Черноземье (СИ)

Думают, небось, что или ишак, или падишах сдохнут за это время.
Пока не поднимаю, а ведь когда-то подниму и кто тогда выживет? Чувствую я, что вокруг созданных мной на новом технологическом уровне мастерских и кузниц завязаны очень большие деньги из Ратуши и никто сам от них не откажется.
Конечно пришлось еще и Учителя прихватить с собой как постоянно присматривающего за мной от Ратуши и Гвардии.
Ну, ему я только рад, а вот совсем лишний в такой поездке Торк пусть отдохнет перед дальним походом в кругу своей семьи.
Выкатились через Речные ворота на повозке для четверых, еще двое нас провожают верхом с третьей лошадью в поводу.
Это на тот случай, когда мне захочется вздремнуть в пути и вольготно раскинуться на заднем сидении, обитом дорогой кожей, но на самом деле я внимательно рассматриваю дорогу и много домов вокруг нее, выросших за последние пять лет. Как вошли в пятнадцатилетний возраст первые родившиеся после Беды парни с девками, так начали отделяться и занимать еще свободную землю.
Отделять и размножаться, как положено и самим хочется постоянно. Детей малолетних просто очень много вместе с матерями видно, живут родители с земли и когда она своя, а налоги очень не высоки — хватает всем прокормиться.
Тем более, что по названию самой страны проблем с плодородностью здесь нет никаких.
Километров десять, то есть шестьдесят лиг по-местному, от города дома стоят сплошняком, один за другим на своих участках. Леса на всех выросло достаточно и он весь общий пока в эти еще патриархальные времена.
Потом дома постепенно редеют, но и дальше населения хватает, все дети и взрослые выбегают на дорогу посмотреть диковинную повозку, которая только качается на ухабах, а не подпрыгивает с грохотом.
Заметно, что в эту сторону дорога явно стала еще более разбитой, город тратится только на поддержание дороги к рудникам.
Перед обедом пересекли по мосту Протву, немного пообщавшись с нарядом гвардейцев. Я отметил для себя совсем молодой возраст и заметно невысокую обученность местных военных. Видно, что у города не хватает настоящих воинов нести службу на всех постах. И тут, пока в относительном тылу, выставляют на охрану одну сплошную молодежь.
В трактире перекусили тем, что у Сохатого имелось в наличии, оставили там Трона и одного охранника.
Сохатый так уморительно моргал глазами и делал жалобной свою широкую морду при взгляде в мою сторону, что я не выдержал и при всех простил его долг. Понятное дело, что он на радостях закупился на все золото, но я уехал, а прижимистые крестьяне тут же перестали кушать и выпивать в трактире.
— Ладно, хозяин. Этот обед, номер для моих людей на пару дней и обед потом — и мы в расчете! Живи и дыши полной грудью!
Неприкрытая радость, сверкнувшая на роже Сохатого, посмешила всех моих спутников.
Я с Ятошем, вторым парнем и Учителем двинулись к заброшенной стоянке. По дороге я продолжаю проверять ветви деревьев перед собой, специально шагая впереди всех. Нагорья, конечно, очень сильно заросли лесом за это время, пропали знакомые стежки-дорожки, хорошо что можно легко по светилу ориентироваться. Ну как здесь умеют все местные жители.
Пришли к стоянке уже в полной ночи, последний час я подсвечиваю дорогу камнем-светильником, постоянно радуясь про себя возможности больше не скрывать свою магию. Не скрывать и выдавать ее к общей пользе, упрощая себе и своим спутникам жизнь.
Там и заночевали в уже развалившихся шалашах и под чистым небом.
— Скоро эти места вернутся к жизни, Ятош, — сказал рано утром я, быстро глотая кашу, сваренную особенно вкусно старым Охотником. — Как только добьем Магов, так сразу Охотники вернутся сюда. Бараны уже слишком расплодились в горах.
— Кулеш я заберу с собой. Ты уж свари еще котелок, старина, — я быстро переваливаю остатки кулеша в подходящую глубокую миску.
Взял с собой на всякий случай весь комплект посуды для комфортного проживания в Храме. Давно пора было это сделать, но сейчас хоть есть кому нести за меня весь груз.
