Предречение (СИ)

Корнелио обошёл поляну по кругу, но не нашел никаких зацепок. Все это подтверждало теорию епископа, что преследуемая ведьма – маг. Про подобные заклинания у местных колдунов охотник не слышал. «Должно быть хоть что-то. С трудом вериться, что ведьма контролирует барьер на таком расстоянии».
Когда Корнелио обходил поляну во второй раз, он заметил странный знак, нарисованный кровью на одном из деревьев. «Что-то демоническое», – охотник силился припомнить знаки с занятий по основам демонологии. Ему не удалось.
  
Корнелио быстрым ударом меча перечеркнул линии. Следопыт попытался пройти, но вновь столкнулся с невидимой стеной.
Корнелио прошептал молитвы и приложил к знаку медальон, но результат оказался тем же. Тогда он процарапал на коре поверх знака молнию и громко повторил молитву на рассеяние магии, которой научил людей сам Экхалор.
Очередная попытка следопыта и его людей пройти сквозь барьер оказалась напрасной. Корнелио подошёл вплотную к невидимой стене. – Может знак просто отвлекает от основного источника магической стены? – спросил следопыт.
– А может, барьер исчезнет только со смертью ведьмы, – пробормотал Корнелио. – Нет, я чувствую, все связано с этим знаком, – Корнелио вернулся к дереву, после чего осторожно срезал магический знак вместе с корой. С помощью огнива охотник развел костер и кинул кору с магическим знаком в костер. Огонь резко зашипел, в стороны полетели тучи искр, после чего языки костра сменились кроваво-красными столбиками пламени, а стены невидимого прежде барьера окрасились в ярко-желтый цвет. А через несколько секунд, вспыхнув золотым сиянием, растворились.
– Спасибо, охотник, – подошел следопыт. – Мы твои должники.
– Вы должны уйти, – охотник хмурился, затаптывая костер.
– Не дури, тебе может понадобиться помощь. Ты же видишь, насколько она сильна, я и мои люди могли бы тебе помочь.
– У вас нет необходимого опыта. И вы попытаетесь оставить ведьму живой.
– Подумай, охотник, у тебя есть приказ, у нас тоже. Мы не можем его нарушить, как и ты. Давай сделаем так: кто первый скрутит колдунью, тот и решит, что с ней делать. По рукам? – следопыт протянул Корнелио руку.
– Хорошо, – подумав, ответил Корнелио и ответил рукопожатием. Вы пойдете за мной.
– Вот и договорились, – улыбнулся следопыт. – Я Фабио.
– Корнелио, – нехотя представился охотник.
– Надеюсь, мы сможем помочь друг другу, – следопыт снова расплылся в улыбке. «Какой неприятный тип. Давно не видел таких неестественных улыбок, что у него на уме? Что поделаешь, выбрать других союзников сейчас нет возможности. Придется положиться на него».
– Вы знаете, где ее искать?
– Конечно, охотник, ты думаешь, я просто так Епископальный следопыт? У нас есть освященный епископом камень пути, – с этими словами он протянул Корнелио обычный булыжник, от которого исходило тепло.
Охотник осторожно принял его, но не почувствовал абсолютно ничего, кроме приятного тепла.
– Первый раз слышу о чем-то подобном. И как это работает?
– Он настроен так, чтобы только я мог им пользоваться.
– Зачем ты тогда мне его дал? – фыркнул Корнелио, возвращая камень – Держи, придется тебе, Фабио, идти вперед.
– Видишь, охотник. Мы нужны друг другу.
«Давай шагай, я буду пристально за тобой наблюдать. Как-то уж очень удобно этот камень настроен только на следопыта».
Шли они долго, до самого вечера, солнце уже садилось, окрасив все вокруг в кровавые тона, которые придавали мрачному лесу еще более угрожающий вид. Спина следопыта маячила перед Корнелио, он неизменно находил дорогу в любом буреломе, и охотник едва успевал делать зарубки на деревьях. Воздух стремительно холодел, а пальцы рук начали гореть, казалось, что Корнелио приближается к какому-то особому злу, не похожему на то, что он встречал ранее. Он встряхнул головой, отгоняя начинающий закрадываться в душу страх.
– Что это за ощущение? – Корнелио положил руку на плечо следопыта.
– Чувствуешь, охотник? Это очень древнее зло, с таким ты еще точно не сталкивался.
