Неделовые отношения (СИ)

- Я согласна душу продать за такие ужины, - с набитым ртом прокомментировала я. Мне до таких кулинарных вершин еще расти и расти, - скажи, это вообще законно, что в тебе одном столько положительных качеств?
- Тебя можно устраивать на должность придворной льстицы. Столько комплиментов от одного человека я слышал только, когда у меня хотели занять денег, - рассмеялся Николай. Я видела по нему, что он и сам доволен сегодняшним ужином. Боже, ощущение, что мы видимся с ним только, чтобы поесть.
В поле нашего зрения появился пушистый мерзавец, окинувший меня по-человечьи пренебрежительным взглядом. Остановился, оценивая обстановку, и отправился тереться об ноги хозяина, выдавая сатанинские звуки, которых от котов мне слышать еще не доводилось. Коля на провокации не шел, продолжая ужинать. Так и не дождавшись, когда на голову ему свалится кусок мяса, да посочнее, Бугимен запрыгнул на колени к Коле, перетягивая все внимание на себя окончательно.
- Мне кажется, твой кот ревнует.
- У него тяжелые отношения с противоположным полом, - почесав его за пушистым ухом, пояснил Пудовиков, - а уж красивых женщин он особенно не любит. Не тронет, но будет фыркать.
Меня так и тянуло спросить, много ли в этой квартире побывало обфырканных красивых женщин, но вместо этого я схватилась за бокал и запила все ненужные вопросы красным полусладким. Иногда лучше промолчать, чем портить вечер.
Долго рассиживать на себе мужчина не дал, вытряхивая кота на пол:
-  В твоей миске ужин ничуть не хуже, не попрошайничай, - строго заявил мужчина. Кот, точно понимая, что ему сказали, задрал хвост трубой и отправился обнюхивать еду в своем уголке.
- Если хочешь, можешь погладить его, - предложил Николай.
Честно говоря, гладить его я совершенно не хотела, да и вообще к кошкам относилась с долей прохлады. То ли дело собаки: счастливы видеть тебя, даже если ты вышел из комнаты на две минуты, и преданно смотрят в глаза, не прося поклоняться его величеству.
- Он не оттяпает мою руку? – на всякий случай поинтересовалась я, поднимаясь.
- Маша, не делай из Бугимена настоящего монстра, - усмехнулся он. Кот наблюдал за мной с настороженностью, так же к нему приглядывалась и я. Подходила медленно, вовсе неуверенная в том, что это хорошая затея. Присела на корточки, вытягивая вперед ладонь и позволяя животному обнюхать мои пальцы. От руки наверняка еще пахло мясом, Бугимен облизнулся, но отворачиваться не стал. Осмелев, я коснулась его за ухом, повторяя движение, которым Коля ласкал своего зверя.
На удивление, тот повел себя достаточно вежливо. Потерпел с полминуты мои прикосновения, а потом, попятившись, развернулся и скрылся из виду.
- Действительно, не такой уж он и страшный, - выпрямляясь, подтвердила я и почти уперлась в оказавшегося рядом Колю.
- Ты ему понравилась.
- Значит, тест прошла? Или он только на красивых фыркает, а на меня – не очень?
- Не дури, -  он не дал мне договорить, сгребая в свои объятия, - ты самая красивая девушка, Маша, -  и прикусил мочку уха – действенный прием, чтобы за пару секунд довести меня до желеподобного состояния. Я простонала, цепляясь за его локти, и позволила утащить себя в спальню, даже не понимая, в какую сторону мы двигаемся. Просто шла и шла, позволяя Коле вести меня и делать с собой все, что заблагорассудится.
Я почувствовала, как уперлась ногами в кровать или диван, инстинктивно хватаясь сильнее за Колины руки. Он целовал меня, помогая плавно опуститься вниз. Спиной я ощутила прохладу постельного белья, и когда мужчина оказался сверху, обхватила его ногами за бедра.
- Опять я под тобой? – шутливо поинтересовалась, помогая стаскивать с себя платье, но Коля не растерялся: одним рывком мы поменяли положении, и теперь я сидела на нем, ощущая его необузданное желание:
- Так лучше?
- Да, - уверенно ответила я, - буду благодарить тебя за ужин и спасение от маленького монстра, - и наклонилась вперед, находя его губы.
Уже после мы лежали, с переплетенными пальцами, касаясь друг друга бедрами. В темноте сложно было разглядеть лица, но его губы без труда находили мои, оставляя нежные поцелуи. Глаза потихоньку закрывались, и я перебралась ближе, устраиваясь на Колиной груди. В его объятиях было тепло и уютно, а после сытного ужина и занятия любовью хотелось только спать.
 
