Волкодав (СИ)

Из Penobscot Building я вышел около полудня.
На улице было жарко. Я сел в Packard и достал записную книжку, куда Адамс записал адреса.
Агентство «Домашний персонал» — Вудворд-авеню, 845. Миссис О’Мэлли.
Тот самый адрес, который упоминал Адамс вчера. Приличное заведение, проверенное годами.
Агентство располагалось на втором этаже делового здания, между страховой конторой и бухгалтерской фирмой. Вывеска скромная, но солидная:«Агентство домашнего персонала — Владелица миссис Кэтрин О’Мэлли. Основано в 1905 году»
  
Внутри пахло лавандой и бумагой. Приёмная была обставлена просто, но со вкусом — несколько стульев вдоль стены, стол с аккуратной стопкой журналов, комнатные растения в горшках.
За столом сидела женщина лет шестидесяти, полная, с седыми волосами, убранными в тугой пучок, в строгом чёрном платье. Очки на цепочке болтались на груди. Она подняла глаза от гроссбуха, когда я вошёл.
— Добрый день, молодой человек. Чем могу помочь?
— Роберт Фуллер. Ищу экономку для дома.
— О, мистер Фуллер! — она заметно оживилась. — Мистер Адамс звонил сегодня утром, предупредил о вашем визите. Присаживайтесь, пожалуйста.
Она достала из ящика толстую папку с карточками.
— Расскажите о ваших требованиях. Сколько комнат в доме? Нужно ли проживание экономки? Есть ли особые пожелания к кухне?
Я описал дом, объяснил, что мне нужна женщина, которая будет приходить с утра и уходить вечером. Готовка, уборка, стирка — стандартный набор.
— Понятно. — Миссис О’Мэлли пролистала карточки. — У меня сейчас четыре подходящие кандидатки. Все с опытом, с рекомендациями.
Она выложила на стол четыре карточки.
— Миссис Харриет Томпсон, пятьдесят восемь лет, американка. Работала экономкой в трёх семьях, общий стаж двадцать лет. Отличные рекомендации. Готовит традиционную американскую кухню. Не живёт в доме — у неё взрослые дети. Запрашивает двадцать два доллара в месяц.
— Следующая?
— Миссис Грета Шмидт, сорок три года, немка. Приехала до войны, хорошо говорит по-английски. Опыт работы в состоятельных семьях. Готовит европейскую кухню, особенно хороша в выпечке. Просит двадцать долларов в месяц.
Я кивнул, изучая карточки.
— Третья Милица Стоянович, сербка. Пятьдесят лет. Работала последние два года у семьи Кэмпбелл, отличные рекомендации. Вдова, трое детей. Готовит и американскую, и европейскую кухню. Живёт в Хэмтрамке. Двадцать долларов в месяц.
Стоянович. Славянская фамилия. Интересно.
— А четвёртая?
— Мисс Агнес О’Лири, тридцать пять лет, ирландка. Незамужняя. Опыт есть, но рекомендации средние, последние хозяева жаловались на излишнюю разговорчивость. Готовит неплохо, но простовато. Зато самая дешёвая — восемнадцать долларов.
Миссис О’Мэлли отложила последнюю карточку.
— Если хотите моего совета — выбирайте между Томпсон и Стоянович. Обе надёжные, обе профессионалки. Томпсон более опытная, но Стоянович моложе и энергичнее. К тому же она готовит разнообразнее — балканская кухня весьма интересна.
— Можно посмотреть рекомендации?
Она достала из папки письма. Рекомендация от семьи Кэмпбелл была особенно восторженной:
«Милица Стоянович исключительно надёжная, честная и трудолюбивая женщина. За два года работы в нашей семье она проявила себя как отличная кухарка и заботливая экономка. Готовит превосходно, как американские, так и европейские блюда. Дом содержит в безупречной чистоте. С искренним сожалением расстаёмся с ней в связи с нашим переездом в Нью-Йорк…»
— Хотел бы встретиться с миссис Стоянович, — сказал я.
— Отлично! — миссис О’Мэлли записала что-то в журнал. — Могу организовать встречу здесь, в агентстве, или дать вам адрес для личного визита.
— Адрес, пожалуйста. Предпочитаю поговорить в неформальной обстановке.
Она переписала адрес на карточку.
— Джозеф-стрит, 247, Хэмтрамк. Можете заехать сегодня после трёх — она обычно дома в это время. Скажите, что от агентства миссис О’Мэлли. Если подойдёт — возвращайтесь ко мне, оформим документы.
