Хочешь мира — готовься к войне (СИ)

- И тебя уебу, – дергался в его руках Юрка, но стоило положить ладонь ему на затылок и легонько взъерошить волосы – замер, застыл, тяжело дыша.
- Вот и умница, – выдохнул ему в ухо Виктор и бросил беглый взгляд на Отабека. Дескать, отпускай, можно.
Тот покачал головой, словно сомневаясь, но руки разжал. И даже помог выпрямиться. И поправил сбившуюся одежду. А потом отступил на шаг, ловя взгляд Виктора с немым вопросом в глазах, расшифровать который не составило труда: уйти или остаться?
Виктор покачал головой. Легко, едва заметно. Нет, не уходи. И вопрос не в том, что он не способен справиться с пацаном. Нет, вовсе нет. Просто иногда только лишь его слов недостаточно.
- Ты меня нахуй усылаешь? Я тебе что тут, табуретка, чтоб меня переставлять? Мешает – а, давай, блядь, задвинем!.. у меня чемпионат на носу! Я, блядь, с катка не слажу, программа горит, а ты меня… блядь, куда?!
- В Питер, – негромко ответил Виктор.
- В Питер?! Это где? За полярным кругом?! – Юркины плечи дрожали. Он весь был напряжен как струна, и вот-вот готов был сорваться снова.
- Всего лишь в России.
- Нахуя?! – Юрку несло, и остановиться он не мог. Он злился, а когда он был зол, свою речь он контролировать не старался совершенно.
- У нас могут быть проблемы, и будет лучше, если тебя здесь не будет некоторое время, – по-прежнему спокойно ответил Виктор.
- Не пизди, – процедил Юра.
- За языком следи, – холодно бросил Отабек и вернулся к своему отчету. – Виктор никогда тебе не лгал, а с переломанными ногами чемпионат ты не откатаешь. В Питере есть отличный ледовый дворец.
- Я, блядь, визжу от восторга! – зло выдохнул Плисецкий. Но руки уже комкали дорогущий викторов пиджак. – Вить… ну не надо, ну нахера в Россию-то? Ну давай в Канаду? Ну? Там база нормальная, и тренеры есть. И Чао-Чао туда рвануть может. И ты недалеко, ну?
- В Канаде достанут, понимаешь? Один континент, граница свободная. И я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. Только не с тобой, понимаешь? Ты самое дорогое что есть у меня, Юрка. И если с тобой что-то случится…
- Ты превратишь все вокруг в радиоактивный пепел, – фыркнул Юра.
- Типа того, – согласился Виктор.
- Это ненадолго, – вздохнул Отабек. – Это просто интуиция. И если нам все это только кажется, и ничего не случится – вернешься обратно, под Витькино крылышко. А если состроишь щенячьи глазки, то, может, улетишь даже не завтра.
- Котячьи, епта, – шмыгнул носом Плисецкий. – Я котов люблю, а не псину.
- Котов, угу, – Виктор осторожно отстранился и отпустил его, позволяя взъерошенному племяннику отойти и рухнуть в свободное кресло. – Думаю, пара дней еще есть, так что собери все, что считаешь нужным. Я звонил Якову, тебя встретят, все покажут, пояснят. Жить будешь рядом с Ледовым, счет я для тебя открыл, карты, документы, разрешения – все готово.
- Но эти «пару дней» постарайся не высовываться из дома. А если все-таки приспичит – даже не пытайся от охраны сбежать, – Отабек смотрел жестко, почти зло. – На домашний арест посажу, и Витя ключей не найдет.
Юрка мгновенно вскинулся.
- У меня тренировки вообще-то, и отменять их я не буду!
- Ты меня хоть слышал? Я сказал, чтобы ты от охраны не бегал, как обычно. Если попадешься – подставишь Витьку, это ты и так знаешь.
- Слышал, не глухой, – насупился Юра. – Может, сам за мной ходить станешь?
- Юра, – Виктор вернулся к столу, оперся о него бедрами и скрестил на груди руки. – Бек не телохранитель. Он мой советник и помощник.
- Угу, и ебет тебе не только мозг, – окрысился тот.
- А вот это мое личное дело, в которое тебе лезть не стоит по причине несовершеннолетнего возраста.
- А на восемнадцать ты мне свое хоум-видео преподнесешь?
Отабек обжег Виктора взглядом и, криво усмехнувшись, повернулся к Юре:
- А ты хочешь? Так ты только скажи, я профессиональную съемку организую. А потом тебе подарю. Перевязанное ленточкой.
- А если хочу? – сверкнул глазами Юра.
