Беглый в Гаване 2 (СИ)
— «Друг», запомни его. Полковник КГБ. Примерный возраст — около пятидесяти. Знаешь, о ком речь.
— Уже внесён в приоритетный список наблюдения. Метка: «Возможный предатель. Код 14-С».
— Хорошо. Пусть пока живёт. Но когда, уточняю — не «если», а «когда» — он вылезет, чтобы снова сделать ход… будь готов.
— Понимаю. Обновлю шаблон вероятных действий и включу алгоритм «спящая сеть».
— Спасибо, «Друг». Сворачивайся.
— Приятной ночи, Кир.
Я усмехнулся.
— Уже и не помню, когда меня так называли.
Свет интерфейса погас, и я остался один — с ощущением, что партия в шахматы только началась.
* * *В комнате уже воцарилась тишина. Только за окном стрекотали насекомые, да вдалеке глухо тявкала собака. Только я успел положить голову на подушку, как в ней снова раздался знакомый голос:
Я приоткрыл один глаз и вздохнул:
— Слушаю тебя, «Друг». Что ещё?
— Во время анализа логики действий ремонтных ботов в мастерской выявлены ограничения. Для продолжения восстановительных работ требуется:
Фирменная грунтовка и краска, желательно оригинального состава — для точного соответствия цвета и текстуры;
Комплект новой резины;
Рекомендую замену штатной топливной системы на более экономичную.
Я приподнялся на локте, потёр виски:
— То есть, опять полезем разыскивать дефицит?
— Есть рациональное предложение: заменить штатные карбюраторы на экспериментальную конструкцию. Основу взять из патента Тома Огла US Patent 4,177,779 — система испарения и предвспенивания топлива с дополнительной очисткой воздуха. Кроме того, предлагается применить элемент с твоей «Нивы» — модуль озонирования. Пропуск воздуха через графитовую губку при высоковольтном напряжении создаёт стабильную концентрацию озона, что улучшает окисление топлива и увеличивает КПД двигателя.
Я усмехнулся:
— Ты даже про эту штуку помнишь…
— Архивы не стираются. Система доказала эффективность. Дополнительное предложение: заменить штатные амортизаторы на регулируемые — с возможностью адаптации жёсткости и высоты клиренса в реальном времени. Модель — электронноуправляемая, на основе протокола CAN. Возможна синхронизация с нейроинтерфейсом водителя.
— Красиво, — кивнул я. — А теперь главное: где это всё взять?
— Варианты медик-инженер второго ранга:
Первый: автоматизированный склад в штате Флорида, побережье. Удалённость — 760 километров. Имеется вся линейка красок и компонентов, включая растворители, полимеры и грунты.
Второй: разборка на территории старой базы ВМС США в Пуэрто-Рико. Частично заброшена. По спутниковым данным — доступ к покрышкам, обода и некоторым другим комплектующим есть.
Третий: передвижной рынок в Гаити. Возможно получить нужное через частных дилеров, но потребуется живое участие.
Я потянулся, зевнул:
— Понятно… Утром всё обсудим с генералом. Пока отбой, Друг.
— Принято. Перехожу в режим пассивного мониторинга. Приятных снов, Кир.
Я выключил свет и провалился в сон, в котором графитовая губка под напряжением плавала в озоновом облаке над Карибским морем.
* * *Запах сварки, кофе и слегка пригоревшего сахара вперемешку с влажной свежестью утра наполнял пространство мастерской. Солнце било через практически треугольные окна под коньком крыши, выхватывая из полумрака очертания полусобранной машины, сверкающие детали и дремлющих дронов, притворяющихся бесполезной рухлядью.
На ящике уютно расположились две кружки. Пар от кофе, мелкие пузырьки пены на поверхности. Генерал потянулся, вздохнул, уселся поудобнее и посмотрел на меня поверх обода чашки.
— Ну, выкладывай, Костя. Кто из вас с «Другом» в этом дуэте — механик, а кто фантаст?
— У нас ролями можно меняться. Но пока фантаст он.
Я щёлкнул пару раз пальцами — и в углу ожил проекционный модуль. На полу появилась виртуальная схема: слои краски, крепления, подвеска, воздушная система… Вся машина как на рентгене.
