Продам любовь. Дорого (СИ)

- Какова суть претензии? – деловито озвучивает, мучающий и меня, вопрос.
- Ко мне прибежала Настюша вся в слезах, сказала, что ты тут с какой-то бабой! – последнее слово женщина выразила так, будто он тут не с «бабой», а десятью накаченными неграми, прости господи.
- И? – ёмко и со вздохом требует развития мысли сын.
- И?! Просто «И»?! Ты что, кобель, разве такому я тебя с отцом учила! – переходит в стадию ультразвука, окончательно расшатывая мои, и без того рассыпающиеся в труху, нервы. – Девочка тебя столько времени из армии ждала, писала, а ты скотина позорная! – судя по глухому звуку, об голову «кобелины» приложились сумкой.
  
Так, стоп… То есть, он не рассказал матери о том, какая Настенька «простиии...-те», дабы не порочить её честь, а эта пигалица побежала жаловаться его маменьке на наличие в его же квартире посторонней женщины, то есть, меня? Я что, пока на такси сюда ехала пропустила указатель с надписью «Деревня дураков»?.
- Мама, а тебе не кажется, что мы с Настей взрослые люди, по крайней мере, я точно, и мы в состоянии сами разобраться в своих отношениях и делах? – ледяным тоном осаживает мать, которая, говоря откровенно и грубо, основательно начинает путать берега.
- Я не позволю тебе так относиться к девочке! Говорила же отцу, не надо тебе в армию! Какого подлеца они из тебя там сделали! Ты посмотри на него! Неблагодарный!
- Так, вот, бери свою Настеньку и живи с ней сама, раз так! – эмоции парня берут вверх, пока он переходит на рычащий крик, но быстро стихает. – Это моя квартира, мама. Моя жизнь. Ты в ней, несомненно можешь и должна присутствовать, но исключительно, как наблюдатель, понимаешь? – пытается достучаться примирительным тоном до твердолобой мамаши. – А сейчас, прошу, иди домой. Можете налить с Настенькой чая и обсудить, какой я мудак.
- Покажи мне её!
- Кого…
Видимо, Слава на мгновение теряет бдительность, поскольку полуприкрытая дверь в спальню начинает распахиваться. Чувствую ли я что-то в этот момент? Ноль. Пустота. Такой дебилизм не может происходить со мной. Я тут просто со стороны посмотрю.
- Ты что… Физическую силу к матери применяешь? – визжит женщина, судя по всему, оскорбленная тем, что её попытку вторжения попытались пресечь.
Но, чему быть, того не миновать. Полотно с грохотом ударяется о стену, и я встречаю это неполное семейство с гордо выпрямленной спиной. На пороге с глазами бешеной селедки стоит женщина, на вскидку, лет на десять старше меня. И, судя по хлесткому презрительному взгляду, она это понимает тоже.
Откидываю одеяло, вскакиваю с кровати и, приложив руку к груди и карикатурно кланяясь, выдаю нахальное:
- Здрась – те.
Ну, а что? Это не моя мать. И даже не мать моего жениха. И даже не мама друга. И вообще, её никто не звал, а меня, вот, очень даже.
- Кошмар, - ёмко выдает женщина, с неподдельным ужасом оглядывая меня с головы до пят.
- Да? – деланно округляю глаза и почти натурально удивляюсь. – А что именно не так? Ноги? – задираю край, и без того короткой, футболки, чуть не засветив трусы. – Или тут? – кладу ладони на грудь, пожмякав, дабы точно обнаружить проблему. – Знаете, я не рожавшая, не кормившая, с грудью точно всё должно быть пучком, - задумчиво почесываю подбородок, пока у тёти образовывается инфаркт миокарда, вот такой рубец…
- Мама… Твою мать! – не выдерживает накала страстей сыночка и, пока родительница не вылила свое возмущение в полном объеме, утаскивает её обратно в коридор, не забыв за собой захлопнуть дверь.
Клокочущий смех на грани истерики клубится где-то глубоко за ребрами. Гашу в себе зачатки нездорового веселья и хватаю с кресла свою одежду. Торопливыми рваными жестами натягиваю чулки, особо не заботясь о том, где правый, а где левый. Перепалка в коридоре достигает своего апогея и, наконец, стихает. Остервенело стягиваю мужскую футболку, швыряю в сторону и втискиваюсь в платье, которое, как назло, снова застревает на груди, но уже в другую сторону.
- Бл*дство какое-то! – грязно ругаюсь и на мгновение замираю.
- Ты куда? – серьёзность тона слегка обескураживает. Ещё не переключился с режима «приструнить маму»?
- Домой, - рьяно огрызаюсь, начиная борьбу с молнией. – Денег мне никаких не надо. Хочешь, я тебе даже сама заплачу неустойку, - недовольно рычу, ощущая, как внутри разгорается настоящий пожар из невыплеснутых эмоций.
- Марин, прости, больше нас никто не побеспокоит... Ну, куда ты? – примирительно мурлычет, осторожно укладывая сзади свои ладони на мою талию. Словно спичкой в бензин.
- Точно?! Прям, честно-честно?! – яростно рявкаю, развернувшись к парню лицом. И мой внешний вид с платьем по грудь меня совершенно не колышет. – И даже бывшая не придет? А самая первая?! Подожди, мы ж еще папу не дождались! – закатываю ему настоящий скандал, как не эскортница, а настоящая жена по вызову.
По лицу парня блуждает томная загадочная улыбка, что выводит из себя окончательно и бесповоротно.
- Ненормальные! Будто в ситком какой-то ублюдский попала! – дергаю платье виз, но его руки оказываются проворнее в одно легкое движение, избавляя меня от него второй раз за день.
И даже не знаю, что обескураживает больше, предыдущий факт, или то, как меня грубо бросают спиной на кровать и нависают сверху…
  
