Бархат. Соблазн, и ничего кроме (СИ)
Я охнула, а его рука вновь приласкала ягодицы, потянула вниз кружево трусиков, но не сняла, а лишь спустила, оставляя их на бедрах так, что они впились в кожу. Не больно, скорее непривычно, но особая изюминка в таком положении тоже была: так приятно чувствовать себя беззащитной, ограниченной в движениях, понимать, что сзади на тебя смотрят, оценивают, хотят… Восхитительно!
– Прелесть, – шепнул он, склонившись надо мной. Приподняв меня за талию, шеф заставил слегка отодвинуться от стола, ровно настолько, чтобы его рука смогла пробраться под живот и расстегнуть оставшиеся пуговицы. Потянув за рукава, он снял с меня блузку. – Такая сговорчивая малышка.
Я не успела вымолвить ни слова, а он, надавив на плечо, уже заставил меня вновь лечь на стол.
Его руки действовали быстро и умело. Оставшись в одном нижнем белье (юбка, собранная где-то в районе талии невзрачной тряпочкой, не считается), я услышала шорох одежды, но, вопреки ожиданиям, не для того, чтобы тут же заняться сексом. Шеф стянул мои запястья собственным кожаным ремнём.
– Какого черта? – всполошилась я. – Это не…
– Тише. – Успокаивая, он провел по моей спине ладонью; поцеловал несколько позвонков…
Такие простые движения, но я снова затаилась, выжидая и надеясь на обещанное удовольствие.
Его хриплый голос заставил меня затаить дыхание. В следующий миг я почувствовала всю мощь желания новоявленного босса. Он упирался членом прямо в мою попку, а руки скользили по моему напрягшемуся от переизбытка эмоций телу. Шевельнувшись в сторону, я почувствовала прохладу молнии и ткани – наглец даже не удосужился раздеться!
– Тебе не нравится ремень? – поинтересовался Алексей Викторович, почувствовав мое недовольство. В его голосе с легкостью угадывалась насмешка. – Боишься боли, Анна?
Он убрал руки, и мне отчаянно захотелось вновь почувствовать их на своей коже.
– Все боятся боли, – шепнула в ответ, чуть приподнимаясь, желая то ли освободиться, то ли вновь найти его руки.
Он сделал выбор за меня. Большие ладони обхватили грудь, чуть сжали её, словно оценивая размер и полноту, и проворные пальцы тут же потянули кружево бюстгальтера вниз.
– Пора освободиться от плена, – шепнул он, целуя основание моей шеи.
От нахлынувших ощущений сбился ритм сердца, подогнулись колени. Но настоящее удовольствие было впереди. Шероховатые подушечки пальцев нашли мои жаждущие ласки соски и сжали их, оттягивая и растирая.
Ахнув, я попыталась развернуться в его объятиях.
– Не-е-ет, – протянул он, оставляя грудь и проникая одной рукой между моих ног. – Стой смирно, Анна. Вот так, девочка.
Словно невзначай, я раздвинула ноги пошире и подалась навстречу умелым сильным пальцам. Шеф накрыл взмокшее местечко рукой и погладил меня там, с силой нажимая на возбужденную плоть.
– Да-а, – шепнула, приникая к холодному столу, разгоряченной грудью. – Да! – выкрикнула, с силой двигаясь назад, упираясь в его член и надеясь на скорую разрядку.
И он вошел в меня. Стремительно, властно, грубо! Снова и снова, доводя до изнеможения, вдалбливаясь в меня, насаживая на твердый горячий член и заставляя хрипеть от невыразимого порочного удовольствия.
Разрядка для меня наступила быстро, заставляя выгнуться от неконтролируемого блаженства, закатив глаза, забыв о дыхании, впиваясь ногтями в кожаный ремень… Он что-то прорычал в ответ и, сделав минутную передышку после забега, зашуршал одеждой.
– Замечательно познакомились, – охарактеризовал за нас двоих произошедшее Алексей Викторович, застёгивая молнию на брюках. – Будем дружить.
Он подарил последний поцелуй моей спине, и тут же путы на запястьях ослабли.
– Давайте-ка, Анечка, одеваться. Через пару минут уборщица примчится, не будем раньше времени давать ей повод для сплетен.
Всё ещё приходя в себя после пережитого, чувствуя дрожь во всём теле, я встала на плохо слушающиеся ноги и подтянула трусики на законное место.
– Впервые прохожу такие… эм-м… испытания при приёме на работу, – поделилась впечатлениями, пряча взгляд, поправляя бюстгальтер и надевая безжалостно измятую блузку.
