"Фантастика 2025-161". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
Олеся выдернула Кирилла из-под воды. Он тут же, не разбирая, намертво вцепился в девушку. Каким-то образом они успели оказаться на глубине – Олеся тут уже не стояла, а плыла, одной рукой придерживая Кирилла. Что-то говорила. Кирилл судорожно хватал ртом воздух и не слышал. Олеся раздраженно повторила, принялась разжимать пальцы, которыми Кирилл так удачно во что-то вцепился. Он не поддавался, кулаки стиснул намертво. И опомнился, только нащупав ногами дно.
В свете горящего у воды фонаря разглядел сердитое Олесино лицо. И расслышал, что она говорит.
– Отпусти! – требовала адаптка. – Ты мне купальник порвал!
Кирилл, не очень понимая, что делает, разжал сомкнутые пальцы.
Порванные лямки упали в воду. И стало отчетливо видно, что фигура у Олеси вовсе не плоская. Кирилл увидел это прежде, чем девушка успела подхватить купальник.
– Дурак! – сердито бросила Олеся. – Плыл же! Все нормально было, чего ты пересрался?
– Я… – Видение обнаженной груди все еще стояло перед глазами. – Я… Не знаю… Прости…
– Вали на берег. – Олеся придерживала лямки, озабоченно их рассматривая. Больше, кажется, переживала за испорченный купальник, чем за то, в каком виде оказалась перед Кириллом. – Там полотенце лежит, вытирайся и дуй к костру.
– А ты?
– Я потом! Еще не хватало, голой тут прыгать.
– Прости…
Кирилл выбрался из воды и без особого удивления увидел Рэда. Командир обладал потрясающим свойством появляться именно там, где его ждали меньше всего.
– Че орем? – безмятежно поинтересовался он. – Тонем?
– Уже нет, – проворчала Олеся. – Отвернись, у меня купальник порван.
Рэд присвистнул, отворачиваясь. Ехидно заметил:
– А пацанчик-то наш – окреп! Три недели назад листочков в сортир нарвать не мог, а теперь с девчонок купальники сдирает.
– Он молодец, – сказала Олеся. Судя по звуку, вышла из воды. А Кирилл застыл на месте от услышанного. – Он метра четыре сам проплыл. А потом вдруг задергался – ни с того ни с сего. Но это бывает. И отжимаемся мы уже двенадцать раз.
– Круто, – сказал Рэд.
Кирилл с вызовом обернулся, уверенный, что командир насмехается. Но тот казался серьезным.
– Оделся? Пошли. Отпускаешь, Олесь?
– Валите, – буркнула Олеся.
Она вернулась к своему обычному спокойно-равнодушному тону. И Кирилл так и не понял, сердится ли все еще из-за купальника, или уже нет.
А после ужина случилось небывалое – Кирилл не смог заснуть. Обычно падал, по выражению Джека, как дохлый, и засыпал, едва успев раздеться. А сегодня – не мог. Закрывал глаза – перед ними вставала обнаженная Олеся. Или стонущая в объятиях Рэда Марина. Или обе они сливались в нечто томительное, зовущее, желанное…
Кирилл попытался, как учили, разобраться в ощущениях. Собрался, сконцентрировался, подумал как следует. И внезапно понял, что больше всего хочет сейчас оказаться на месте Рэда – тогда, в Вязниках. Хочет держать в руках девушку – Марину, Олесю, Лару – неважно кого, какую-то абстрактную девушку. Прильнуть губами к ее губам, а телом – к ее телу. А еще ему вдруг стали тесны трусы.
Взглянув на себя, Кирилл обомлел. Не сразу сообразил связать странную реакцию организма с навязчивыми видениями. Стало жарко. Кирилл вынырнул из спальника.
– Ты чего? – спросил Рэд.
Он, оказывается, не спал. А может, спал, но проснулся – не поймешь. Приподнялся на локте и пытливо смотрел.
Отмахиваться бесполезно, это Кирилл понял еще в начале похода. Краснея и с трудом подбирая слова, попытался рассказать. Рэд слушал недолго и невнимательно.
– Слышь, – лениво перебил он, – ты свои колеса, которые вы в Бункере жрете, когда крайний раз глотал?
Кирилл похолодел. Вспомнил, что последнюю пилюлю «антилава» – препарата, нормализующего гормональный фон, – принял еще дома, а с тех пор, задавленный трудностями походной жизни, – ни разу. Как, оказывается, мало времени нужно на то, чтобы в организме проснулись первобытные инстинкты! Что же дальше-то будет?
