Одна на троих. Девочка боссов-морозов (СИ)

Но эта химическая дрянь ни в какое сравнение не идет со сладким язычком нашего милого курьера. Лёня сует шоколад в карман.
— Эльке оставлю, — хмыкает, — вдруг захочет.
— И ты не против, что всё вот так странно? — задаю мучающий меня вопрос. — Они там, мы тут?
— Она сама захотела. Видел, какими влюбленными глазами Эля смотрит на Амира? Мы там явно лишние.
А я вот не хочу так! Внутри всё болезненно переворачивается от мысли, что Эля станет принадлежать Сабурову. Отчего-то я решил, что тоже имею на неё право.
  
— Я тебя и спрашиваю… устраивает это тебя или нет? — настаиваю.
— Не устраивает, — тихо говорит друг, — но ее чувства важнее моих. Так что пусть там происходит, что происходит, а мы пока…
— И что вы тут шарахаетесь? — перед нами возникает полуголый Амир в съехавшем на бок колпаке. — Элька вас ждет.
— В смысле…
Он выгибает бровь, вырывает у меня шоколадку из руки. Сжирает за один присест. Ну нихуя себе!
— Я так долго ее ждал, — стону, не понимая, о ком сейчас говорю.
Мы немало выпили. И теперь в голове полный сумбур. Но я четко понимаю, что хотел бы встретить Новый год в мокрой девственной киске, а не сражаясь с этим пищевым Скайнетом.
— Пошли, Эля прикорнула. Надо еще выпить, отметить, — скалится Сабуров, затем задумывается, — кстати… она когда кончала…
— Избавь нас от подробностей, — чувствую себя полным неудачником.
— Дослушай, блядь! — он останавливает нас. — Когда кончала, Эля ваши имена простонала… знаете, что это значит?
Сердце радостно трепыхается в грудной клетке. Обо мне в момент оргазма вспомнила? Значит, запал в душу… и Лёня. Погодите-ка! Так мы все трое ей понравились?
Растекаюсь в порочной ухмылочке.
— Пошли назад, наша девочка хочет отдыхать и развлекаться, — Амир ухмыляется мне в ответ.
— Да мы только за, правда, Лёнь? — обнимаю друга за плечи. — Ты чего такой напряженный?
— Вы хоть понимаете, о чем сейчас говорите? — он выгибает бровь, сбрасывает мою руку. — Эля — нежная девочка, которую только что лишили невинности…
— И она хочет с вами пообщаться, — Амир складывает руки на груди, — у тебя проблемы, Лёнь?
— У меня нет. Но можно побольше уважения к девушке? — рычит.
Ооо! С нашего ледяного Маслова вдруг слетела маска спокойствия. Это прекрасно, ведь Элечка смогла залезть к нему под кожу!
— Погнали! Я проголодался, — потягиваюсь и топаю в сторону кабинета Сабурова.
А когда захожу, передо мной открывается лучшее зрелище за весь вечер. Эля лежит на диванчике, посасывает сок из стакана и лопает салаты. На ней наш корпоративный плед, а под светлой головой подушка Амира, которую он использует, когда остается на ночь в офисе.
— Привет, недевственница, — усмехаюсь, сажусь на диван рядом с девушкой.
— Привет, — она опускает взгляд, — Лука.
— Что вкусного осталось? — беру тарелку, накладываю себе колбасы и мяса.
— Тарелки нужно помыть, — тихо говорит Эля, — я сделаю.
— Нет уж, — подмигиваю ей, — ты лежи, отдыхай, малышка. Твои мужики всё сами сделают. Лёнь, пошли мыть тарелки!
— Я с вами, — Амир берет приборы.
Мы бодро топаем в туалет, там моем посуду. Ничего друг другу не говорим. Каждый думает о своём. Я вот мечтаю Эльку сжать в объятиях. Всё остальное неважно.
И даже жгучая ревность отступила. Словно в сердечке Эли для нас троих найдется место.
Возвращаемся в кабинет.
Эля заснула. Такая милаха! Лёня поправляет одеяло, мы тихонечко ставим на стол чистую посуду.
— Пойду заберу торт из холодильника, — говорит он и уходит.
А мы с Сабуровым смотрим на спящего ангела.
— И как оно было? — мне почему-то хочется узнать подробности их секса.
Чтобы повторить с малышкой и обойти Амира. Хотя оргазм в первый раз — это достижение. У него получилось расслабить девушку и заставить кончить.
— Ахуенно, — тихо говорит, достаёт сигарету, — пошли поболтаем…
  
