Предречение (СИ)
– Мантикора, – прошептала Тейлон.
– Это убежище, я уверен, – Йоан начал спуск. – Нужно найти вход.
Но среди обледенелых камней ничего не выделялось. Они обошли долину несколько раз, пока Джейм не заметил руну, похожую на те, что они видели в пещере. Отличалась она только тем, что не светилась и была похожа на червяка, который свернулся в кольцо.
– Такого я еще не видела, – сморщила лоб Тейлон. Она очистила от намерзшего льда камень по соседству и нашла новый знак: крест, сложенный из ромбов и заключенный в круг.
– Это переводится «ключ». – Тейлон нажала на руну рукой. –Думаю, лучше отойти.
Под камнями что-то заскрежетало, осколки льда и камня полетели в сторону экспедиторов. Они повернулись спинами и прикрыли уши. Скрежет стал просто невыносимым. С грохотом упал камень, в воздухе запахло грозой. Когда они повернулись, над упавшими камнями висела снежная дымка, а прямо в скале виднелась черная пасть входа.
– Кто первый? – Джейм облизнул обветренные губы.
– Это доля командира, – тяжело вздохнул Йоан.
Внутри висела густая мгла, скрывавшая все дальше вытянутой руки. – Факелы! – раздался крик Джейма. Бьор зажег огонь и передал факел командиру.
Экспедиторы двинулись дальше. В неровном свете факелов на темных стенах сверкали таинственные руны, вырубленные прямо в твердой толще скалы и заполненные зеленой краской.
Постепенно коридор начал уходить вниз, потолок стал выше, стены раздались вширь. Они шли уже по парам, затем по трое.
Йоан первым нарушил вековую тишину этого туннеля: – Не могу понять, зачем кому-то в столь холодном крае строить подобное? – Йоан подошел к огромной прямоугольной колонне со сложными и непонятными барельефами, изображающих мифических чудовищ. – С такими технологиями они не могли бояться горных племен, а значит, им ничто не мешало спуститься на равнину.
– Согласно рунам в пещере это убежище, – сказал Аристид, один из ведущих ученых проекта «Экспедиция». Командиру никогда не нравился его хриплый низкий голос.
– Я понимаю. Но от кого? – хмыкнул Йоан и погладил короткую бороду.
– Сложно сказать, нужно расшифровать руны, – Тейлон подошла к одной из колонн, – меня больше удивляет, как они смогли так искусно обработать этот гранит.
– Они прятались от чудовищ, которых повсюду малевали, – рассмеялся Джейм.
– Сомневаюсь, – Тейлон скинула капюшон куртки, – в мифах местных народов много легенд о чудовищах, сторожащих огромные сокровища.
– Значит, рисунки и барельефы – это предупреждение? – спросил Йоан.
– Возможно, сложно сказать без перевода.
– Сколько времени это займет?
– Не знаю. Много, – покачала головой Тейлон. Она села на пол, вывалив из сумки тетради.
– Времени нет, Йоан, – громко кашлянул Аристид, – мы должны найти артефакты как можно быстрее, а скульптурами чудовищ нас не запугать.
– Не думаю, что это для нас, скорее для живущих здесь племен. Однако рисковать мы не будем. Цивилизация, способная высечь подобные проходы сквозь крепчайший гранит, способна создать такие ловушки, которые и ученым нашего мира и не снились.
– От того, что мы прочтем закорючки, которые скажут: «Бойтесь глупцы. Здесь живет страшное чудище, гигантский мордоворот!», ничего не изменится, – рассмеялся Аристид. – Мы все равно пойдем вперед, независимо от успехов перевода.
– Он прав, командир, – пробасил хмурый Борей, – мы все равно должны исследовать эти руины.
– Ладно, – кивнул Йоан, – Тейлон, собирай свои записи, двигаемся дальше.
Одни огромные залы сменялись другими, на колоннах менялись сюжеты барельефов на все более устрашающие. Грозные монстры, легенды страшных сказок, смотрели на исследователей со стен, множество мрачных сюжетов было выгравировано на полу.
– Тут и без перевода понятно, – прошептал Йоан. – Все они обещают гибель незадачливым кладоискателям.
