Навязанный брак (СИ)

Девушка повернулась и на секунду у мужчины перехватило дыхание. В лучших бальных залах он не встречал знатных дам прекраснее, не говоря уже о салонах, содержащих самых привлекательных куртизанок. Перед ним предстала юная особа со светлой кожей и изящными чертами лица. Высокий лоб, аккуратные брови, медовые, будто смешанные с янтарем глаза, прямой нос и пухленькие, вишневого цвета уста.
  
— Чем могу быть полезна? — не слишком дружелюбно отозвалась девушка, что вернуло герцога на землю.
— Скрасьте мое одиночество. — растянувшись в улыбке, произнес он. От усталости и боли в плече, постоянного приема алкоголя, у него уже не было желания флиртовать. Но эта мисс пробудила желание поразвлечься, несмотря на его состояние.
— Прошу прощения, но у меня достаточно своих дел. — девушка неловко присела и направилась дальше вдоль дороги, больше не обращая внимания на назойливого богача.
— Скверный характер. — усмехнулся Майкл, тем не менее решив пока оставить её в покое. Мужчина сел обратно и откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза.
Возможно, ему бы доставило удовольствие укротить такой нрав, завалить подарками, чтобы грубиянка стала ласковой, как кошка. Но сначала нужно разобраться с делами, а разыскать красотку в такой глуши не составит проблемы.
Он задумался, захочет ли он унизить жену настолько, что усадит их в одну карету.
При воспоминании о женщине, в чрево которой он должен поместить дитя, Майкл поморщился, сколь-нибудь хорошего настроения как не бывало. Он снова стукнул по крышке кареты, и они двинулись дальше. Девушка на пути ему больше не попалась, видимо, свернула и пошла через лес. Карета покатила дальше.
Кэтрин прислонилась спиной к дереву и едва могла вдохнуть. В висках стучала кровь, а сердце билось до боли сильно. Он не узнал её и принял за деревенскую девушку. Она отбросила ружье на траву и попыталась ослабить ремень, стягивающий талию. Не следовало идти по дороге, тогда они не встретились бы.
Зачем ему понадобилось приехать? Неужели что-то случилось. Кэтрин нахмурилась. Муж выглядел гораздо хуже, чем она помнила его в день их свадьбы.
Бледный, растрепанный и какой-то осунувшийся. Возможно, он умирает и приехал покаяться, чтобы примириться с ней перед концом. Она тут же отбросила эту мысль.
Она не успеет попасть домой раньше него. Поэтому нет нужды притворяться.
Самолюбие уязвленно шептало, что лучше войти в дом через заднюю дверь и переодеться, но гордость заставила поднять ружье и продолжить путь. В её положении нет ничего постыдного. Она живет честным трудом и соблюдает условия договора, выставленного избалованным мальчишкой.
Кэтрин упрямо вскинула подбородок и пошла через лес к своему дому.
Майкл оказался перед ухоженным домиком. Ровно подстриженная трава и аккуратные клумбы со все еще яркими цветами, несмотря на закат лета. Он выбрался из кареты и размял ноги. Никто не встретил их и войти в дом пришлось самому, где мужчина застал в гостиной спящую на диване старуху. На несколько мгновений он растерялся и единственное, что пришло в голову — это постучать о столик. От раздражающего звука старая женщина закряхтела и поднялась, во все глаза уставившись на Майкла.
— Милорд. — пробормотала она, когда узнала во взрослом мужчине ребенка, которого видела когда-то.
— Мы разве представлены? — сухо спросил он, придя в себя. Майкл прошел по каменному полу и опустился в старое, но чистое кресло. Он устал как пес, а никто даже не предложил ему чая.
Женщина скатилась с дивана и суетливо забегала вокруг охая и причитая. Когда Майклу подали в толстом фарфоре чай, не вызывавший доверия, входная дверь распахнулась.
— Миссис Билл! Заберите куропаток. — крикнула Кэтрин, переступая порог. Она не строила иллюзий, увидев во дворе распряженную карету, но решила все же не притворяться. Он приехал не потому, что воспылал внезапными чувствами к супруге, а это значит, Майклу Синклеру что-то от нее нужно.
Служанка с удивительной для своих габаритов скоростью прибежала и выхватила связку из рук Кэтрин.
