Любовь и пряный латте

Я отрываю два билета, и она отдает мне два доллара, которые я передаю Куперу, потому что касса у него. Когда женщина, забрав билеты, уходит, я кладу их номера в два крутящихся автомата, перед которыми стоят корзинки с заветными призами: в одной лежат проходки на различные мероприятия в Брэмбл-Фолс, в том числе на футбольный матч, который будет через пару недель, на киноночь ужастиков в октябре, на местную постановку мюзикла «Злая» в ноябре и на Снежный бал в декабре, а вторая доверху заполнена различными угощениями из «Кофейной кошки». Я еще не пробовала тамошние пирожки, но от одного взгляда на них у меня текут слюнки.
  
– Мне необходимо зарядиться осенним латте, – говорю я, вспомнив, что так и не позавтракала нормально. – Ты не посидишь тут один несколько минут?
– Ладно, – говорит Купер и поднимается с места. Теперь моему взгляду предстают его темно-серые брюки, которые сидят на Купере просто идеально. Если бы пожирание Купера глазами сделали олимпийским видом спорта, я взяла бы золото. Я на всякий случай провожу рукой по губам – а то вдруг я уже слюни пускаю.
– Я не допущу, чтобы ты ходила так далеко с больной ногой. Сиди здесь. Я схожу тебе за кофе.
– Прошла уже неделя. Я в порядке, – возражаю я, все-таки переведя взгляд на его лицо (до невозможности красивое, кстати). – Да и какая разница, кафе тут через дорогу.
Но он уже уходит.
– Купер, стой! Я сама могу…
– Я тебя не слышу! – отвечает он, даже не повернув головы.
– Хотя бы карточку мою возьми!
Он не обращает на меня внимания и идет дальше.
Пока его нет, я успеваю продать двадцать лотерейных билетов четырем людям, все четверо тратят их на приз «Кофейной кошки». Поэтому когда Купер возвращается с моим латте и темно-красным пирожным, мне уже не терпится его попробовать.
Я разламываю пирожное пополам. Внутри белый крем и нежное тесто. Я предлагаю кусочек Куперу, но он отмахивается.
Я пожимаю плечами.
– Как хочешь. Мне больше достанется. Что за пирожное я сейчас буду пробовать?
– «Красный бархат» с маршмеллоу, – отвечает Купер, и я откусываю первый кусочек.
Это так вкусно, что я, кажется, пищу от восторга.
Купер смеется.
– Нравится?
Ладно, я правда пискнула.
– Нравится – не то слово, – отвечаю я, проглотив кусочек. – Я ничего сексуальнее не ела.
Купер сдвигает брови, но продолжает лукаво улыбаться.
– Я не ослышался, ты сказала, что еда «сексуальная»?
– Я сказала, что это пирожное сексуальное, да. Попробуй докажи, что я не права.
Он смеется.
– Я не посмею.
– Отлично. Кстати, тебя надо бы уволить.
– С чего это?
Я показываю на остатки пирожного.
– Я приехала сюда две недели назад. Я каждый день брала кофе в твоем кафе. И ты ни разу не предложил мне взять это пирожное. Худший работник столетия. – Я качаю головой, кладу еще кусочек себе в рот и медленно жую это тягучее удовольствие. – Даже не сказать мне о таком десерте? Если бы ты меня уже не возненавидел, я бы исключила тебя из друзей. Худший бывший друг.
Купер ерзает на стуле.
– Я тебя не ненавижу.
– Я тебя умоляю. – Я слизываю зефир с пальцев. Купер пристально на них смотрит, и я вдруг чувствую, как у меня теплеют щеки. Я кладу руки на колени. – Ты ясно обозначил свои чувства.
– «Ненавидеть» – слишком сильное слово.
– Ну ладно. Точнее будет, если я скажу, что ты меня «в высшей степени недолюбливаешь»? – спрашиваю я. – Но если так, то это грустно. Ненависть, по крайней мере, подразумевает, что человек смог вызвать сильное чувство, а не равнодушие.
– Тут дело не в равнодушии, – бурчит Купер.
– Тогда объясни, в чем именно тут дело.
Чей-то телефон громко вибрирует на столе. Мы оба поворачиваем голову на звук. Экран горит у моего.
Джейк, Ворующий Ручки: Привет. Жаль, что тебя вчера не было Какие на сегодня планы? Работаешь на посиделках?