С тех пор я ночевала у Коли почти через день. Домой заезжала только ради того, чтобы сменить вещи, запустить стирку и собрать новые, по погоде.
На смену удушающей жаре пришли дожди, но заоконная серость не вызывала привычного раздражения: рядом с Колей всегда было солнечно на душе, и даже Бугимен смирился с моим пребыванием в его квартире.
По утрам мы разъезжались каждый на своих машинах, приезжая с небольшой разницей по времени на работу, и я надеялась, что никто из умников еще не догадался провести нужную параллель. Тяжелее всего было не отсвечивать дурацкой улыбкой, но и с этой задачей я начала справляться со временем. Коля подкинул мне новый проект, в разработку которого почти не вмешивался, и я чувствовала себя почти на экзамене, готовясь презентовать его на следующей неделе сразу после выходных.
Все шло настолько хорошо, что в один из дней я начала ловить себя на внезапной мысли: счастье не может длиться бесконечно.
Рано или поздно за все приходится платить по счетам, и я, наверняка, уже солидно задолжала судьбе.
И сколько бы я не просила у Вселенной оттянуть момент неизбежной расплаты, он, как и водится, наступил довольно скоро. Впрочем, об этом я догадалась не сразу.
  
Глава 15
 
- Нам надо поговорить.
Кто бы ни произносил эту фразу, и каким тоном он это не делал, она всегда заставляет сердце тревожно сжиматься в обещании беды.
Особенно, когда ее говорит Роза.
Особенно с тем особенным выражением лица, что у нее сейчас.
Конечно, все последние дни я не забывала о ней, ответа-то от меня женщина так и не получила. На протяжении почти двух недель мы сотни раз сталкивались с ней в столовой, кабинетах, совещаниях, возле куллера с водой. И ничего особенного, кроме обычного приветствия, не проскальзывало в наших разговорах.
Но оказалось, что мой ответ как таковой Розе и не требовался. Женщина восприняла молчание за согласие, и это стало для меня первым неприятным открытием. Теперь все меньше в ней оставалось сходства с Макгонагал.
- Ты ничего нового не узнала о делах Коли?
- А должна была? – осторожно поинтересовалась у нее.
- Чем быстрее мы от него избавимся, тем лучше будет всем.
Ее одержимость Колей пугала до чертиков: ради своей цели она снесет, как цунами, всех, и меня в том числе.
А ведь и я поначалу собиралась встать на тропу войны, чтобы доказать, что лучше, что это место по праву мое. Могли я стать вот такой же?
Наверное, нет. Работа действительно значила для меня многое, я никогда не отказывалась ни от одной задачи, которая на меня валилась. Даже с температурой я умудрялась заниматься своими делами. В первые полгода на новом месте мне только и снились бесконечные макеты, а самым большим страхом было опоздать с дедлайном или проспать. То, чем я занималась здесь, я любила больше всего на свете, до сих пор вспоминая первые дни стажировки, когда Игорь устроил мозговой штурм и я чувствовала, что устроилась в Гугл, не меньше, и что я – со всеми своими татуировками, пирсингом, обувью на грубой подошве – абсолютно на своем месте в этом творческом дурдоме.
Я любила свою работу.
 
Но могла ли я ради всего этого подставить человека?
Даже если не Николая, с кем нас уже связывала одна постель?
Нет. И быть такой, как Роза, мне абсолютно не хотелось.
За большую зарплату, великую цель или что иное.
Но признаваться ей в этом сейчас не стоило, поэтому я старалась держаться нейтрально. Что стоит подыграть женщине? А потом решить, рассказать обо всем Николаю или она перебесится, поняв, что ее должности никто не угрожает, и все волнения – напрасны.