Хочешь мира — готовься к войне (СИ)
И все могло бы начаться еще два дня назад, когда приехала Мила, которая должна была встретиться с представителем колумбийцев, чтобы засвидетельствовать отправку первого транша. Но прошло уже почти три дня, Мила ездила по бутикам, общалась с другими партнерами отца и строила глазки. На самом деле Виктор не знал о… многом. «Облапать задницу» — это было одним из самых невинных ее «шалостей». Вчера вечером она залезла ему в штаны. Присутствие Виктора ее не напрягало, но у Бека складывалось впечатление, что она проверяет его, их реакцию. И на самом деле сегодняшняя встреча могла закончиться чем угодно.
Отабек зашел в свой кабинет, положил бумаги в сейф, тщательно его запер, проверил «ловушку» и отправил сообщение Юре. Пара магазинов, какой-нибудь бар с «контрабандным» пирожным, еще что-нибудь… Вернуться, чтобы забыться сном. Они никогда не напивались с Юркой. Тот — потому что еще «маленький» и Витька следил за ним как коршун, а у Отабека всегда были другие способы расслабиться. Может, пора попробовать?
Юрка появился всего-то десятью минутами позже. Собранный, одетый, готовый ко всему на свете.
— Байк или тачка? — у него, кажется, на все один вопрос. Совместные вылазки у них были не особо частыми, но с того момента, когда Юрка узнал о том, что время от времени Бек катается на байке, этот вопрос стал традиционным. И как же горели Юркины глаза, когда он смотрел на Бека в такие моменты. Байк или тачка? Байк, скажи байк!!! Ну пожалуйста, скажи. Это ж так круто!
Тот только усмехнулся. Гонять на мотоцикле в их не самое неспокойное время — подвергаться дополнительному риску, но иногда адреналин, обычный адреналин, здорово прочищает мозги.
— Если пообещаешь не отпускать руки и изображать из себя Кейт Уинслет на носу «Титаника».
— Для этого я должен сидеть впереди тебя, я не за твоей спиной! — возразил Юрка, чуть не не пританцовывая на месте. Отабек таки согласится и это будет поездка на его черном монстре. Крууутооо! — Я согласен, куда едем?
Отабек пожал плечами:
— Можем прошвырнуться по магазинам, а потом завалиться в какой-нибудь бар. Твой родственник был настолько любезен сегодня, что дал нам фактически официальный выходной. Так что пользуйся случаем.
— Прости, но я тут почти охерел от радости. Виктор дал выходной? Он тут решил устроить оргию с зачитыванием какой-нибудь финансовой отчетности? — Юрка замер, недоверчиво вскинув бровь. — Как-то на него это вообще не похоже. Но раз на то пошло… предлагаю поехать в «JJ-king’s». И кухня отличная и шоппинг выше всяких похвал. М-м-м… и Витьке леопардовые джинсы прикупим. Я размеры знаю!
— Думаешь, я не знаю? — Отабек в сопровождении Юрки вышел из комнаты, направился к лестнице, у верхней ступеньки оглянулся, кинув короткий взгляд на дверь кабинета Виктора, и почти бегом спустился в холл. — Но за леопард он нас с тобой пустит на корм рыбам. Кстати, почему за столько лет ты даже не заикнулся о том, чтобы завести дома кота? Ну или кошку.
— Ты представляешь, как по дому гуляет, к примеру, рысь и точит когти о дверь его кабинета? — фыркнул Юрка, пропустив мимо ушей это самое «думаешь, я не знаю»». О, Бек знал лучше, чем кто бы то ни было. Но ревности отчего-то вдруг не возникало. Вообще. — М м м… если бы я приперся в твою постель, что бы ты сделал? Чисто гипотетически? — Рискованный вопрос. И не то чтоб Юрке этого хотелось, просто любопытно. Нет, он бы этого не сделал никогда. Он слишком хорошо видел насколько Бек любит Витьку. И наоборот, насколько Витька помешан на своем «Золоте». Но подраконить обоих иногда стоило.
— Смотря зачем тебе это будет нужно, — Отабек остановился и развернулся, глядя ему в глаза. — В твою внезапно вспыхнувшую ко мне любовь я вряд ли поверю, так что, скорей всего, устрою тебе допрос по всем правилам. Если тупо «первый раз — с тем, кому доверяешь», то вариантов не так много. По любому другому поводу — либо выкину за порог, либо закутаю в одеялко и буду няшить, пока слезы не высохнут. А котенка можешь завести. И разрешаю даже свалить все на меня, если Витька ворчать будет.
