Инженер. Система против монстров 2 (СИ)

Бой закончился так же быстро, как и начался. Через минуту у наших ног лежало около двух десятков мёртвых тушек.
— Эх, жалко, быстро кончились! — хохотнул Борис. — Я только во вкус вошёл!
Сокол молча сплюнул в мутную воду. Я оглядел нашу группу. Все целы. Это главное.
— Ну вот, — вздохнула Искра, вытирая лезвие о штанину. — Теперь мы не только в змеиных, но ещё и в крысиных потрохах. Экскурсия становится всё увлекательнее. Куда дальше, мой капитан Немо? К центру Земли?
  
— Путаешь книжки, — буркнул я и перешагнул через труп.
Мы двигались по техническому коридору, погружённому в густую, почти осязаемую темноту. Единственным источником света были фонари, узкие лучи которых выхватывали из мрака облезлые бетонные стены, покрытые плесенью, и ржавые трубы, змеящиеся под потолком. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом сырости и говнища.
Каждый шаг отдавался гулким эхом, и я постоянно прислушивался, пытаясь отделить наши собственные шаги от тех, что мог издать притаившийся враг. Атмосфера давила, заставляя нервы натягиваться до предела.
— Ненавижу замкнутые пространства, — прошипел Сокол. — И эту вонь. И крыс. И вообще всё. Когда мы уже выберемся из этой клоаки?
— Когда найдём нужный выход, — холодно отрезал я, не сбавляя шага. — Если хочешь, можешь вернуться и попробовать договориться с байкерами. Уверен, они будут рады новому участнику своих боёв.
— Это он о чём? — Сокол покосился на остальных.
— Ну, «Гладиаторы» себе не зря такую кликуху взяли, — начал Искра. — До прихода Системы и Бесформенного они устраивали подпольные кулачные бои. «Бойцовский клуб» смотрел? Вот в этом духе. Вплоть до «первое правило бойцовского клуба: никому не рассказывать о бойцовском клубе». Только ещё и на байках гоняли. Экстремалы, короче. Адреналинщики.
— Стоп, рыжая, — перебил Сокол. — Если они никому не рассказывали о своём «хобби», то ты-то откуда знаешь?
Девушка лучезарно улыбнулась и ответила:
— У меня была бурная молодость.
— Которая всё ещё продолжается, — усмехнулся я.
— В общем, эти ребята всегда были зверями, — продолжила Искра. — А теперь им совсем раздолье. Как жахнул глобальный писец, так они окончательно с цепи сорвались. И гладиаторские бои у них теперь настоящие. Насмерть. С мутантами. Мы сами в гипермаркете видели, как эти ушлёпки какого-то мужичка выставили против Костогрыза. Здоровенная тварь, что-то собакоподобное, но похуже обычных Мутировавших Псов. Костогрыз его разорвал, а они только смотрели и ржали. Потом их лидер, Череп, сам вышел против монстра и уложил его. Быстро, кстати, почти играючи. Так что давай, пернатый, можешь действительно развернуться и пойти знакомиться с этими ребятами. Постараюсь не скучать. Свечку за упокой, извини, не поставлю. Сейчас все ресурсы на счету.
Сокол злобно засопел, но промолчал. Похоже, даже он начал понимать, что сейчас не время для пререканий. Мы попали в ловушку, и единственный путь лежит вперёд, сквозь эту зловонную тьму.
— А мне даже начинает нравиться, — прыснула Искра сквозь ткань повязки. — Такая готическая романтика. Мрачные своды, таинственные тени, загадочные звуки. Ещё немного, и мы наткнёмся на логово вампиров или, на худой конец, на черепашек-ниндзя. Всегда хотела автограф у Донателло.
— Я тебе сейчас устрою вместо автографа купание в чистейшей родниковой воде, если не заткнёшься, — прорычал Сокол, махая рукой на стоки.
Именно в этот момент из одного из боковых тоннелей, всего в паре десятков метров впереди, донёсся новый звук. Не журчание воды и не писк крыс. Это был скрежет металла и приглушённое ворчание. Я резко вскинул руку, останавливая группу. Все замерли, перестали дышать. Лучи фонарей сошлись в одной точке, упираясь в тёмный провал коридора.
— Люди? — шёпотом спросила Искра.
— Или твари, научившиеся имитировать речь, — так же тихо ответил я, переводя арбалет в боевое положение. — Готовьтесь.