– Я видел достаточно, не волнуйся обо мне, – Корнелио, недовольный ответом, отпустил плечо следопыта и начал шептать про себя молитвы.
– Видел ты подобное или нет, охотник, разницы особой нет. Потому что мы уже близко, – бросил через плечо Фабио, ускоряя шаг.
И правда, стоило им сделать несколько шагов, они вышли на обширную просеку, сделанную неизвестными силами. Деревья просто исчезли вместе с корнями, в самом центре леса. Колдунья, за которой Корнелио охотился, сидела прямо посреди просеки, начертив кровью множество древних знаков. Это была женщина средних лет, в коричневой мантии, с копной немытых волос цвета пшеницы. Вокруг ее злодейства лежали тела убитых быков, а около единственного уцелевшего дерева была привязана обнаженная девушка.
– Видел подобное охотник? – усмехнулся Фабио.
– Нет… но слышал… – тихо ответил Корнелио медленно подходя к ведьме. – Это ритуал, который проводят с целью вызова демонов. Бычья кровь, пентаграмма, готовая жертва. Проблема не в этом, Фабио, – сказал Корнелио, оборачиваясь к нему, и вытаскивая меч из ножен. – Откуда, ты, знаешь об этом?
– Догадался, смотрите, – захохотала позади ведьма. – Разум следопыта был силен, но и его я сломила.
– Извини, охотник, – весело крикнул Фабио, – но твоя кровь тоже сгодится на пищу демонам, которых призывает повелительница.
Корнелио криво ухмыльнулся и с обнаженным мечом рванул в сторону колдуньи, но натолкнулся на невидимую стену, которая среагировала на удар, отбросив охотника назад. Он упал на спину, быстро перевернулся на руки, и застыл, чувствуя холод клинка у своей шеи.
– Не так быстро охотник, – засмеялся следопыт, – а то твоя кровь прольется раньше положенного.
– Сопротивляйся, Фабио! Следопытов учат противостоять воздействию на разум. Попытайся, мы должны остановить ведьму.
– Нет, охотник, – ведьма подошла, провела рукой по лицу охотника. – Он, как теперь и ты, полностью в моей власти.
Наемники Фабио обыскали Корнелио, забрали медальон и рюкзак. Все они тоже оказались подчинены. Один сунул руку в ворот рубахи и сорвал с шеи нательную молнию. Корнелио метнул взгляд на меч, который лежал в двух метрах от него. Но красноречивый взгляд наемника с луком, стоявшего неподалеку и холодный метал у шеи, убедили его не геройствовать.
Ведьма резким движением подняла его голову и начала пристально смотреть в глаза. Корнелио попытался зажмуриться, но не смог. На плечи ему легли руки наемников, не давая вырваться. Корнелио начал про себя читать молитвы, одну за другой. При этом каждое слово давалось ему с трудом, прорываясь через заслоны магии ведьмы. Сильно кружилась голова, глаза слезились, сильно кололо в висках. Шепот колдуньи врывался в голову сильнее с каждой минутой. Слова молитвы путались, Корнелио с трудом заметил, что начал подменять слова на совершенно непонятные выражения. Он напрягся, но чувствовал страшную слабость не только в разуме, но и во всем теле. Ему не раз приходилось сопротивляться ментальным атакам со стороны учителей в монастыре, но с такой силой Корнелио еще не сталкивался. Разум охотника провалился в липкий туман, а все тело начал бить озноб.
Корнелио чувствовал, что начинает сдаваться, но тут он неожиданно вспомнил о том, чего колдунья и ее слуги отобрать не могли. Его особую силу, которой он нередко отпугивал нечисть. Магический свет из его глаз. Корнелио ни разу не использовал его против людей, но сейчас у него не было других возможностей спасти свой разум и свою жизнь. Он собрал все свои силы и из глаз охотника прямо в глаза присевшей около него колдуньи ринулись яркие потоки серебряного света. Колдунья озлобленно вскочила, ударила охотника по лицу рукой с острыми ногтями. Резкая боль в щеке отрезвила Корнелио, туман из его головы ушел.
  
– Что, колдунья, – прохрипел он, – не получилось? – Он с трудом рассмеялся.
– Привязать к дереву. Он еще послужит нам, – прошипела ведьма. Наемники поволокли не чувствующего своего тела охотника к дереву, где была привязана девушка. Он мельком вгляделся в заплаканное лицо и провалился в темноту.