши тела и не даёт им падать дальше в никуда.
Вэйсс вглядывается вдаль, но затем пристраивается рядом. Теперь мы оба смотрим на радужные переливы, виднеющиеся впереди. Они похожи на водные воронки или же пространственные порталы.
— Что нам делать? — спрашиваю я, ощущая пустоту внутри себя.
Это какой-то тупик.
Но Вэйсс молчит, что весьма ожидаемо. Ведь сейчас он, как и я, не знает, что делать дальше и как нам отсюда можно выбраться.
— Не даром люди говорят, что в бесконечной потоке времени легко затеряться, если упускать из виду простые истины, — в который раз вздохнув, говорю я мирскую поговорку.
Между нами снова повисает неопределенное молчание, а затем Вэйсс неожиданно подскакивает с места.
— Ты чего? — Я тут же поднимаюсь следом и с беспокойством смотрю на его задумчивое, местами сумасшедшее выражение лица.
Так он выглядел лишь однажды, когда в нашем далеком детстве придумал изобретение с которым выиграл на ярмарочном конкурсе «Полезные безделушки». Согласна, название так себе. Но многие жители любители поглазеть на это представление юных гениев. И поверьте там было на что посмотреть. Никогда не забуду, как одну женщину, стоящую в первой линии, облепило земляными червями, что в следующую секунду взорвались прямо у неё на лице. Зрелище то ещё…
Он поворачивается, взглянув на меня, и тут же произносит:
— Ты права, Кэсс. Мы упускаем истину из виду.
Я с сомнением заламываю одну бровь.
— И какую же интересно знать?
Он же шутит? Здесь даже толком ничего нет, чтобы что-либо разглядеть!
— Сейчас увидишь, — неожиданно загадочным тоном произносит он, а затем берет меня за руку.
— Что ты делаешь?..
— Просто доверься мне, — проникновенно взглянув на меня, произносит этот ненормальный парень.
Я выдыхаю и увереннее сжимаю его ладонь. Больше слов не требуется. Вэйсс смотрит куда-то вниз. После чего удовлетворительно кивает собственным мыслям. Правда не успеваю я толком сопоставить его план, как он срывается с места и бежит вперёд. Впрочем, мне приходиться делать то же самое, ведь наши руки крепко связаны между собой. Не только пальцами, но и той самой нитью, что когда-то свела нас.
Куда он — туда и я.
«Надеюсь ты знаешь, что делаешь» — думаю я, когда мы прекращаем бег, а затем неожиданно вновь теряем чувство опоры и падает вниз.
Мои волосы тут же парят над головой, напоминая подобие некой экстравагантной шляпки. Но глядя на то, как Вэйсс целенаправлено смотрит на горящую под нами радужную воронку, я покоряюсь ему и нашей судьбе, ведь мы падаем в самый центр — в её сердцевину.
«Будь, что будет!» — с такими мыслями мы погружаемся в неё, и яркий свет тут же ослепляет нас. Однако когда наступает относительная темнота, мы открываем глаза и оказываемся в тоннеле.
— И где мы на этот раз? Потому что, честно говоря, предыдущее место мне нравилось куда больше.
 
Здесь довольно тесно и неуютно. Помимо того, что вокруг полутьма, так ещё и по стенам бегают странные блестящие змейки, похожие на скользящие по небу молнии.
— Потерпи немного. — Он переходит на шаг и идёт вперёд, ведя меня за собой. — Сейчас выйдем, и ты сама все увидишь.
Я непонимающе моргаю, а затем суплюсь.
— Увижу что? — окончательно запутавшись в его действиях, растеряно произношу я, но тут же умолкаю. Ведь тоннель неожиданно заканчивается, и мы выходим прямо к выступу огромной скалы. На противоположной стороне виднеется такой же. И обе части соединяет длинный, старый мост, чьи ступени в некоторых местах протерлись, а где-то и вовсе исчезли, превратившись в зияющие дыры. Но не это главное. А то, что мы находимся на огромной высоте, и под нами простирается лавовая река. И её шипящая, бурлящая вода меня совсем не успокаивает.
— А теперь я хочу знать, что мы здесь делаем? Потому что судя по тому, как решительно направлен твой взгляд на ту сторону, нам надо туда.
Вэйсс переводит на меня виноватый, местами насмешливый взгляд, а затем кивает, не оставив мне и тени сомнений.
— Откуда ты вообще все это знаешь?
Он тяжело вздыхает, после чего принимается объяснять мне происходящее с должным спокойствием, словно я маленький ребёнок. Впрочем, иногда со мной нельзя иначе. Неуемное упрямство и любознательность временами делают из меня прилипчивую пиявку. Однако в своё оправдание могу сказать, что мне страшно и я просто хочу знать, что нам делать дальше…
— Если говорить коротко, то нам нужен проводник.
— Ты имеешь в виду тот самый кулон, который мы… — Я вдруг начинаю понимать ход его мыслей, заканчивая: —…спрятали здесь, в подпространстве.
Вэйсс кивает. Но я тут же хмурюсь.
— Вот только его нельзя призвать отсюда. Лишь с той стороны.
— Именно поэтому нам нужна мощная энергетическая точка, оказавшись в которой мы сможем это сделать, поскольку только там границы миров встречаются и сливаются воедино.
— Что-то вроде переходного пункта…
— Да! — Он довольно щёлкает пальцами.
Я поднимаю на него озадаченный взгляд:
— Но, как мы найдём здесь такую точку?
— Ну, если память мне не изменяет, то она будет там, прямо за мостом. Это место ещё называют Таранмор.
Мои глаза округляются, и я в очередной раз по-новому смотрю на этого парня.
— И все же откуда ты столько знаешь?
Он довольно ухмыляется.
— В военном училище у нас вели лекции о безвременье и подпространствах с их бесконечным течением. Тогда мне это показалось интересным, поэтому я запомнил все это.
— Просто невероятно, — покачав головой из стороны в сторону, поражено произношу я.
Тогда он подходит ближе, неожиданно заключает меня в объятья, притянув к себе за талию, и с излюбленным самолюбием произносит:
— Да. Твой парень просто невероятен.
Я едва не давлюсь слюнной и тут же отстраняюсь. Сказанные им слова звучат странно и непривычно. Особенно в его исполнении, а не в моих собственных грезах и детских мечтах. Но… Все внутри трепещет и это новое чувство заставляет меня, расправив плечи, идти вперёд, навстречу неизведанному.
Правда кто сказал, что я так легко ему сдамся? Хм. Ну уж нет, милый.
— Что-то не припомню, чтобы мы официально узаконивали наши отношения.
— Что? Кэсс, ты это серьезно? После всех слов, что были сказаны и всего, что между нами было, ты хочешь соблюдать средневековые правила? Может мне ещё попросить разрешение на отношения с тобой у твоих родителей?
Он смотрит на меня, прожигая своими серебристыми глазами. А затем смеётся в голос, думая, что это шутка, и я просто измываюсь над ним. Однако…
— Почему бы и нет?
Он резко прекращает веселиться и с ошарашенным выражением лица замирает на месте.
Не то, чтобы это правда. Но играть до победного с этим парнем я люблю. И ещё как!