Часы Йоана говорили, что они блуждают по залам подземного убежища уже больше часа. Иногда им попадались странные находки: непонятные и неработающие механизмы. Мрачная тишина то и дело нарушалась глухими грохочущими звуками, идущими из-под земли, Йоану казалось, что колонны дрожат. Звуки становились громче, их частота нарастала с каждой минутой.
– Мне это нравится все меньше и меньше, – Йоан всмотрелся в изображение, где мантикора рвала человека на части.
Исследователи приблизились к гигантской двустворчатой двери, перекрытой семью мощными печатями со сложной вереницей рун на каждой. Пол под ногами исследователей уже не прекращал гудеть. Йоан подошел к двум величественным статуям у двери. Они, на удивление, изображали не легендарных монстров, а людей. Их черты лица неуловимо отличались от представителей современных горных племен, а на головах не было ни единого волоска. Вместо глаз тускло светились синие камни. Печати тоже поблескивали в сумраке зала красными линиями рун.
– Артефакт там, без сомнения, – Аристид подошел к статуям.
– Но почему я не хочу туда? – Йоан почувствовал пробежавший по спине холодок.
– Это все подземный гул и этот грохот. Мне не по себе, – даже всегда невозмутимый Борей выглядел взволнованно.
– Мастер дал приказ: принести артефакт любой ценой! – Аристид пристально смотрел на Йоана.
– Что может вызвать этот гул? – Йоан повернулся к членам своего отряда, стоявшего в нескольких метрах от двери.
– Сторожевая магия? – предположил маг Феолосий.
– Что за неуверенность в голосе, дипломированный маг? – Йоан не отрывал взгляда от Феолосия.
– Я ничего не ощущаю, на развертывание приборов понадобиться десять минут.
– Приступай, – кивнул Йоан. Маг и два его подручных скинули со спины рюкзаки и начали собирать магитрониум – самый точный прибор регистрации магии в мире. Командир подозвал к себе Тейлон.
– Что думаешь насчет рун? – Йоан кивнул на красные символы.
– Те, что на самой двери более или менее понятны, обозначают что-то вроде: «Это последнее предупреждение… поверни назад или, ммм, тут сложно точно сказать… преклонись, нет, пади ниц… перед могуществом короля сильнейших…» – Тейлон замолчала, подошла к двери и провела пальцем по руне, повторяя ее начертание.
– Сильнейших кого?
– Здесь составлена новая руна из нескольких элементов традиционных рун протоязыка горных племен.
– И что она может значить? – тихо спросил Йоан.
– Леоаллис, – с ярко-выраженным эндорийским акцентом произнесла Тейлон и пристально посмотрела на Йоана. Ему показалось, что её изумрудные глаза горят в темноте. Не дожидаясь нового вопроса, Тейлон продолжила: – Это слово вбирает в себя значение трех или четырех других рун и, дословно, значит: «крылатых. Получается, «перед могуществом короля сильнейших крылатых». – Приблизительно.
– А что насчет рун на печатях? – Йоан кивком указал на дверь.
– Не знаю. Те, кто выгравировал эти руны, не стремились сделать их понятными для местных племен. Они чрезвычайно сложны и самобытны.
– Никаких зацепок насчет того, как их открыть?
– Боюсь, что нет.
– Жаль, – покачал головой Йоан. – Феолосий, что показывает магитрониум?
– Магия есть, командир, но с таким я не сталкивался. Ученым Возрождения и магам Атенея не встречалось подобное.
– Кхм, а на что это похоже?
– Есть одна аналогия… Но не думаю, что здесь есть связь. Это защитная магия, она связана непосредственно с механизмом, запершим двери.
– Ну, если ты так считаешь… Сможешь открыть?
– Да, но потребуется время и помощь других магов. Мы попробуем изменить направленность чар, тогда печати разорвет от избытка магии. Это сломает механизм, двери можно будет открыть грубой силой.
– Приступайте.
Аристид начал громко спорить со своими помощниками, но Йоан решил не вникать в смысл их отрывистых фраз, наполненных терминологией магов. Он вновь подошел к двери и начал всматриваться в печати. Странные руны больше напоминали пиктограммы. Ему даже показалось, что первые четыре печати напоминают всадников, вставших в разные позы.