Симбиоз. Моя чужая победа (СИ)
С этими словами я опустила руку на специальную панель, заставляя системы станции вновь ожить. Теперь Кайл тоже мог пользоваться терминалом.
Он кивнул и нажал несколько клавиш. В тот же момент на огромном экране появилось холодное уверенное лицо Штрауда. Запись пошла в эфир, и голос террориста зазвучал отчетливо, заполняя пространство вокруг нас:
— Я повторяю свои требования. Федерация должна немедленно уничтожить «Поддержание» или передать его под контроль независимой Коалиции хаарс. Любое промедление повлечет необратимые последствия не только для заложников, но и для оставшихся власть имущих на планете. Я готов активировать оружие и лично уничтожить всех, кто поддерживает корпорацию. Наводка будет осуществлена по коммам. Спрятаться не выйдет. Сделайте правильный выбор.
Я открыла второй — защищенный — канал и ввела коды, которые запомнила, когда их использовал Макс. На экране возникло напряженное лицо Анны. Она явно ждала нашего выхода на связь.
— Мара! Что у вас происходит?
Я начала говорить быстро, четко, без лишних слов и формальностей, краем глаза следя за таймером основной трансляции:
— Анна, слушай. Штрауд ликвидирован, заложники эвакуированы. Федерация этого не знает. Мы сейчас ведем трансляцию от его имени, и, надеюсь, они верят, что он жив и все еще опасен. У вас с Советом совсем немного времени, пока заложников не доставили на Землю, а наш блеф не раскрыли. Вы должны организовать операцию по захвату «Поддержания». Времени больше не будет, приступайте прямо сейчас.
Анна поняла все без лишних вопросов:
— Ясно. Передам Совету немедленно. Операция начнется сразу после окончания трансляции. Я пришлю за вами хаарс, как только смогу. Станцию оставлять пока нельзя. Вы сможете продержаться?
— Продержимся, — ответила я, контролируя свой голос. — Сколько потребуется.
— Поняла, — сказала Анна и отключилась.
В этот момент изображение Штрауда на главном экране погасло, трансляция завершилась, и в зале снова повисла густая неприятная тишина.
Кайл обернулся ко мне:
— Теперь все зависит от Анны и Совета — и от того, как долго Федерация будет верить, что Штрауд еще жив.
Я хотела ответить, но тут что-то мелькнуло на краю зрения. Кайл вскрикнул и отшатнулся назад, схватившись за предплечье. На его куртке тут же расплылось темно-красное пятно.
Схватив его оружие, я повернулась к двери и направила ствол перед собой.
На пороге, тяжело дыша, стоял Макс, о котором мы все забыли. Лицо его было бледным, широко раскрытые глаза блестели от безумия и страха. Пальцы судорожно сжимали старомодный пистолет, который он неизвестно где тут взял.
— Вы не сделаете этого! — выкрикнул он дрожащим голосом. — Я не позволю вам уничтожить проект «Поддержания». Мой единственный шанс получить «серую кровь»! Мне обещали, что я буду жить! Я не позволю вам его отнять!
Кайл шагнул вперед, сцепив зубы от боли и сдерживая ярость:
— Макс, опусти оружие. Ты зашел слишком далеко.
Но тот не слушал. Взгляд метался между нами, Макс почти не контролировал себя. Весь его вид говорил о том, что он не собирается отступать, даже если цена — жизнь любого из нас.
— Вы не понимаете, — почти всхлипывая, проговорил он, хватаясь рукой за дверной косяк, чтобы не упасть. — Я не могу просто уйти! Я не собираюсь умирать! Мне нужен симбионт или «серая кровь». Это единственное, что может спасти меня. Без них мне конец! А вы… вы так трясетесь над своими симбионтами! Нет-нет. Никакого уничтожения проекта сейчас не будет!
Он снова тяжело закашлялся, согнувшись и с трудом оставаясь на ногах. Его руки ходили ходуном.
Я сильнее сжала оружие, понимая, что любая ошибка сейчас будет стоить нам слишком дорого. Макс дошел до точки, из которой не было возврата, и это делало его непредсказуемым, смертельно опасным противником.
Глава 62
Макс тяжело дышал, с трудом удерживая оружие направленным на нас. Руки его тряслись больше с каждой секундой, а взгляд метался между мной и Кайлом, полный отчаяния и бессильной ярости. Он словно балансировал на краю безумия, готовый сорваться в любую секунду.