— Я не реву, между прочим… — С того дня как не стало деда. Но об этом Юра предпочел умолчать. — Ты ж помнишь, что Витька меня в Москву сбагрить пытается… В Питер то есть. Как я в Питер с котеищем поеду? Там же кучу справок каких-то там хитрых надо заиметь, ну и карантины всякие. Ты что ли будешь возиться? Я хочу. Правда хочу. Но мелкое мурлычело — это ответственность, а я не всегда смогу быть с ним рядом. Чемпионаты, все такое.
— Какими взрослыми мы вдруг встали, — Бек фыркнул, развернулся и спустился по лестнице в гараж. Подмигнул одному из парней Поповича, сидящему за стеклом комнаты видеонаблюдения и, пробравшись между припаркованными машинами, добрался до своего «монстра». Поймал взгляд Юрки, выразительно кивнул на целый стенд со шлемами и погладил кожаное сидение.
Юрка безропотно поплелся к стенду. Само собой, облачаться в полный экипировку не стал. Это означало бы влезть в цельный кожаный комбез, и спец-защиту. Так он делал только раз, когда упросил Отабека покатать его на скорости. Было круто и стремно. Когда он слазил с байка — подрагивали колени, но было ясно зачем все это на себя напяливают: один из гонщиков на треке не справился с управлением. Без защиты его бы размазало о покрытие. А так — отделался переломами и трещинами. И выжил.
Так что господин Плисецкий напялил на себя грубую куртку, перчатки и шлем. И вернулся к байку, всем своим видом демонстрируя: видишь, ты мне не напомнил, но я таки все знаю сам. Гуглил.
— И няшить меня совсем не обязательно. Я… почти выбрал…
— Того, кто будет тебя няшить? — Отабек придирчиво проверил крепления, а потом внезапно сжал плечи, заглядывая в глаза. Черты лица стали резче, жестче. Таким, именно таким Бек был редко. И обычно это означало, что он хочет сказать что-то очень важное. — Мне все равно, как ты ко мне относишься и кем считаешь. Но я буду первым, кто свернет шею любому, кто попытается навредить тебе хоть как-то. И я буду тебя гладить по головке, лечить коленки и даже работать жилеткой, если это тебе по-настоящему понадобится. Я просто хочу, чтобы ты об этом знал.
— Я знаю, Отабек. — Юра серьезно кивнул. — Спасибо. Ты очень помогаешь мне на самом деле. Правда. Но я надеюсь, что с этим разберусь сам. И решу, чего я хочу больше: трахать кого-то или быть гм… выебанным. Вот.
Отабек вскинул бровь и отпустил Юру.
— Вот даже как. Витька мне голову оторвет. За все мои провокации, — он еще раз проверил крепления и оседлал мотоцикл. — Садись. И надеюсь, что когда придет время, ты мне ее или его покажешь. Я должен знать, можно ли этому человеку тебя доверить.
— Типа, поживем — увидим, — фыркнул Юрка, и тут же последовал его приказу. Сел позади, крепко обнял Бека за талию, вспомнил кое-что, отпустил, поднял лицевой щиток и включил звук в шлеме. Разговаривать-то как-то надо. — Вот, теперь все оки-доки. Не боись, Батыр, Юрочка тебя защитит!
— Придурок, — бросил Отабек и завел мотоцикл. Подождал, пока откроется дверь гаража и выехал. Сделал круг вокруг маленького фонтанчика у крыльца и направил байк к большим кованым воротам. Отсалютовал выскочившему из КПП Поповичу и, поддав газу, рванул с места. Гошка, конечно, Витьке тут же нажалуется, что не на машине и без охраны, но сегодня можно. Специально поджидать точно не будут: слишком спонтанной получилась это поездка, а нарваться на случайные он даже мечтал. Адреналин сбросить, например.
— Держись! — почти крикнул он в микрофон и прибавил скорости, несясь в сторону сверкавшего вечерними огнями города.
Они вернулись поздно ночью. За ними лично ездил Георгий. И выглядел Попович после приезда весьма озадаченным.
Но это было уже после… всего. После разговора с Милой, после ужина, после откровенных прикосновений и двусмысленных взглядов и фраз. После. Ужин завершился тем, что Виктор поднялся из-за стола, аккуратно промокнул губы салфеткой, обошел стол и вздернул девушку из кресла рывком. Она рассмеялась, но и виду не подала что ей не нравится, что ей больно или неприятно.