Я взял карточку и поднялся.
— Спасибо за помощь.
— Обращайтесь, мистер Фуллер. И передавайте привет мистеру Адамсу.
* * *
Хэмтрамк сильно отличался от моего Вест-Сайда.
Вместо больших домов с лужайками тесно стоящие деревянные домики, маленькие дворики, белье на веревках. На улицах звучала не только английская речь польская, немецкая,еще целый перечень.
Иммигрантский район. Рабочие, которые трудились на заводах Детройта, жили скромно, но старались содержать дома в чистоте и порядке.
Джозеф-стрит оказалась тихой улочкой с двухэтажными домами. Номер 247 — аккуратный домик с небольшой верандой, выкрашенный в голубой цвет. В окнах белые занавески, в палисаднике росли какие-то цветы.
Я припарковал машину и поднялся на крыльцо. Постучал в дверь.
Дверь открыла женщина лет пятидесяти, среднего роста, плотного сложения. Темные волосы с проседью, собранные в пучок, карие глаза, простое темное платье с белым фартуком. В руках — кухонное полотенце, явно прервала какую-то домашнюю работу.
— Да? — спросила она с заметным акцентом, но по-английски.
— Добрый день. Вы Милица Стоянович? Меня зовут Роберт Фуллер.Меня направило сюда агентство миссис О’Мэлли.
Лицо женщины оживилось.
— О, от миссис О’Мэлли! Проходите, пожалуйста. Будем говорить.
Она провела меня в небольшую, но очень чистую гостиную. Простая мебель, но все аккуратное, ухоженное. На стенах висели фотографии — мужчина в рабочей одежде, молодой парень, групповой снимок большой семьи.
— Садитесь, я чай поставлю, — сказала Милица, но я остановил ее жестом.
— Не беспокойтесь. Давайте лучше поговорим о работе.
Она села напротив, сложив руки на коленях. В ее позе чувствовались достоинство и осторожность — женщина, привыкшая к трудностям, но не сломленная ими.
— Миссис О’Мэлли сказала, что вам нужна экономка?
— Да. Большой дом, я один, после смерти родителей. Нужен человек, который будет готовить, убирать, следить за хозяйством.
— Понимаю. Трудно мужчине одному в доме. Я работала у миссис Кэмпбелл два года, могу дать рекомендации. Готовить умею хорошо и американские блюда, и европейские. Дом держу в порядке.
— Где вы научились готовить американскую еду?
— У миссис Кэмпбелл. Она хорошая женщина, терпеливая. Учила меня, объясняла рецепты. Я быстро учусь, память хорошая. Теперь могу сделать любое блюдо, какое захотите.
— А что вы умеете из сербской кухни?
— О! — глаза ее загорелись. — Сарму, пальчинке, чевапи, пироги с мясом и капустой. Хлеб пеку сама, очень вкусный. Муж мой всегда говорил что лучше его жены никто не готовит.
При упоминании мужа лицо ее потемнело.
— Миссис О’Мэлли упоминала о вашей потере. Примите соболезнования.
— Спасибо. Божья воля. — Она перекрестилась по-православному. — Теперь должна работать за двоих — за себя и за мужа. Мирко учится на механика, подрабатывает где может, но шестнадцать лет — платят мало. А дома близнецы, четыре года. Мальчик и девочка. За ними глаз да глаз нужен.
— Понятно. Поэтому вам нужно приходить и уходить, а не жить в доме?
— Да, сэр. Мирко работает до вечера, близнецов не с кем оставить. Должна быть дома.
— Расскажите о своем опыте работы.
Следующие полчаса Милица подробно рассказывала о своих обязанностях в доме Кэмпбеллов. Готовка, уборка, стирка, уход за одеждой, закупка продуктов. Все четко, организованно, с пониманием того, как должен быть устроен дом состоятельных людей.
— Какую зарплату вы ожидаете?
— Какую зарплату вы ожидаете?
— У Кэмпбеллов получала двадцать долларов в месяц плюс питание.
  
Достав из кармана записную книжку, я написал свой адрес и телефон, вырвал листок и протянул ей.
— Прекрасно. Меня всё устраивает. Вот мой адрес. Приходите завтра в восемь утра, покажу дом, обсудим детали. Я могу платить вам сорок долларов в месяц и сверху питание, как у Кэмпбеллов.