Глава 14
 
Лёня
Захожу в свой кабинет, не могу унять бешено колотящееся сердце. Ведь когда Эля выбрала Амира, я понял, что у меня не шансов. Сабуров — альфа в нашей стае. Он все решает, у него почти волчий нюх (во всех смыслах) и поразительное бизнес-чутье.
Лука отлично умеет пустить пыль в глаза. Переговоры с ним — это гонка с гепардом в саванне в валенках. Бессмысленно пытаться сопротивляться обаянию и харизме Чернова.
А я… лишь исполнитель. Да, у меня своя компания. Перспективы свои я проебал. Но сейчас не жалею. Хотя Эля…
Даже она сразу обратила внимание на Амира. Это было ожидаемо. Несмотря на привитый в детдоме прагматизм, я впервые надеялся, что она выберет меня. Но чуда не случилось.
Рывком распахиваю холодильник.
— Лёня, — раздается со стороны двери, я резко разворачиваюсь.
— Эля? — быстро подхожу к девушке, она выглядит потерянной.
Она же вроде дремала! Эти оболтусы её разбудили? Смотрю и жадно впитываю всё, что вижу.
Эля в рубашке Амира на голое тело и в своих ботиночках, в которых приехала.
Такая она нежная сейчас! И уязвимая. Больше всего меня бесит, как легкомысленно Лука к ней относится!
Они с Амиром реально намекают на секс втроем? С этим ангелом?
— Я искала туалет… мы там с Амиром посуду мыли, но я так нервничала, что не запомнила дорогу…
— Тебя отвести? — достаю торт, ставлю его на свой стол.
Эля закрывает за собой дверь, проходит вглубь моего кабинета.
— Знаешь, — тихо говорит, — я ведь почти тебя выбрала…
Зачем ты это говоришь?
— Но мне показалось, что ты не хочешь, — кусает губки, — просто хочу, чтобы ты знал. После нашего разговора мне стало так легко на душе! И я хочу…
Эля делает робкий шаг ко мне.
А я понимаю, что просто не могу отдать ее Амиру. Она и моя тоже. Это странное чувство разрывает в клочья все мои принципы. Безраздельно обладать своим ангелом я не смогу.
Но и Амир не сможет…
Это немного успокаивает.
Прижимаю Элю к себе, она кладет ладошки на мою грудь. Я ведь, сука, полуголый и в колпаке деда Мороза.
— Ты такой холодный, — тянет Эля, заглядывает мне в глаза.
И я вижу там безграничную нежность. Глазам не верю! Мне не снится? Может, я треснулся головой? Вижу то, что хочу?
Но Эля настоящая.
— Мне немного стыдно… хотя я не жалею о сделанном. Знаешь, что еще, Лёнь?
— Что? — хриплю, чувствуя, как член неприятно топорщится в брюках.
— Я к тебе тоже… я… — она мнётся, стесняется, сводит меня с ума.
— Говори, — рычу, слетая с катушек.
Если бы ее только что не лишили невинности, усадил бы порочного ангелочка на стол, спустил брюки и…
— Чувствую что-то. Может, это праздник так влияет. И вообще так глупо, — она всхлипывает, пытается вырваться, — лучше пойду в туалет…
— Ты же не знаешь, где он? — выгибаю бровь. — Эль, мы с тобой немного поговорили по душам. Знаешь, что это значит?
Щелкаю ее по милому носику.
— Что этого достаточно?
— Нет. Наоборот. Мы с тобой только начали друг друга узнавать. Мне хочется больше…
— Это странно, Лёнь, — она прижимается ко мне, словно ищет защиты.
Но от кого?
От самой себя? Чувств, которые она не понимает? Влечение к нам ко всем для неё шок. Хорошие девочки выбирают себе хороших мужчин. Одна девочка — один мужчина.
А вот плохие уже имеют право выбора. Один, два, три. Их осуждают. Но многие в глубине души просто боятся сделать шаг и принять свою тьму.
— Всё хорошо, если ты это чувствуешь, значит нормально.
— Но нельзя же влюбиться в… в… — всхлипывает, прижимается ко мне сильнее.
— Можно, мы же влюбились в тебя.
Мы с Амиром точно уже всё, насчет Луки не уверен. Он всегда ловко скрывает свои чувства. Я никогда не умел его читать.
  
— Чем я это заслужила? — вытирает слёзы. — А?
— А мы? Так бы и сидели тут, устроили сосисочный Новый Год, — усмехаюсь.
— Сосисочный? — Эля распахивает глаза, затем до неё доходит смысл шутки.