Адмирал космического флота (СИ)

  
Адмирал космического флота
   
Глава 1
 
Кажется, я побил рекорд адмирала Ушакова, сделав самую быструю карьеру в космическом флоте. Я нацепил адмиральские эполеты, не дожив и до тридцати лет, что делало меня самым молодым в высшем военном командовании.
Ещё и отсутствие профильного образования ставило меня в не самое выгодное положение, академиев генерального штаба мы не кончали, так что знаний и умений мне остро не хватало. Управлять эсминцем — отлично, небольшой эскадрой — тяжело, но справлюсь. Для управления флотом… К сожалению, нет.
  
Так что теперь я спешно навёрстывал. Целыми днями читал и смотрел учебные материалы, усердно грызя заскорузлый гранит военной науки.
Особенно сильно я напирал на изучение опыта боёв с Альянсом. Мы их всегда бивали, это верно, и поэтому алики отчаянно жаждали реванша, и упустить такую шикарную возможность никак не могли.
Своим флагманом я, к удивлению многих, избрал не «Титана», сражавшегося на стороне совета, и не «Кроноса», присоединившегося к нам. Я остался на «Гремящем», который заправили на земле, подняли на орбиту Новой Москвы и снова заправили уже в космосе. Килограмм топлива внизу и наверху — это две большие разницы, и для подъёма на орбиту его требуется просто колоссальное количество. Именно поэтому строить корабли предпочитают сразу в космосе. А будь это не малый эсминец, а линкор или даже крейсер, подняться обратно он бы уже не сумел.
Корабль спешно переоборудовали под мои нынешние запросы и нужды, снова пристыковав его к новомосковской верфи, старшим там остался лейтенант Магомедов. Я же пока находился на поверхности планеты. Слишком много всего навалилось сразу со всех сторон.
Само собой, наземными делами всё больше занимались Елизавета и подполковник Игнатов, в политику и взаимоотношения аристократии я не лез, хотя вместе с адмиральскими эполетами я получил ещё и титул. Всего лишь барона, то есть, не владеющего системами и планетами аристократа, но всё же аристократа. Мои заслуги перед Империей были оценены в участок земли рядом со столицей (ужас как дорого и престижно), орден Гагарина и титул. Благо, титул — это просто звание и документ, орденов наша промышленность может наклепать сколько угодно, а поместий рядом со столицей освободилась целая прорва. Тех, что раньше принадлежали семьям опальных графов.
Но хотя бы внутри Империи ситуация приходила в норму, насколько это вообще возможно, когда эскадры Свободного Флота пересекают границы наших звёздных систем. Вернее, пока только одной системы. Дер Эквинум. Она ближе всех остальных находилась к Альянсу и и была из одной приоритетных целей. Сдать Дер Эквинум пришлось без боя, и теперь эскадры аликов летели дальше к нашим границам.
Войной это никто не называл. В официальных источниках, по крайней мере, потому что Альянс войну не объявлял. Её практически никто не объявлял. Это влечёт за собой целую кучу неприятных ограничений, так что все предпочитали проводить военные операции ограниченным контингентом или наносить точечные удары.
В любом случае, я теперь должен был ответить ударом на удар, оказать достойное сопротивление, хотя бы символическое. Елизавета прямо сказала мне, что не ждёт от меня чуда. Дер Эквинум потерян, ещё несколько пограничных систем тоже будут потеряны, и это приемлемо, но чтобы алики не попёрли дальше, придётся дать им по зубам. Иначе остановятся они только у самой столицы. Им палец в рот не клади.
— Я очень на тебя рассчитываю, Алексей, — произнесла Елизавета.
Мы снова могли побыть наедине, но это были уже не счастливые минуты совместного отдыха на борту корабля, это были сугубо рабочие моменты. Под глазами у Её Высочества красовались тёмные круги, вид у неё был усталый и измождённый. Я, скорее всего, выглядел так же, потому что спать нам удавалось едва ли по два-три часа в сутки. И это был даже не полноценный сон, а короткая дрёма на кушетке прямо в рабочем кабинете.
— Как будто в Империи мало адмиралов, — хмыкнул я.
