Адмирал космического флота (СИ)

— Так держать, господин старший прапорщик, — улыбнулся я. — Готовьтесь, скоро будет бой.
— Всегда готов, господин адмирал, — вытянулся смирно артиллерист.
В этом я нисколько не сомневался. Весь экипаж готов, до последнего оператора, дремлющего в закоулках машинного отделения.
Я прошёлся вдоль самого главного калибра, потрогал рукой обшивку ускорителя. Высотой она была чуть меньше моего роста, а некоторые даже могли ходить внутри, не пригибаясь, например, старший мичман Антонова.
  
В реакторную я не пошёл. Надевать скафандр ради посещения самой опасной зоны корабля мне банально не хотелось, поэтому я прошёлся по жилому отсеку, здороваясь с операторами и офицерами. Просто ради того, чтобы помаячить там и посветить лицом, чтобы люди не забывали о моём присутствии. Проверил рацион из общей раздачи, разнообразием он снова не блистал, припасы мало-помалу заканчивались, и нам нужно было где-нибудь их пополнить, но и до скудости уровня пластиковой каши «Гремящему» ещё далеко. Зампотыл делал своё дело без нареканий.
Люди, завидев меня, вытягивались смирно, бросали свои дела, кто-то даже шушукался за моей спиной и показывал пальцем, думая, что я не вижу. Я не слишком часто выбирался в народ, чаще передвигаясь от каюты до мостика и обратно, а теперь и вовсе безвылазно зависая в центре управления. Что творится на кораблях типа линкора я и представить боюсь. Но иногда такие выходы стоит проводить. Просто чтобы не забывать, как выглядит твоя команда за пределами того крохотного круга приближённых. Что экипаж состоит не только из помощников и заместителей.
Аккурат перед выходом из гиперпространства я вернулся в центр управления, на своё рабочее место. «Ньюфаундленд», скорее всего, уже покинул ТС-8080. Но готовым нужно быть ко всему.
  