«Инструмент! Топор!» — мысленная команда сработала быстрее, чем я успел её додумать. В руку легла привычная тяжестью топора. Борис сжал свой молот, Сокол и Женя выхватили ножи. Над ладонью Искры уже зарождался и плясал маленький, пульсирующий огонёк, отбрасывая на её лицо хищные блики.
Мы медленно, шаг за шагом, направились к повороту. Я прижался спиной к холодной, влажной стене и осторожно выглянул. В темноте двигалось световое пятно. Его источником служила керосиновая лампа, поскрипывающая на жестяной ручке.
Определённо не мутанты. Люди.
Двое мужчин в грязном, рваном тряпье, с всклокоченными бородами и безумным блеском в глазах. Тот, что повыше и покрепче, сжимал в руках лопату. Второй, пониже и постарше, держал за хвосты пару дохлых Мутировавших Крыс и тусклую лампу, отбрасывающую на стены дрожащие, уродливые тени. Над головами мужиков появились надписи:
Владимир Ухов — Уровень 4
Георгий Зорков — Уровень 3
— Ну и натюрморт, — не удержалась от саркастического шёпота Искра. — «Бомжи апокалипсиса и их трофеи». Картина маслом. Копчёным.
Они тоже нас заметили. Мужик с лопатой издал хриплый рык и выставил своё оружие вперёд.
— А ну стоять, твари! — прохрипел он. — Ближе подойдёте — башку снесу!
— Вован, погоди, — просипел второй, Гоша, вглядываясь в нас. — Это ж… люди.
— Люди? — недоверчиво переспросил Вован, но лопату не опустил. — В такой дыре? Не смеши меня, Гоша. Это оборотни. Прикинулись человеками, а как подойдёшь, сожрут!
— О, смотрите, нас повысили, — фыркнула Искра. — Теперь мы оборотни. Лёша, можно я им покажу, какие у нас зубы?
— Тихо, — бросил я и сделал шаг вперёд. — Мы не причиним вам вреда. Просто проходим мимо.
— Ага, мимо, как же, — проворчал Вован. — С топорами и арбалетами. Знаем мы таких «прохожих». Сейчас пройдёте, а потом в спину ударите.
В его взгляде читался страх и застарелая ненависть ко всему миру. Он походил на загнанного зверя, готового броситься на любого, кто нарушит границы его территории.
Гоша же, наоборот, смотрел на нас с опасливым любопытством. Он видел наше оружие, нашу организованность, и, кажется, понимал, что если мы захотим их убить, то сделаем это без особого труда.
— Мы не тронем вас, если вы не тронете нас, — повторил я спокойным голосом. — Нам ничего от вас не нужно. Мы просто хотим пройти.
Гоша дёрнул своего товарища за рукав.
— Вован, опусти ты железяку. Видишь же, они не нападают. И вооружены до зубов. Если захотят, пришьют нас тут же, и мокрого места не останется.
Вован что-то злобно прошептал ему, но лопату всё же опустил, хотя и продолжал смотреть на нас исподлобья.
— Какие гостеприимные хозяева, — не унималась Искра. — И крысками дохлыми разжились. Гурманы. Небось, фуа-гра из них делать собрались?
— А ты помолчи, рыжая, — огрызнулся Вован. — Ишь, раскудахталась.
Я сделал ещё шаг.
— Послушайте, — мой голос стал жёстче. — У нас нет времени на пустой трёп. Либо мы расходимся миром, либо… Выбор за вами. Но учтите, мы вымотаны, злы, и нам очень не хочется тратить силы на бессмысленную драку.
Я намеренно дал им понять, что мы сильнее. В этом мире язык силы, к сожалению, стал самым понятным. Гоша это уловил мгновенно. Он снова что-то зашептал своему другу, активно жестикулируя. Вован слушал, хмурился, качал головой, но в итоге, тяжело вздохнув, всё-таки отступил на шаг и воткнул лопату в кучу мусора. Перемирие было заключено.
— Ладно, — просипел Гоша, выходя вперёд. — Не будем задираться. Куда путь держите, если не секрет?
— Наверх, — коротко ответил я. — Ищем выход в районе старой пожарной части.
  
Бомжи переглянулись.
— К пожарке? — удивился Гоша. — Так это вам в другую сторону. Вы в тупик идёте. Там через полкилометра решётка, а за ней завал. Не пройдёте.
Я мысленно выругался.
— Можем показать дорогу, — неожиданно предложил Гоша. — Мы тут все ходы знаем. За небольшую плату, конечно.