Ятош довольно кивает, возвращение к давно уже желаемой в мыслях привычной жизни радует его несказанно. Заодно займется обучением молодого охранника умению ходить и ориентироваться в лесу. Ну и место для нормальной жизни подготовят.
 
— За мной не ходить, прийду завтра к вечеру или днем, — сказал я всем перед сном и ушел наверх с первыми лучами Ариала.
Четыре часа вверх, засеченные по давно спрятанным в поясе часам, и я стою перед Храмом.
Сбросил мешки, метка на привычном месте, потом подошел к краю, чтобы проверить в бинокль площадку внизу. Нет ли желающих проследить за ушедшим куда-то в горы Магом. Впрочем я и с нижней площадки занимался таким же наблюдением, там совсем далеко видно, но кроме двух небольших стад баранов никого не рассмотрел.
Обязательно город захочет узнать про такое место, куда я время от времени ухожу. Пошлет тех же гильдейских меня проследить. Хорошо, что новая ступень магического потенциала сделала границы моего умения, чтобы определять сознание разумных личностей и крупных животных, еще шире.
Если хорошо сконцентрироваться, то уже примерно с километр расстояния я ясно различаю чье-то присутствие, как сейчас проверил своих спутников на стоянке. Ухожу все дальше и кидаю поиск с использованием маны, так и определил примерные границы со своим новым уровнем.
Теперь примерно на таком расстоянии подобное ощущаю и уже не дам проследить себя совсем внезапно на камнях Сиреневых гор. А еще лучше оставлять за собой заслон из опытных и преданных наемников, как сделал сейчас.
Пусть они тащат на себе тяжелый груз, а я стану отслеживать слишком любознательных товарищей.
Да и Ятош точно не позволит нарушать уединение его спасителя, уж у него никто не останется незамеченным. Я его попросил пройтись вдоль стоянки в обе стороны подальше, чтобы проверить следы. Не людей в основном поискать, а следы пребывания Кортов. Уж он-то всех обнаружит, в любом случае других опытных профессионалов у меня больше нет.
— Хитрый зверь, — подумав, только и сказал Охотник.
— Да, и еще их сильно на меня тянет, есть какая-то закладка на магию у них. Если рядом окажется, то точно сюда придет, — предупредил я его. — Ну, не мне тебя учить.
В Храме все по-прежнему, лежит в углу оружие. Я сразу поставил греться на Стол чайник, выложил Палантиры и, немного подумав, поставил к входу американскую винтовку.
Все же боевое оружие и стреляет прицельно подальше нашего охотничьего Тигра, еще по весу легче немного, а главное, что в магазине намного побольше патронов. Целых тридцать против всего десяти. Надеюсь, что отстреляю все шесть магазинов без проблем и положенной чистки, оригинальных принадлежностей для ухода за винтовкой при себе не имею, а сама винтовка не очень хорошо обслуживалась в грузинской пограничной службе.
В принципе можно и не выбрасывать ее потом, оставить лежать в Храме. Мало ли еще буду проходить через современную Грузию и раздобуду подходящие патроны привычным способом, дело это такое вполне возможное.
Да и прицел тут стоит профессиональный, четыре сотни метров вполне потяну по дальности.
Пока Палантиры заряжаются, проверился на стене, ничего у меня не потребовало срочно поспать на Столе, поэтому прогулялся пока к осыпям, где остались лежать Охотники. Положил небольшой букет из собранных по дороге горных цветов примерно на это место, помолился, постоял десять минут молча.
— Да, что свершилось — то свершилось. Не вышло у меня убрать опасность с Севера полностью, как я тогда собирался. Вмешался обычный человеческий фактор. Желание начальства Гвардии и города все успехи приписать себе, понятное раздражение и обида за такое отношение у меня, особенно при потрясающих успехах в борьбе с Магами — все это увело меня в сторону от цели. Знал бы, как оно все пойдет, сколько погибнет гвардейцев и стражников потом, точно поступил бы по-другому. Добил бы всех Магов, а Палантиры у Роковой горы никуда бы от меня не делись.