Глава 11
 
Система ТС-8080 тоже считалась необитаемой. Тут не было ни полезных ископаемых, ни торговых маршрутов, ни каких-либо ещё причин строить орбитальную станцию. Да и звезда — самый обыкновенный красный карлик, не представляла никакого интереса ни для науки, ни для промышленности.
Однако мы вышли здесь в надежде догнать и уничтожить хотя бы один альянсовский корабль из всей эскадры, рассеявшейся по нашему приграничью. Как только мы покинули гипер, к нам снова полетели донесения от разведывательных кораблей. Обнаружен ещё один крейсер, «Гренландия». В двух системах от нашего местоположения, но менять цель и мчаться за другим кораблём не стоит, особенно если можно просто разделить наши силы.
За «Гренландией» отправились «Эгида» и «Стойкий», а мы с «Палладой» будем дальше преследовать «Ньюфаундленд». Возможно, именно этого госпожа Вебер и добивается, разделяя наши силы, распыляя по разным системам, но только так я видел возможность уничтожить хотя бы часть вражеских кораблей.
Систему быстренько просканировали всем, чем только можно, отыскивая возможные следы и подарки, которые мог оставить «Ньюфаундленд», но сенсоры ничего не нашли. Только ещё один распиленный лазерами ретранслятор. И оставленное разведывательным корветом сообщение, что цель ушла в ТС-8079. Ещё полтора часа полёта в гипере, если идти с той же скоростью.
А ретрансляторов становилось всё меньше и меньше, и связь с центральными регионами Империи становилась всё хуже. Приходилось вжаривать передатчики на максимум, чтобы получать и передавать хоть что-то, хотя бы краткие текстовые сводки. О видео и потоковых данных даже речи не шло.
Ещё немного, и мы вообще окажемся отрезаны от связи. Будем переговариваться только на обычной волновой связи, в пределах одной системы, с чудовищными задержками. Просто прелесть.
Естественно, новые ретрансляторы в срочном порядке извлекались со складов и запускались на место утраченных, но прежде, чем они доберутся туда, пройдёт немало времени, не один день. Да и пока Свободный Флот рыскает у нас на задворках, как у себя дома, толку от этого мало. Если быть точным, то его вообще нет.
«Эгида» и «Стойкий» нырнули в гиперпространство, нам с «Палладой» предстояло пройти через всю систему, прежде, чем сделать то же самое. Что делал «Кронос» за несколько десятков световых лет от нас, я понятия не имел, хотя чётко давал понять Ткачёву, что жду от него регулярных отчётов.
От некоторых корветов информация тоже перестала поступать. То ли они были слишком далеко, то ли попали в засаду и выбыли из строя, то ли просто им нечего пока было сказать, но даже в ответ на прямой наш запрос они отвечали молчанием.
Хотя если бы кто-то из них напоролся на врага, то нам сразу же дали бы знать об этом. Следуя инструкции и уставу. Так что, скорее всего, им просто не хватает мощности передатчиков.
«Гремящий» вновь ушёл в гипер, на корабле сменилась вахта. В этот раз я не стал покидать центра управления и провёл эти полтора часа, отмечая на карте достоверно известное местонахождение кораблей противника. А другим цветом я отмечал наиболее вероятное. С каждой новой посещённой системой картина становилась всё яснее, хотя ни «Либерти», ни «Индепенденс» пока обнаружить не удалось.
— Выходим из гиперпространства, — объявил старший лейтенант Андерсен, находящийся на мостике.
Я бы предпочёл, чтобы на его месте находился кто-нибудь более опытный. Всё-таки в системе, вероятнее всего, нам повстречается враг. Но и он, и все остальные были наготове.
Мы выскользнули в реальность ТС-8079, в сотне тысяч километров от «Паллады». Система представляла собой жёлтую солнцеподобную звезду, вокруг которой вращалось пять непригодных для жизни планет. Пара токсичных миров рядом со звездой, пояс астероидов за ними и три газовых гиганта. Орбитальной станции тут не было, она здесь просто не нужна, а вот ретранслятор был, и пока ещё целый. Но к нему уже подбирался «Ньюфаундленд».
— Всем, боевая тревога, — приказал я. — «Паллада», в атаку, «Гремящий» идёт следом.
Альянсовский крейсер нас пока не увидел, но скоро наверняка обнаружит.
Нам просто повезло, что ретранслятор находился далеко от точки выхода и лететь до него нужно было достаточно долгое время. А для уверенного поражения лазерами крейсер вынужден был подлететь поближе, потому что с расстоянием лазер неизбежно теряет силу.
И это дало нам время, чтобы его догнать.
А дистанция поражения из главного калибра куда больше, чем дистанция поражения лазером, так что нам даже не пришлось подлетать к «Ньюфаундленду» вплотную. «Паллада» набрала скорость, и как только вероятность попадания превысила пятьдесят процентов, дала залп.
«Гремящий» держался чуть позади, согласно приказу. Щиты «Ньюфаундленда» мигнули, рассеивая энергию выстрела, но не отключаясь совсем, крейсер начал разворачиваться в сторону новой угрозы. Что ж, преимущество внезапности мы потеряли, но перевес всё ещё на нашей стороне.
Залп «Гремящего» прошёл мимо, «Ньюфаундленд» тоже сделал торопливый выстрел и промахнулся. Мы спешно сокращали расстояние между кораблями, и я представил, какая паника сейчас царит на борту альянсовского крейсера. Хотя они, наверное, всё время были настороже, пробираясь по нашим тылам, ведь настигнуть их могли в любой момент. Нужно обладать определённой смелостью, хладнокровием и удачей, чтобы совершать такие рейды вглубь вражеского пространства.
— «Ньюфаундленду»! Говорит адмирал Мясников! — объявил я на всю систему. — Приказываю прекратить сопротивление! Немедленно отключите двигатели и вооружение!
Я даже не рассчитывал, что это сработает, но это попадёт в логи всех сражающихся кораблей. Покажет наши намерения.
Само собой, сопротивление они не прекратили. Наоборот, подключили орудия ПКО и всё остальное, поливая огнём «Палладу», щиты которой тут же начали вспыхивать от нагрузки.
  
— «Паллада», огонь по готовности, — приказал я. — «Гремящий», синхронизироваться с «Палладой».
Вдвоём мы точно расковыряем защиту этого крейсера.
Он включил движки, начал уходить, понимая, что не может ничего противопоставить нашему натиску. Мы начали преследование с тем самым охотничьим азартом, будто свора гончих, загоняющая лисицу.