Призраки прошлого

Алиса замерла и тихо спросила:
– Это безопасно?
– Да… Я надеюсь. Боже, почему ты спрашиваешь?
– Может, он шпион или что-то такое? – предположила Алиса.
Вопреки серьёзности разговора я не сдержала смеха. Он был нервным и рваным, но домыслы Алисы меня позабавили.
  
– Нет, он не шпион, Алис. С чего ты взяла?
– Ты мне даже имя его не говорила, – с укором припомнила дочь. – Он жил за границей и не приезжал. Что я еще могла подумать?
Да, фантазии ребёнку не занимать. Не удивлюсь, если они еще и посмотрели какого-нибудь Джеймса Бонда с близнецами.
– Его зовут Матвей Дербенев. Он был моим преподавателем в университете. Сейчас занимается инвестициями, – выдала я краткую сводку.
– Он не знал про меня?
Вопросы Алисы нервировали меня так же, как допрос Матвея. Если последнего я смело могла послать ко всем чертям, то с дочкой ходила по минному полю.
– Конечно, он не знал про тебя, – проговорила я.
– Почему? Ты не могла с ним связаться?
Алиса подкидывала мне правильные ответы, но я не могла ей врать.
– Я могла его поискать, но мы поссорились очень сильно еще до того, как я узнала о беременности.
Алиса понимающе кивала.
– У него есть семья. Да?
От шпионов к другой семье она переключилась меньше чем за минуту. Я слегка опешила от такого резонанса.
– У Насти в садике папа с другой семьей. Он приходит редко, и один раз она подслушала, как родители ругались. Ее папа обещал развестись, но не разводился. Мой папа тоже не разводится? За это ты на него злишься?
– Нет, Алис! Нет, все не так.
Я поддалась эмоциям и повысила голос. Алискин подбородок тут же стал дрожать, а глаза наполнились слезами. Я прижала дочку к себе.
– Прости, детка. Я не хотела тебя пугать.
Я гладила ее по волосам, целовала в макушку, и сама глотала слезы.
Мне надоело врать своему ребенку. Даже не договаривать надоело.
Если Алиса осудит меня – имеет право.
– Да, твой отец был женат, когда мы познакомились. Это плохо и неправильно, но я влюбилась в него очень сильно.
– И он в тебя? – Алиса подняла голову и смотрела на меня не мигая.
– Мне казалось, что да. А потом – нет.  Ты сможешь спросить его при случае. – Я сразу уточнила, чтобы перестраховаться: – Но не при первой встрече, ладно? Чуть позже. Если захочешь.
Алиса фыркнула и важно сказала:
– Конечно, я не собиралась спрашивать его об этом сразу. Я понимаю, что это деликатный вопрос. Не маленькая. Сначала нам придется подружиться.
Я усмехнулась. С субординацией у Алиски все в порядке. Спасибо социализации в детском саду.
– Когда мы увидимся? – продолжала спрашивать Алиса. – Надеюсь, скоро.
– Кажется, в среду я могу взять выходной. Матвей предложил сходить в музей динозавров, посмотреть скелеты, окаменелости и все такое. Как тебе?
– Отлично!
Она снова заерзала, выдавая возбуждение .
– Я не знала, что у нас есть такой музей.
– Я тоже, – призналась я. – Зато твой отец знал и позвал нас туда. Я напишу ему, что ты согласна. Он будет рад.
На этом месте я расслабилась и решила, что самое сложное позади. Но у Алиски в загашнике было еще несколько каверзных вопросов.
– Папа придет с женой? С ней мне тоже надо подружиться? – спросила она на полном серьезе.
Я с трудом сдержалась, чтобы не возмущаться и не орать снова.
Сначала выдохнула, а потом уже спокойно (кажется) ответила.
– Нет. Он придёт один. Тебе не надо больше ни с кем дружить, малыш.
– Но ведь его жена узнает обо мне тоже. Разве нет? Он будет скрывать меня?
Алиса очень переживала. Она часто моргала и ковыряла ногти.
Мне не хотелось рассказывать ей все, что на меня сегодня сошло лавиной, но выбора дочь не оставляла.
– Жена Матвея умерла несколько лет назад.
– О. – Лицо Алисы вытянулось.
Я боялась очередных вопросов, но она уже перегрелась и насытилась.
– Мне кажется, на сегодня хватит разговоров. – Я взяла дочь за руку и повела в ванную. – Давай ложиться спать. Был сложный день.
Алиса не сопротивлялась и больше ни о чем не спрашивала. Единственное, она попросила полежать с ней перед сном. Я с трудом втиснулась в ее кровать, повернулась на бок и отлежала его буквально за минуту.
Но с места не сдвинулась, пока Алиса не затихла. Ее дыхание стало ровным, все мышцы расслабились.
Я поцеловала дочку, провела еще раз по ее красивым волосам цвета соломы и только тогда ушла в свою комнату.
Моя нервная система, к сожалению, не позволила отключиться так скоро. Я долго возилась и, в конце концов, плюнула, достала телефон.
Прокрутив ленту новостей, я сама не заметила, как вбила имя Матвея в поиск.
Интернет любезно выдал мне список сайтов, где упоминался Матвей Дербенёв. Я думала, что придётся отмести много однофамильцев, но почти все ссылки рассказывали о Матвее. Моем Матвее.
Нервно теребя волосы, я читала новости об отце моей дочери. Оказалось, что он весьма известный, публичный персонаж в… Милане. Матвея часто снимали с моделями, актрисами, просто красивыми женщинами.
Все они были невероятно похожи на его жену. Высокие, худые, яркие, модные. Брюнетки, блондинки, рыжие. Всегда разные, но одинаково шикарные, с бескрайней пустотой в глазах.
Я моментально окунулась в море неуверенности и самокритики. Он никогда не любил меня. Ему нравятся совсем другие женщины. Наша связь была глупостью для него, ошибкой, случайностью.
Не мог Матвей Дербенев любить меня, серую мышку из провинции. Без рода и племени, но с большими амбициями.
Я не хотела расстраиваться из-за этого снова. Моя самооценка подросла благодаря Мишке, нашему салону и восторгу сотен невест, которые выбирали мои платья.
  
Но стоило мне взглянуть на холодных модных женщин Матвея, я снова чувствовала себя ничтожеством, пустым местом.
Не стоило мне гуглить Дербенева. Я знала, что это кончится плохо, но не сдержалась.