Рэд, цепко наблюдавший за ним, усмехнулся.
– Жри колеса, не забывай! А то ж, того гляди, в такое же зверье как мы превратишься. Потом тебя твои, стерильные, на порог-то не пустят. Чтоб не напоганил.
Кирилл вспыхнул.
«Человека определяет разум, а не инстинкты, – вот что следовало ответить Рэду. – Тому, кто властен над своим телом, химические барьеры не нужны!» Но к моменту, когда эта гордая фраза придумалась, отвечать было некому. Рэд заливисто храпел.
* * *К предстоящему переходу адапты готовились серьезно. Впереди поджидало печально известное шламовое болото – бывшее хранилище химических отходов. После того как все случилось, подпитываемое дождями и бурными ручьями хранилище разлилось широко. Вода со временем ушла, но там, где когда-то проходила дорога, остались километры ядовитого болота.
Чистую воду отряд вез с собой в резиновых мешках – в ближайшие двое суток пополнить запас будет негде. Лошадей обули в высокие, по самое брюхо, гамаши, чтобы не разъело ноги. Гамашами Кирилл заинтересовался, материал был незнакомый – разработки, по-видимому, велись без его участия – но рассмотреть изделия подробно «пассажиру» не позволили. Шлепнули по рукам и приказали не лезть, куда не просят. На морды лошадям Олеся натянула что-то вроде чехлов с прозрачными отверстиями для глаз и сменными респираторами у ноздрей. Собственные рты и носы адапты тоже закрыли респираторами. Поверх камуфляжа облачились в защитные комбинезоны.
Кириллу помогала Лара – при подготовке к миссии решено было снабдить его, вместо респираторов, баллоном со сжатым воздухом. Лара помогла закрепить у лица маску со шлангом и выдала защитные очки. ПНВ к очкам прилегал плохо.
– Можно это пока снять? – прогнусавил Кирилл. – Я почти ничего не вижу.
Лара покачала головой.
– Уже нельзя, к болоту подходим. Хочешь зрячим остаться – не снимай.
Кирилл покорно вздохнул. Постарался приладить прибор получше. И охнул – увидел вдалеке болото. Обычную воду ПНВ различал плохо, особенно ровную поверхность, без ряби. Вода, которая показалась впереди, сверкала всеми оттенками зеленого. Что она в себе несла, страшно было думать.
– Ты чего? – отозвался на вскрик Рэд.
Он сидел рядом с Кириллом в телеге и пристегивал к ботинкам что-то странное. Кирилл протянул командиру прибор. Рэд посмотрел. Присвистнул – но скорее с восхищением, чем с испугом:
– Ни фига себе! Это че?
– Химикаты. Хлор, фосфор, тяжелые металлы… Не знаю, что тут еще так фонит.
– Ясно, – сказал Рэд. Подумал. – Пока сиди. А потом, как глубина пойдет, я у тебя эту хреновину заберу.
Кирилл открыл было рот возразить – и закрыл. Его до колик пугала перспектива остаться слепым посреди ядовитого болота. Но Рэд был прав – ему, ведущему отряд, обозначенная «хреновина» пригодится гораздо больше, чем сидящему балластом Кириллу.
По плану бункерных теоретиков переход через шламовое озеро Кирилл должен был проделать в телеге. Но практика с теорией внезапно разошлась.
– Сталкер, – хмуро позвал Люк.
Здоровяк редко подавал голос, поэтому прислушались все.
– У?
– Бункерного, по ходу, сымать с телеги придется. И рюкзаки бы снять. Лошадям тяжело, и настил глубоко просядет. Я вижу.
Кажется, Люк умел определять на глаз вес и расстояние – примерно так же, как Олеся умела «чуять», Лара – лечить, а Джек – отвечать на вопрос раньше, чем успеешь его задать. Во всех особенностях членов отряда Кирилл пока не разобрался, но можно было не сомневаться, что Люк прав.
Рэд в задумчивости почесал капюшоном лоб. Пробормотал:
– Ну, рюкзаки – хрен с ними, разберем. А этот… Сможет на ходулях? – Вопрос был обращен к Олесе. Самого Кирилла не спрашивали.
Адаптка окинула его критическим взглядом.
– Равновесие нормально держит, и ноги маленько подкачал. Но тут шагать – почти девять километров, столько по-любому не пройдет.
Кирилл не успел заметить, в какой момент вокруг собрался весь отряд.