"Фантастика 2025-161". Компиляция. Книги 1-16 (СИ)
– Неужели Сергей Евгеньевич так сказал? – изумился Кирилл.
Представить себе бункерного главу, произносящего «ты, козлина» он категорически не мог. Рэд пожал плечами.
– Ну, может, не прямо так. Я-то не слыхал, мы тогда мелкие были. Это Герман рассказывал.
– А зачем же этот Толян к Бункеру приходил? Что значит – права качать?
– Ну чего этот урод хотеть может? – снова рассердился Рэд. – Чтобы все на него впахивали на халяву! Он своих-то, кто вокруг, давно к рукам прибрал. Про нас, до самой Пекши, Евгеньич договорился, чтобы не лез. А кто рядом с Владимиром, тем деваться некуда. Все под гадом сидят и не чирикают. Дошло?
– Более-менее, – пробормотал Кирилл. – Диктатура какая-то.
– Ну, – обрадовался умному слову Рэд. – Я че и говорю. А еще Толян детей очень хочет. И жить подольше – по этой теме, говорят, вовсе двинутый, потому как старый уже. Но только наши все сговорились, чтобы, если будет лекарство, ему не давать. А если дать, то на особых условиях. – Рэд, похоже, произносил не свои слова, поэтому говорил важно и со значением. – Чтобы дети, например, в Бункере воспитывались. Чтобы была возможность Толяна конт-ро-лировать. Потому что – это все Евгеньич втирал – если его не конт-ро-лировать, то все закончится то-таль-тарным режимом. Это значит, дети Толяновы вырастут и начнут нами помыкать, как хотят. Потому что с лекарством им уже Бункер станет на хер не нужен, – пояснил он. – Ну? Теперь дошло?
– Да, – кивнул Кирилл. С некоторым все же замешательством.
В отличие от Рэда, трудные слова вроде «контролировать» и «тоталитарный режим» он знал. А вот представить себе человека, который – в нынешних-то аномальных условиях! – жаждал бы подобного режима с собой во главе – не мог.
Ведь людей на земле осталось ничтожно мало! Единственный разумный вывод из этого – тот, что каждый должен стремиться помогать другому. И вот, оказывается, существует некий – судя по словам Рэда, очень странный – субъект, мечтающий о вселенском господстве… Кирилл, поразмыслив, решил, что командир несколько сгущает краски, но объявить это вслух не рискнул.
– Короче, так, – закончил Рэд. – Я скажу, что мы тебя в Казань везем, пробы брать. Это Евгеньич придумал. Обойти Владимир – хрен получится, главную дорогу Толян пасет. А по дальняку потащимся – предъяву кинет, с какого рожна товарами обделили? Обоз-то давно ждет, и злопамятный, гад – а нам тут ходить и ходить еще… В общем, если докопается, загни поумней чего-нибудь. Хотя, конечно, враль из тебя – как из говна торпеда.
* * *– Здорово, Сталкер.
Честно говоря, Кирилл испытал разочарование: зловещий диктатор, представлявшийся амбалом с квадратной челюстью, оказался самым обыкновенным дядькой. Лет около сорока, лысоватым и щуплым.
Необычным гостем владимирский глава явно заинтересовался. Однако спросил о нем у Рэда с выражением полного равнодушия, кивая на Кирилла, как на неодушевленный предмет:
– Это че с тобой?
– Пацанчик бункерный, – в том же тоне отозвался Рэд. – Евгеньич велел до Казани дотащить. Пробы там будет брать.
– Ишь ты. – Толян перевел острый взгляд на Кирилла. – А че за пробы?
– Здравствуйте. – Кирилл вежливо склонил голову. – Нужны образцы грунта, воды и воздуха.
Толян недоверчиво хмыкнул:
– А поближе – негде взять?
Этот вопрос Кирилл предвидел. К ответу подготовился.
– Пробы нужны для сравнительного анализа, – объяснил он. – Сергей Евгеньевич выдвинул гипотезу, что в Казани, в силу ее географического расположения, атмосферные изменения могут идти быстрее, чем в нашем регионе. На основании анализа можно будет сделать вывод, с какой скоростью они пойдут дальше.
Если бы Сергей Евгеньевич слышал, какой бред вынужден нести лучший его ученик, за голову бы схватился.
– А Сталкеру не доверяете? – ухмыльнулся Толян. – Не донесет землицу, на самогон сменяет?
– Тебе подарит, – радостно встрял в разговор Джек, – позабористей нароет, с навозом!