– Но вы прекрасно справились, – заверил новый шеф, приближаясь и помогая застегнуть маленькие пуговки. – Такими кадрами не разбрасываются.
– Надеюсь, вы не думаете, что подобное для меня норма? – как можно спокойнее поинтересовалась я, стараясь придать голосу уверенность. – Обычно я сплю только с теми мужчинами, кто мне по-настоящему нравится.
– Не волнуйтесь, Анечка, – улыбнулся Алексей, – мы не будем спать. И потом, смею надеяться, что не был вам так уж противен.
– Не могу запретить вам надеяться, – буркнула я, совершенно теряясь, и осмотрелась в поисках юбки. В голове медленно прояснялось, и сейчас из глубин подсознания рвался наружу крик. С матом. Я переспала с боссом! В первый же рабочий день! На собственном столе, среди бумаг, у рабочего компьютера! Идиотка!!!
– Вы корите себя за случившееся? – словно прочел мои мысли предмет моих душевных терзаний, одёргивая ткань юбки, собранной на моей талии. – Не нужно. Поверьте, от меня никто ничего не узнает, на работу это никак не повлияет, а настроение секс поднял нам обоим.
– Говорите за себя.
Протестующе мотнув головой, я застегнула молнию сбоку.
– Как скажете. Я отвезу вас домой, Анечка, – не спросил, а сообщил о своем решении начальник, подхватывая мою сумочку. – По дороге буду извиняться за свою несдержанность. Как умею.
– Вы умеете извиняться? – недоверчиво фыркнула я.
– Заодно и проверим, – подмигнул он, направляясь к лифту.
Я шла за ним и лихорадочно соображала, что делать дальше. Ехать мне некуда, но и отказывать причин не находилось.
Словно чувствуя самое больное место, гад тут же на него надавил:
– Куда вас отвезти?
– Я рассталась с парнем, – внезапно сообщила, не глядя на шефа. – Не хочу ехать в общую квартиру. Поэтому пока не решила, как быть.
Он остановился и посмотрел на меня с новым интересом. В глазах Алексея Викторовича скользнуло нечто очень напоминающее азарт и предвкушение.
– Тогда, пожалуй, я знаю, как заглажу свою вину. – Его улыбка, плавные движения, легкий, но непреклонный напор – всё буквально кричало, что я попала в лапы к хищнику. Я точно знала: поверю ему, и попадусь. Хорошо, если легкими травмами потом отделаюсь. Но какие ещё варианты оставались? И потом, возможно, не всё так плохо, как подсказывает жизненный опыт.
– После вас. – Начальник пропустил меня в лифт. – Входите, милая. Я не обижу, скорее наоборот: вам будет интересно.
Двери громко сомкнулись. Я вздрогнула и взглянула на сильные пальцы, сжимающие мою сумочку, на тёмно-синий галстук с небрежно ослабленной петлей, на чуть покрытый щетиной подбородок и остановилась на чувственных губах, совсем недавно творивших самые распутные дерзости. Кажется, это не лифт закрылся, а капкан захлопнулся.
Конечно, у него оказалась огромная дорогущая машина. Черная, стильная, с большими удобными кожаными креслами. Стоило завести её нажатием какой-то кнопки, как заиграла очень даже миленькая мелодия и включилось несколько лампочек на мониторе у руля. Запах кофе бодрил и дарил надежду, которую Алексей Викторович придушил на корню одной фразой:
– Любите эксперименты, Аня?
– Нет, – хмуро ответила я, прикидывая, какую скорость он уже набрал и сломаю ли я что-нибудь, если выпрыгну на ходу.
– А мне показалось…
– Показалось. Я против боли, Алексей Викторович.
– Просто Алекс, Анечка. Мы же не на работе.
– Хорошо, Алекс. Кажется, я совершила ошибку. Мы совершили.
– Мы? – Он удивлённо посмотрел на меня, обезоруживающе улыбнулся и покачал головой: – Я точно не совершал сегодня ошибок. Прекрасный день, чудесный вечер.
– Да, но я имела в виду служебный роман.
Он закашлялся.
– Никаких романов, Анечка. – Снова взгляд в мою сторону. На этот раз настороженный, серьёзный. – Только секс. Предлагаю такой расклад: на работе вы секретарша, после работы мы иногда расслабляемся. И прежде чем вы начали отказываться и кричать «Я не такая», предложу вам свою квартиру. В бесплатное пользование. Здесь недалеко. Я снимаю её давно и ночую там, если сильно задерживаюсь на работе.