— Такой — один, — она улыбнулась и нежно провела пальцами по моей небритой щеке.
Я вяло улыбнулся в ответ.
— Будут говорить теперь всякое… — буркнул я.
— Тебе же всегда было плевать, что там говорят, разве нет? — удивилась Елизавета. — Не узнаю вас, мой храбрый адмирал.
— Теперь не плевать. Теперь не только моё имя грязью вымажут, — возразил я. — Но и твоё.
— Пусть болтают, что хотят, — легкомысленно фыркнула она. — Подумаешь.
Я покачал головой. Слухи уже ползли, один другого фантастичнее. Не только среди флотских, но даже среди простого народа. Придётся мне стараться в тысячу раз сильнее, чтобы доказать, что я своё место получил не за красивые глаза и не за длину прибора.
— Сменим тему, не хочу об этом, — проворчал я. — Мне же подчиняться не будут. Молодой ещё. Всё равно что ко мне на «Гремящем» какой-нибудь мичман сопливый подойдёт на мостике и начнёт советы давать.
— Сообщишь мне, примем меры, — пожала плечами Елизавета.
— И как это будет выглядеть? — фыркнул я.
— И верно… Не подумала, — признала она. — Но ты же понимаешь, что назад уже не отыграть? Да и нет у меня доверенных адмиралов!
— Ушаков, — сказал я.
Старик всё-таки нашёлся. В застенках ИСБ, как я и боялся, и ему пришлось пережить немало неприятных минут на допросах, но он не сдался. Несмотря на возраст, боевого духа у него было ещё на зависть всем остальным. Он теперь отлеживался в императорской больнице, но ни о чём не жалел. Наоборот, скалил крепкие зубы в победной ухмылке.
— Он уже стар, ты что, — нахмурилась принцесса.
— Платонов, — предложил я.
Тот хоть и контр-адмирал, но справился бы и со всем флотом. Во всяком случае, умений и знаний у него хватало, в отличие от меня.
— Если мне понадобится кто-нибудь, чтобы расшибить альянсовцев лбом, я обязательно рассмотрю его кандидатуру, — скривилась Елизавета.
Уж чего, а упрямства Платонову было не занимать, но он хотя бы был честным человеком.
— Строгов, — пожал я плечами.
— В отставке по здоровью и оттуда не вернётся, — отрезала принцесса. — Пожалуй, хотя бы это регенты сделали правильно.
Я развёл руками, признавая своё поражение. Других кандидатов на пост главнокомандующего у меня не было, хотя в Империи наверняка хватало толковых людей. Поумнее меня.
— Видишь, больше нет никого, — мягко произнесла принцесса, прильнув ко мне. — У меня есть только ты. У меня. У Империи.
— Я… Боюсь, что не справлюсь, — вздохнул я.
Почему-то после того, как я это озвучил, мне стало чуть легче.
— Я понимаю, Лёша… Но ты справишься, — тихо сказала принцесса и едва коснулась моих губ своими губами. — Я верю в тебя.
Приятно, конечно, но у меня такой уверенности не было. Особенно в свете того, что лояльность всего остального флота была под вопросом. Нет, формально мы все присягали Виктору, и эта присяга продолжала действовать, но фактически флот был разделён на тех, кто дрался за регентов, и тех, кто дрался против них. Если бы не сложности с самозванцем на больничной койке, можно было бы посадить на престол Елизавету, уже официально, и никаких проблем не было бы.
Но сейчас всё находилось в подвешенном состоянии.
— Мне пора, — взглянув на часы, вздохнул я.
— Улетаешь? — спросила она.
— Да, — сказал я.
— Возвращайся. С победой, — прошептала Елизавета и подарила мне долгий поцелуй.
Правда, состояние у нас обоих было такое, что было не до нежностей и поцелуев, не говоря уже о чём-то большем. Но даже эта минутка наедине была для меня ценной наградой.
  
Расставаться не хотелось, но долг звал нас обоих. У меня — свой, у неё — свой, ничуть не менее важный. Пожалуй, Елизавету ждут куда более сложные испытания, чем меня, у меня всё просто. Пришёл, увидел, победил, а ей придётся вариться в этом болоте аристократических интриг и бесконечных заговоров.
У неё, конечно, в Новой Москве есть друзья и союзники, да и подполковник Игнатов, теперь вынужденно возглавивший всю имперскую безопасность, непременно встанет на её защиту, но мне всё равно было тревожно.