Толян грозно обернулся.
– Доверяем, – поспешно перебил Кирилл, – но, для чистоты эксперимента, спектральный и молекулярный анализы нужно провести прямо на месте. Рэд с этим не справится.
– Вон оно че… – Толян ощупывал лицо Кирилла цепким взглядом. Тот постарался придать ему серьезное, деловитое выражение. – Не справится, значит?
– Увы, – развел руками Кирилл. – Поэтому идти пришлось мне. Предстоящее исследование само по себе – непростое, оно займет не одну ночь – это во-первых. А во-вторых, результаты эксперимента нужно будет тщательно задокументировать, изучить…
– Слыхал, братан? – гоготнул, подталкивая Рэда, Джек. – Хреновый, говорят, из тебя изучальщик!
– Заткнись, – поморщился Толян. Он продолжал рассматривать Кирилла. – Надо же, какой дрищ… В чем душа-то держится? Он у вас не откинется по дороге?
– Без понятия, – проворчал Рэд. Если и испытал облегчение от того, что расспросы закончились, внешне это не отразилось. – Кого дали, того и веду. Откинется – его проблемы… Толян, хорош трещать, а? Либо пропускай, либо отпускай, мы на дневку встанем. Спать охота.
Разговор происходил в тесном помещении, куда отряд настоятельно попросили пройти крепкие молчаливые парни, неожиданно – для Кирилла, по крайней мере – выросшие из темноты на дороге.
– Ладно, днюйте, – разрешил Толян. – Я сегодня добрый. Понятия мои знаешь. Стволы сдать, оплата вперед… Соль есть?
– Мало. Сахар есть, порошок стиральный есть.
– Окей. Восемь кил сахара – и днюйте на здоровье.
– Охерел ты совсем? – возмутился Рэд. – За одну дневку – восемь кил тебе? А задница не слипнется?
– За свою переживай. Вас как раз восемь – вот с каждого по килу.
– Да щас, разбегись! Народ, поехали отсюда.
– Ладно, уболтал. Семь.
– Три, и плюс ты нам на два часа бойлер включишь!
– А кондиционер тебе не включить, с телевизором впридачу? Тоже, бля, нашел оллинклюзив… Шесть, плюс полкило за бойлер!
Торги продолжались. Толян набивал цену, Рэд порывался уехать, но адапты, видимо, наблюдали подобное не в первый раз. Они не спеша, по одному, подходили к парню, принимавшему оружие. Приемщик деловито ощупывал каждого, а его напарник убирал сдаваемое в громоздкий металлический шкаф – Кирилл вспомнил, что такие называются сейфами, от английского слова «хранить».
Сам он наблюдал за процедурой сдачи, и лицо вытягивалось все больше. До сих пор, оказывается, понятия не имел, сколько разнообразных предметов для убийства себе подобных изобрело человечество. И сколько этого добра ехало в одной с ним телеге – помимо того арсенала, что носили на себе адапты. Чего тут только не было.
Из кармана Джека обыскивающий извлек неожиданное – деревянную палочку с вертикальной щелью.
– Че, музыкант? Играть-то выучился? – Должно быть, видел палочку не в первый раз, и это стало излюбленной темой для шуток.
– А то!
Джек выхватил странный предмет. Дунув в него, издал невероятной мерзости звук – окружающие демонстративно скривились. Джек набрал побольше воздуха и дунул еще раз – звук получился другой, но от этого не менее противный.
Толян схватился за уши.
– Заткнись! Отберите эту хрень!
Джек поспешно сунул палочку в карман. А Толян про «музыканта», похоже, тут же забыл.
– Ты с кем это воевать собрался?
Закончив торги – сошлись, если Кирилл правильно расслышал, на четырех килограммах сахара против дневки с бойлером на час, – Толян заглянул в сейф. И присвистнул.
– Куда тебе столько? – Он неодобрительно осмотрел извлеченную из сейфа – у Кирилла отпала челюсть – средних размеров гранату.
По сдвинутым бровям Толяна стало ясно, что комментарии давать придется. Иначе гостям не поздоровится.
– Ну чего ты докопался, – простодушно бросил Рэд. – Как будто – мое добро, а я зажал и делиться не хочу! На продажу везем. Как обычно.
Толян нахмурился еще сильнее.
– Это кто ж вам столько отсыпал?
– Не поверишь! Пекшинские.
– Не поверю. Все знают, что у этих нищебродов – полножа на всю деревню, а уж гранат сроду не было… Где это они столько нарыли?