Зал управления освещали тусклые аварийные лампы, отбрасывающие причудливые тени на стены и пол. В воздухе до сих пор висел едкий запах горелого пластика, а пол был усеян мелкими осколками одного из пультов.
Я стояла напротив Макса, ощущая, как напрягается каждый мускул в теле, готовясь к неизбежному броску. Кайл был рядом, его лицо заметно побледнело, второй рукой он крепко зажимал рану на предплечье. Но его взгляд не отрывался от Макса, наполненный смесью тревоги и сожаления.
— Макс, остановись, — произнес Кайл, стараясь не спровоцировать новый всплеск агрессии. — Ты сейчас делаешь только хуже. Это ни к чему не приведет.
— Для вас уже не будет хуже! — выкрикнул Макс. — Ты все время лгал мне! Ты обещал мне здоровье, обещал «серую кровь» и нормальную жизнь! А сам всегда знал, что твой приказ — уничтожить тут все! Чтобы точно не нашлось способа дать симбионта взрослому человеку!
Кайл глубоко вздохнул, стараясь подавить очередной приступ боли, и посмотрел на Макса с виной во взгляде:
— Я действительно хотел тебе помочь, Макс. Я надеялся, что получится иначе…
— Хватит врать! — перебил его Макс с истерическим визгом, яростно качнув оружием в сторону Кайла. — Ты с самого начала знал, что ни Федерация, ни Коалиция не помогут мне, разве не так? Твоей миссией всегда было одно — уничтожить все, что мне так необходимо! Ты просто использовал меня, чтобы достичь своей цели!
Его голос сорвался в высокий надломленный вопль, а затем перешел в горький мучительный смех, полный отчаяния и боли. Меня передернуло от этого звука — перед нами стоял человек, у которого не осталось ни надежды, ни страха.
Кайл осторожно подался вперед, протягивая здоровую руку:
— Макс, успокойся, мы…
— Не подходи! — выкрикнул Макс, вновь вскинув оружие и направив его в грудь Кайлу. В его глазах больше не было ничего, кроме исступленной ненависти. — Это уже бесполезно! Пока вы тут болтали с Анной и изображали героев, я воспользовался твоим доступом, Мара! Надо же быть такой дурой, чтобы разом включить все системы, а? Я активировал боевой режим станции! Вы думали, я ничего не понимаю в ваших системах? Ты сама дала мне доступ своей кровью! Теперь Пятая уничтожит Коалицию, если я не получу то, что мне обещали!
Кайл застыл на месте, словно окаменев, а затем перевел взгляд на меня. По моему телу прокатилась волна ледяного ужаса, когда я осознала, что Макс говорит правду. Я действительно активировала системы во время связи с Анной, и он мог незаметно воспользоваться ситуацией.
Наплевав на осторожность и реакцию Макса, я вполоборота повернулась к главной панели. Не сразу, но нашла, что искала. Боевой режим был включен, цели зафиксированы.
Макс продолжал безостановочно говорить, сверля взглядом Кайла, полностью погруженный в лихорадочный монолог:
— Ты думал, я позволю тебе лишить меня последнего шанса? Я не собираюсь умирать один! Без симбионта или «серой крови» я обречен, но если мне не достанется жизнь, то не достанется и вам! Я уничтожу вашу Коалицию и все ваши жалкие надежды!
Его шатало все сильнее, он стремительно утрачивал связь с реальностью, и я поняла, что другого шанса не будет. Пока Макс продолжал надрываться, глядя исключительно на Кайла, я максимально аккуратно сделала шаг, обходя его с фланга.
— Вы разрушили мою жизнь! Теперь я разрушу вашу! — кричал Макс, не замечая, как я приближаюсь к нему.
Я не хотела убивать его. И не только из жалости. Он должен был исправить то, что натворил.
Задержав дыхание, я бросилась вперед и ударила Макса по запястью. Пистолет выскользнул из ослабевших пальцев, со звоном упал на пол и отскочил в дальний угол зала. Макс вскрикнул и попытался схватить меня за плечо, но Кайл оказался рядом. Превозмогая боль, он одним уверенным движением повалил Макса на пол и заломил ему руки за спину.