Отабек сузил глаза:
- Окей, будет.
- Даже не думайте, – жестко отрезал Виктор, мгновенно темнея лицом. Он многое мог позволить Юре, но не это. Границы терпению и границы допустимого были всегда. – Хочешь девок – получишь девок. Ты знаешь, что я могу дать тебе все. Вопрос в том, стану ли. Не борзей, Юра. И Бек… узнаю, что ослушался – шею сверну.
 
- Не хочет он девок, – Отабек покачал головой, снова возвращаясь к отчету. – Он хочет чемпионат и медаль.
- Вот и пусть тренируется для чемпионата и медали, – вздохнул господин Никифоров.
- Вот и буду, – буркнул Юрка. – Но полечу, если что, не раньше, чем через неделю.
- Если ситуация усложнится, ты вылетишь ближайшим же рейсом, – возразил Виктор и, обойдя стол, опустился в свое рабочее кресло, точно демонстрируя, что разговор на сегодня закончен.
Юрка зашипел, гордо вскинул нос и припустил прочь, грохнув напоследок дверью. Виктор выдохнул.
- Серьезно? Ты записал бы гребанное домашнее видео?
- Разве что для личного пользования. А ему бы преподнес диск с чем-нибудь из интернета. Исключительно для того, чтобы полюбоваться на его выражение лица, – Отабек прикрыл глаза и облизнулся. – Идея о домашнем видео мне нравится, но я не уверен, что готов являть камере свою задницу. Так что можешь быть спокоен.
- Я с вами поседею к чертовой матери раньше, чем это предусмотрено природой, – хмыкнул Виктор. – Какое уж тут спокойствие?
- Все равно твоей седины никто не заметит, – съехидничал Отабек. – Разве что брюнетом вдруг станешь. А что, тебе пойдет. Узнавать правда перестанут, но хорошая маскировка еще никому не мешала.
- Мне и так нравится, – Виктор улыбнулся и покачал головой. – Шутки шутками, но подобного не стоит делать. Даже развлечения ради, даже для себя. Я и без того нарушил кучу правил. И не хочу рисковать больше чем требуется. Тем более так глупо и бесполезно.
- У меня и без того найдется, чем тебя шантажировать, – Отабек обжег его острым взглядом. – Так что это я бы оставил исключительно для себя. Чтобы было что смотреть холодными зимними вечерами лет через семьдесят.
- Не шути со мной так, Отабек, – медленно покачал головой Виктор. Он даже не пошевелился, кажется, но в руке вдруг очень опасно качнулся ствол, нацеленный поверх крышки стола на собеседника. – Ты знаешь, что шутки я терплю до определенного момента. И есть вещи, которые я не спущу даже Юрке.
- Хм?.. – Отабек вскинул бровь и улыбнулся. Медленно поднялся, подошел к столу и почти лег на него грудью так, чтобы дуло пистолета упиралось ему в лоб. Поймал взгляд Виктора и демонстративно облизнулся. – Кажется, кому-то тут не хватает острых ощущений. Спарринг? Достанешь меня хотя бы раз – и я позволю тебе меня трахнуть. А если нет… Я поимею тебя прямо там. Так, что ты будешь визжать, как сучка.
- Там есть камеры и ведется видеонаблюдение, так что не получится. Но мне нравится идея. – Вороненое дуло скользнуло вниз, вдоль тонкого носа, погладило губы и исчезло. Виктор поднялся из-за стола и направился к выходу, походя, но довольно больно, шлепнув партнера по заднице. – Идешь?
- Даже не надейся до нее добраться, – хмыкнул Бек, отправил недосмотренный отчет в сейф и направился вслед за Виктором, привычным взглядом проверяя, все ли в порядке в особняке. Он не был начальником службы безопасности, но Виктор все равно спросит с него. Кстати, о безопасности. – Через два дня приезжает Мила. Официально – как наблюдатель от одной из сторон сделки. Но, если помнишь, ее папаша мечтает породниться с твоей семьей, чтобы не платить «громадный процент» за перевозку. Так что будь осторожней. Она мастер провокаций.
- Мила, рыжая бестия, – прищелкнул языком Виктор. – А что, отличная мысль, развести Бабичева, или лучше, отдать его на растерзание. Отец бы вряд ли одобрил, но старик не задумываясь, отдаст меня, лишь бы только с его траффиком ничего не приключилось. Она горячая штучка, не находишь?
- Нахожу, – Отабек кинул на него смеющийся взгляд. – Очень и очень горячая штучка. Я бы, пожалуй, даже попробовал. Хоть с тобой на пару, хоть по-отдельности.