Инженер. Система против монстров 2 (СИ)

В процессе работы я заметил, как сдружились Борис и Медведь. Два берсерка нашли общий язык без лишних слов. Они соревновались, кто поднимет более тяжёлый лист металла, кто быстрее присобачит его к корпусу.
— Смотри-ка, два медведя в одной берлоге всё-таки ужились, — прошептала Искра. — Ещё немного, и они начнут общаться исключительно рычанием и тычками в бок.
Настоящая боевая дружба.
  
Я лишь хмыкнул в ответ. Пусть дружат. В нашем новом мире нет ничего важнее, чем крепкое плечо товарища.
Так прошло несколько часов. Приваренные листы с пожарных машин создали внешний слой защиты. Мы намеренно оставляли между ними и основной бронёй БТРа зазор в несколько сантиметров.
— Пространство между слоями заполним асбестовыми полотнами, — объяснил я Рулю, который как раз поднял маску и вытер пот со лба. — Это создаст эффект разнесённого бронирования. Внешний слой примет на себя основной удар, а второй, вместе с асбестовой прокладкой, погасит остаточную энергию.
Я говорил уверенно, хотя не знал точно, поможет ли такая защита против высокоуровневых монстров, которых мы наверняка встретим. Но лучше так, чем отправляться в центр города с истончившейся после кислоты и ремонта бронёй. Вес машины вырос, скорость и манёвренность снизились. Это минус, но в тоже время и плюс. Нас будет труднее перевернуть.
Мы приварили к корпусу дополнительные щитки, прикрывающие колёса. Теперь добраться до них стало труднее. Часть листов мы приваривали под углом, превращая их в острые шипы, торчащие в разные стороны.
— А это для красоты? — не удержалась Искра, вернувшаяся в депо с бутербродами для нас. — Чтобы наша боевая колесница выглядела более брутально?
— Это для особо наглых мутантов, которые любят запрыгивать на броню, — ответил я, стягивая рукавицы. — Пусть попробуют.
— О! С паштетом! — разулыбался Борис и сразу же сцапал с подноса два бутера.
Мы перекусили и продолжили работать.
— Теперь переходим к следующей фазе, — сказал я. — В мастерской есть краска. Нужно перекрасить нашего ёжика в серый или тёмно-зелёный. Нам не нужна красная мишень на колёсах.
— О, малярные работы! — саркастически протянула Искра. — Моё любимое занятие после вышивания крестиком. Дай-ка угадаю, мне ты поручишь самое ответственное. Следить, чтобы краска не капала?
— Тебе я поручу помогать остальным, — ровным голосом ответил я и сунул ей в руки банку с краской. — И не отвлекай их от работы.
Девушка картинно вздохнула, но спорить не стала и, приняв банку, присоединилась к бригаде.
— Остался звук, — сказал я. — Выхлопная система гремит, как старый трактор. А дизель ревёт так, что его слышно за километр.
Я нашёл в мастерской несколько рулонов асбестового одеяла и плотно обмотал им всю выхлопную трубу. Это снизит внешний шум. Остальная часть полотна пойдёт на прокладку между бронёй, когда краска подсохнет.
Но главная проблема находилась внутри. Двигатель, заключённый в бронированный корпус, создавал чудовищный резонанс. Броня работала как гигантский усилитель.
— Нужно изолировать моторный отсек, — я начал мыслить вслух, формулируя план. — Обклеить его изнутри алюминиевыми листами с асбестовой прокладкой. Это отразит и поглотит часть звуковых волн. Нет, слишком рискованно в плане перегрева. Гораздо разумнее и безопаснее сосредоточиться на выхлопной трубе и десантном отсеке. Внутренние стенки в нём нужно завесить плотным брезентом или теми же пожарными полотнами. Это уберёт эхо и снизит резонанс.
К концу дня работа была закончена. БТР стоял посреди депо, преобразившийся и грозный. Из стандартной военной машины он превратился в нечто более злое, хищное и самодельное. Настоящий постапокалиптический броневик, ощетинившийся шипами и дополнительными листами брони. Не могу сказать, что вот теперь-то с радостью отправлюсь на нём в самое пекло, но всё же чувство удовлетворения от проделанной работы есть.