— Миледи! Ваш супруг прибыли — громким шепотом затараторила она.
— Я знаю.
Кэтрин отдала служанке ружье и направилась в кухню, где плеснула ледяной водой в лицо и успела глянуть в начищенный до блеска сотейник, прежде чем пойти в гостиную.
Майкл слышал, как она вошла и поднялся, чтобы поприветствовать жену. Хоть он и презирал её хитрую натуру, когда-то втянувшую их в этот брак, сейчас ему нужно было расположить эту женщину к себе. Он ожидал встретить кого угодно, от взлохмаченной тучной особы до изнуренной жизнью жерди, но чего Майкл не ожидал, так это встретиться лицом к лицу с безмятежным взглядом золотых глаз.
Лесная нимфа стояла перед ним, безмолвно взирая и ничуть не смущаясь своего вида. Она сделала книксен и приглашающим жестом предложила гостю сесть.
Сама же устроилась на диване напротив, расправив складки простенького платья.
— Добрый день, милорд, — произнесла Кэтрин. Она будет вести себя так воспитанно, что ему зубы сведет от её высокосветского тона. — Вам уже предложили чай?
Майкл кивнул. Первая вспышка растерянности прошла, уступая место злости.
Чертовка узнала его, тогда как он выглядел как полнейший идиот.
— Чем я обязана такому неожиданному визиту? — она приняла из рук миссис Билл чашку и сделав маленький глоток, мягко поставила её на колени. Майкл постарался не заметить того, как зацепился за это взглядом. Будь она не его женой, он бы позавидовал этой чашке.
— Соскучился по Вам и решил, что пора вернуть жену домой. — ухмылкой произнес он. Хотелось озадачить её, но выкладывать все карты на стол он не стал.
— Благодарю. Я уже дома. — тон Кэтрин изменился. Она приготовилась обороняться.
— Вы прекрасно отдохнули в этом идиллистическом захолустье, но пора вернуться в реальный мир. В наш любимый грязный Лондон.
На секунду Кэтрин показалось, что крыша дома обрушится на её голову. По его мнению, она отдыхала? Горький ком перехватил горло, перекрывая доступ к кислороду, когда она вспомнила, как приходилось жертвовать покупкой еды, чтобы залатать крышу и пережить зиму. Как она наравне со слугами возделывала огород и начала охотиться, лишь бы прокормить себя и слуг. Откуда ему было знать о том, как она жила, если она ни разу об этом не упомянула, отправляя весточки только адвокату, как и требовалось по условиям договора.
Но несмотря на сложности, она жила в своем доме и не имела ни малейшего намерения его покидать.
— Вы правы. — наконец, произнесла она. — здесь действительно рай на земле. — девушка постаралась изобразить улыбку. — Поэтому я могу предложить Вам только отдых и пожелать счастливого пути, когда Вы вернетесь в свой любимый Лондон.
Кэтрин поднялась, поставив чашку на небольшой столик, намеренная оставить в одиночестве гостя, но он был проворнее. Поднявшись столь же стремительно, он в мгновение ока оказался рядом с Кэтрин, схватив её за руку.
— Я не прошу. — произнес он с нажимом.
— Смею напомнить, Вы в моем доме. — Кэтрин вырвала руку из его хватки, выдержав взгляд холодных глаз, режущих острее лезвия. — Поэтому как бы Вам не пришлось отведать свинца, если вздумаете меня принуждать.
Майкл неожиданно для себя рассмеялся. Подумать только, жена угрожала ему расправой за то, что он хотел вернуть её в столицу. Смех отозвался колющей болью в плече и заставил его поморщиться и осесть в кресло.
Кэтрин поколебалась несколько мгновений, но все же подошла к нему.
— Что с Вами?
— Кое кто уже угостил меня свинцом, как Вы любезно предложили. — усмехнулся мужчина. Скривившись, он стянул с плеча сюртук.
  
— Дайте взглянуть.
— Вам доставляет удовольствие подобное зрелище?
Кэтрин опалила его возмущенным взглядом. Теперь стало понятно, почему он так плохо выглядел. Одной усталостью дело не обошлось. А если рана воспалена, то медлить нельзя.
— Не мелите чепухи! — Кэтрин сама легко разделалась с платком на его шее и потянула в сторону ворот рубашки. Сделала она это так быстро и проворно, что у Майкла мгновенно испортилось настроение.