Купер вскидывает бровь.
– «Джейк, ворующий ручки»? Это Келлер?
– Да, он попросил у меня ручку в первый учебный день и так до сих пор и не вернул.
– И ты каждому контакту в телефоне даешь характеристику? – спрашивает Купер.
– Практически. – Я отправляю в рот последний кусочек пирожного и закрываю глаза, чтобы насладиться вкусом.
– А мой номер у тебя остался? – Вопрос прозвучал неуверенно. Нервно.
Я открываю глаза.
– Да.
Купер берет свой телефон, что-то набирает и кладет его на место, в то время как мой телефон снова вибрирует.
Летний Купер: И какая у меня характеристика?
– Любопытно. Я думал, там будет Купер Плакса, или Купер Нюня, или Купер Автозагар, – говорит он.
Я фыркаю.
– Любой из этих вариантов подошел бы. Наверное, у меня просто было хорошее настроение.
Купер смеется, и в уголках его ярких глаз появляются милые морщинки – я отвожу взгляд.
Он так хорош, что я стесняюсь на него смотреть.
Но смеемся мы недолго, потому что к Куперу подходит та хорошенькая девочка, которая сидит с ним на алгебре и за обедом. У нее длинные прямые светлые волосы – несколько прядей выгорели на солнце, – маленький изящный нос и пухлые губы, одета она в ярко-желтое платье. И она не сводит глаз с Купера.
Впрочем, ее можно понять.
– Привет, Куп, – говорит она. – Как дела? Я думала, ты будешь стоять на входе.
– Привет, – отвечает Купер и наклоняется к ней. – Да, должен был. Но в итоге мы поменялись со Слоаной.
– Я только что видела, что встречающие сидят за столом и пьют чай, – говорит она. – Очень жалко, что у тебя нет возможности наслаждаться праздником.
Купер равнодушно пожимает плечами.
– У нас тут свой праздник.
Я смеюсь.
– Если ты это называешь праздником, тебе стоит чаще выбираться в люди.
Купер с ухмылкой оборачивается ко мне.
– Значит, ты вчера не пошла на вечеринку к Джейку, потому что собиралась учить уроки, а чаще выбираться в люди надо мне?
– Да ладно тебе, в итоге мы со Слоаной сели смотреть «Практическую магию», – оправдываюсь я. К тому же зачем мне бывать на людях в этом городе, если я все равно здесь ненадолго и настоящих друзей точно завести не смогу?
– Мне нравится этот фильм, – говорит Купер.
– Серьезно? – с недоверием спрашиваю я.
– Серьезно. Читаешь заклинание и больше никогда не влюбляешься? Хотел бы я, чтобы и у нас так можно было.
Я наклоняю голову набок и стараюсь понять, что он имел в виду, но тут блондинка вмешивается в разговор.
– Я Хлоя, – говорит она, махнув рукой. – Ты же Эллис, да? Мы вроде как обедаем за одним столом, но до сих пор не познакомились.
– Да, рада официально с тобой познакомиться.
– Купер говорил, что вы раньше дружили, – продолжает она.
– Да. – Я искоса смотрю на него. – Раньше.
– Приятно, что мое старое платье кому-то пригодилось, – говорит Хлоя, окинув меня взглядом. – Тебе оно идет больше, чем мне.
– Спасибо, – это все, что я способна сейчас сказать. Я стараюсь не сравнивать себя с другими девочками, но мысль о возможном соревновании с Хлоей по поводу того, на ком платье лучше сидит, слегка подрывает даже мою самооценку.
Хлоя поворачивается к Куперу, который теперь тоже смотрит на меня.
– Кстати, насчет платья, – говорит она, и он оборачивается к ней. – Сегодня утром мы с мамой ходили по магазинам, и я нашла себе платье на бал. Я скину тебе фото, чтобы ты подобрал себе что-нибудь подходящее по цвету.
Ох.
Между Купером и Хлоей что-то есть.
Не понимаю, как я раньше не догадалась. За эти две недели я сотню раз видела их вместе.
  
И еще я не понимаю, почему эта мысль вызывает у меня такую злость.
Соберись, Эллис.
– Договорились, – говорит Купер.
Хлоя улыбается.
– Ладно, тогда… – она переводит взгляд с Купера на меня и обратно, – оставлю вас на вашем частном празднике. Эллис, приятно было познакомиться. Куп, еще увидимся.