11. Взрослые игры
 
- Не шуми, дорогая, детей разбудишь, - тихо рокочет, наклонившись сверху и дергая уголочками губ.
Эффект неожиданности возымел своё.
- Чего? – булькаю в ответ, пока мои ноги бесцеремонно раздвигают коленом и втискиваются в освободившееся пространство.
- Я думал у нас ролевуха «семейная пара», - игриво закусывает нижнюю губу и ведет кончиком носа по моей вытянувшейся шее.
- Дурак, - уровень агрессии неминуемо валится вниз.
Очень сложно возникать и качать какие-то права, когда ощущаешь, как между бедер тебе упирается могучее и, требующее завоевание территорий, достоинство. Плюс ко всему – приходится напомнить себе, что я не его невеста и даже не подружка. У него четкая цель, у меня конкретное задание. Условия просты, прозрачны и понятны нам обоим. Но это не отменяет того факта, что меня маленько колотит, и в целом я ощущаю себя блеющей девственницей на выпускном.
- Стерва, - парирует на мое снисходительное оскорбление, явно вливаясь во вкус и принимая на себя роль властного мужа.
В голове мимоходом пролетают мысли о том, чтобы ляпнуть что-то наподобие : «Подожди, мне нужно в душ, что-то в туалет захотелось, а может кофейку?». Но сколько не оттягивай неизбежное, оно всё равно случится. Перед смертью не надышишься.
- Расслабься, - неожиданная тихая просьба напрягает лишь сильнее.
Интересно, о чем он думает? «Вот мне повезло, напоролся на деревянную тетку, имитирующую полено». Преклоняюсь перед всеми барышнями, причастными к подобному роду деятельности, это ж, какого уровня самооценкой надо обладать и каким объемом нервов…
Горячие пальцы касаются моих плеч и бережно подцепляют пальцами лямки тонкого бюстгальтера. Ощущаю, как от нервного напряжения колом встают мои соски, что неприятно царапаются о кружевную ткань. Более пустоголовой, чем сейчас, я себя, пожалуй, не ощущала никогда.
Куда деть руки? Обнять? Это как-то слишком интимно… А лежать с раздвинутыми ногами перед незнакомцем – не интимно, Саша? А ноги, кстати? Оставить так, или закинуть ему на спину?
- Ах! – тихонечко вырывается неожиданный рваный вздох, когда губы парня касаются твердой горошинки прямо через невесомую ткань лифа.
Кожа на затылке покрывается липкой испариной. Ощущения странные. Я всегда привыкла быть с мужчинами на равных. Они, конечно, могут быть в разной степени доминантны, и так далее, но в постели это всё было понятно и легко. Сейчас же ощущаю себя дико в уязвимой позиции… На моем месте должна быть другая. Моложе, раскрепощенней…
  
- М! – короткое невнятное мычание летит из горла, когда уверенные руки парня дергают чашечки вниз, а зубы осторожно смыкаются на ноющей закаменевшей вершинке.