— Во-первых, без фирменной грунтовки и краски нам не выйти на нужный уровень маскировки. Слои старого лака при нагреве начинают «фонить» в инфракрасном диапазоне. Во-вторых — резина. Та, что сейчас, не выдержит перегрузок при активной подвеске.
— А подвеска у нас теперь… — генерал щёлкнул пальцем по ободу кружки.
— Почти. Электронное регулирование жёсткости амортизаторов, изменение клиренса в движении, автоматическая стабилизация в поворотах. И всё это — из дешёвых реле и узлов от американских внедорожников 70-х. Но нужен донор.
— Где брать?
— Вот тут самое интересное. «Друг» предлагает вариант.
Я подал команду, и над нашей головой возник снимок с орбиты — огромная свалка автохлама где-то на юго-востоке Техаса. Второй — окраина Тампы. Третий — побережье недалеко от Майами.
— На всех этих точках есть редкие запчасти, заводские баллоны с краской, нужная резина. Можно либо сделать рейд на атмосфернике с ремботами, либо организовать «полевую покупку» с живым участником.
— Полевую?
— Да, через подставной адрес на одного из наших «выпавших» агентов. Есть такие в базе. Адрес доставки — частная мастерская во Флориде. Дальше груз снимается в пути, меняется маршрут — и аккуратно попадает на Кубу. Или на Гаити, там проще.
Генерал отпил кофе. Невольно поморщился — он остыл.
— А что по топливной системе?
— Вот тут начинается почти магия.
Я указал на виртуальный блок двигателя.
— Вместо штатных карбюраторов — схема Тома Огла. С минимальной переработкой и без фанатизма. А ещё — обработка входящего воздуха через графитовую пену под высоковольтным полем. На выходе — озон. Он окисляет бензин более глубоко что приводит к более полному сгоранию топдива. Ожидаемая экономия — до трех литров бензина при объеме ДВС 5,8 литра, тягa — плюс четверть от штатных нанометров.
— Это как твоя «Нива» тогда работала? Когда ты ещё в Минске к ней свою приспособу приладил?
— Именно. Только тут — всё будет точнее и лучше.
Генерал молча посмотрел на машину. Потом на меня.
— У вас с «Другом» получится. А если не получится — то поставишь назад штатные карбюраторы.
Мы рассмеялись. День начался правильно.
* * *Генерал допивал кофе. В проекционной схеме «Друга» замерли трёхмерные изображения автомобиля, словно ждали команды на запуск. Уголёк в пепельнице догорел, и запах кофе смешался с еле уловимым ароматом металла и машинного масла.
Измайлов поднялся с кресла, прошёлся вдоль кузова, присмотрелся к виртуальной проекции амортизаторов и вдруг сказал негромко:
— Знаешь, Костя… Чего ты на Гаити заришься?
Я удивлённо вскинул бровь.
— А куда же тогда? Мексика? Ямайка?
Он хмыкнул, качая головой:
— В Белиз. Всё, что ты перечислил — и грунтовку, и краску, и даже редкую резину для колес — можно доставить туда, на склад одного старого знакомого… Он не откажет, и заодно…
Он сделал паузу, посмотрел на меня в упор:
— … заодно оформим тебе белизский паспорт. Настоящий. Не липу, а реальный, проведенный по всем учетам, с архивной историей для открытия счетов в банках Швейцарии.
Я присвистнул:
— А вот это уже сильно. А фото на паспорт будем делать в кепке «FBI» или в панаме «зеленых беретов»?
— Можно, главное — чтобы штамп стоял. А ты мне за компанию понадобишься — как специалист по взаимодействию с «логистическим партнёром». Там у него как раз склад по автозапчастям — проверенный.
— А оплачивать будем «нашими» долларами?
Генерал усмехнулся:
— Конечно, возьмём с собой блок перепечатанных долларов, свеженьких, хлопковых и с табачным запахом. Половину как предоплату, остальное — после приёмки товара. Они там всё наличку любят, и не задают лишних вопросов.
Я немного помолчал, прислушиваясь к тишине мастерской, к позывному фоновому гудению дронов, и к далёкому «ж-ж-ж» мотылька, врезавшегося в лампу.
— Ты серьёзно, Филипп Иваныч?