— Любуешься своим творением? — раздался за спиной мужской голос.
Я не обернулся. Сокол. Он вошёл в депо, и атмосфера сразу же стала тяжелее.
— Не любуюсь. Оцениваю, — ровным голосом ответил я, проводя рукой по сварному шву. — В отличие от некоторых, я предпочитаю делом заниматься, а не языком чесать.
Он хмыкнул и подошёл ближе, обходя БТР по кругу.
— Игрушки всё это. Пока ты тут в конструктор играешь, наши семьи в центре гибнут. Каждая минута, которую мы здесь теряем — это их кровь. Кровь, которая на твоих руках, инженер. Как и кровь Сумрака.
Я медленно повернулся к нему. Моё лицо ничего не выражало. Внутри всё клокотало от холодной ярости, но я держал её под контролем.
— Сумрак погиб, потому что мы были недостаточно подготовлены к встрече со слишком проворной тварью. А без этих «игрушек», — я кивнул на БТР, — мы все станем кормом для мутантов, не доехав до центра. Мёртвыми вы своим семьям точно не поможете.
— Да что ты понимаешь, мразь! — взвился он. — Это не твои близкие гибнут прямо сейчас!
— Если тебе, Сокол, так не терпится сдохнуть, — мой голос стал ледяным, — я тебя не держу. Можешь отправляться в центр хоть сейчас. Пешком. Хочешь, я тебе даже тачку заведу? Вон тот ЗИЛ. Ключи на щитке. Соляра есть, вперёд.
— Ах ты, падла… — прошипел он и, сжав кулаки, шагнул ко мне.
— Ой, мальчики, не ссорьтесь, — раздался сбоку насмешливый голос Искры. Она сидела на ящике и болтала ногами. — А то сейчас подерётесь, а нам вас потом лечи, ману трать. Хотя посмотреть, как инженер начистит рыло пернатому, было бы забавно. Ставлю на Лёшу!
— Заткнись, подстилка! — рявкнул Сокол, не оборачиваясь.
И это стало последней каплей. Холодная сдержанность испарилась, уступив место чистой, незамутнённой ярости. Я не помню, как сократил дистанцию. Мир сузился до его перекошенной злобой морды. Мой кулак врезался ему в челюсть. Удар получился коротким, злым, не по-боксёрски правильным, а по-уличному простым и грязным.
Голова Сокола мотнулась в сторону, он отшатнулся, но устоял на ногах. Сплюнул на бетонный пол кровь вместе с выбитым зубом. В глазах этого придурка вспыхнуло безумие.
— Ну всё, инженер, ты доигрался!
Он бросился на меня, целясь в голову. Я уклонился, его кулак просвистел у самого уха. Я ответил ударом в корпус. Он крякнул, но тут же нанёс ответный удар, который пришёлся мне в скулу. Короткая вспышка боли, искры из глаз…
— Ай, молодца! Красавчик! — ржал Фокусник, восторженно аплодируя.
— Давай, Лёша, втащи ему! — азартно кричала Искра. — Левой, левой!
Мы сцепились в центре депо, как два пса. Это была не красивая драка из кино, а свирепая, яростная грызня. Мы обменивались короткими, злыми ударами, пытаясь свалить друг друга. Он был выше и, возможно, сильнее физически, но я двигался быстрее и лупил злее. Я вкладывал в каждый удар всю свою ненависть к его тупости, к его нытью, к его оскорблениям.
— Да вы охренели⁈ — обеспокоенно кричал Руль, не зная, к кому кинуться.
Мне удалось заехать Соколу под дых, он согнулся, захрипев. Я тут же добавил кулаком в лицо. Он отшатнулся, и я увидел, как в его глазах мелькнул страх. Поняв, что проигрывает в честном бою, он сделал именно то, чего и следовало ожидать.
Его рука метнулась к поясу, и в ней блеснул нож.
  
Глава 14
 
Драка
 
Адреналин ударил в голову, обостряя чувства. Лезвие опасно поблёскивало в свете фонарей, освещающих депо. Руль и остальные что-то орали, но гул крови в ушах напрочь отсекал все лишние звуки.
Сокол двигался экономно, выверенно. Он сделал первый выпад. Я попытался уйти в сторону, как учил отец, но лезвие чиркнуло по спецовке, разрезав ткань. Я отпрянул, чувствуя, как по коже побежал холодок. Это была моя кровь. Всё же задел, сволочь!
  
— Что, не нравится? — оскалился Сокол. — Это только начало!
Он двинулся вперёд, делая обманный замах слева, но я видел, как напряглось его правое плечо. Настоящий удар пошёл справа, я едва успел отклониться. Лезвие прошло в сантиметре от моего живота.