Деревенщина в Пекине 5 (СИ)

— Откуда ты всё это знаешь?
— У нас в университете много чего обсуждают на разные темы. Случайно где-то услышал.
— Нет, сынок, ну мало ли что студенты между собой могут обсуждать, — она продолжает колебаться. — А если всё совсем не так? Если его там сейчас избивают? Я точно заснуть не смогу спокойно, пока мы ему не поможем.
Закатываю глаза, достаю из кармана халата смартфон и набираю Хуан Цзяньру.
  
Паспортистка довольно быстро принимает входящий с видео и, не открывая глаз, наощупь включает прикроватную лампу.
Камера показывает матери молодую женщину в домашней пижаме с растрёпанными волосами.
— Извини что посреди ночи, дело срочное, — вздыхаю.
— Мхм.
— Будь добра, покажи моей маме служебное удостоверение.
Хуан сначала трёт левый глаз кулаком, зевает, затем тянется к прикроватной тумбочке и показывает прямо в камеру красный пластик с гербом — удостоверение старшего лейтенанта полиции, место работы указано как паспортный стол районного управления МВД города Пекина.
— Ух ты! — искренне удивляется мать, внимательно рассматривая документ. — Примите мои извинения за беспокойство, мы, наверное, вас очень сильно потревожили!
— Что вы, ничего страшного, — зевает старшая лейтенант. — Я как раз почти не спала и только и мечтала о том, чтобы Лян Вэй именно сейчас мне позвонил. Расслабьтесь, не переживайте… Что стряслось?
— Хуан, говорить буду я, не мама. Сегодня первый день как мои родители приехали в Пекин. Папаша пошёл пьяным в ресторан вечером, поназаказывал там всякого, денег расплатиться не оказалось. Ещё и дебош устроил, хотя к счастью никто не пострадал… В общем, в итоге уехал с вашим нарядом в ближайший участок. Какие варианты развития событий? Мама очень сильно волнуется, хочет как можно быстрее вытащить его.
— Ни в коем случае! — категорично качает головой полицейская.
— Почему?
— Даже если заберёте его прямо сейчас, он всё равно не успокоится. Пускай лучше спокойно в вытрезвителе отдыхает — под присмотром. Мало ли что он ещё учудит в таком виде?
— Хм, — мать.
— Там его хотя бы выведут из этого состояния, сделают детокс до утра. Если возникнет что-то угрожающее жизни или здоровью, ему помогут квалифицированные медики. Это пока никто не пострадал от его действий. — Со значением.
— Хм.
— А если вдруг он кого-то тронет или ударит после выхода? Это будет уже напрямую ваша моральная ответственность.
— Да нет, что вы, мой муж обычно в драки не лезет никогда.
— Всякое в жизни бывает. Алкоголь делает людей непредсказуемыми, — серьёзно вздыхает Хуан. — За него, его здоровье и все его действия сейчас отвечает департамент внутренних дел города Пекина. Лян Цзиньмэй, вы даже не представляете, сколько нервов и времени тратит наше подразделение на таких людей, как ваш супруг!
— Да?
— У них с утра обломан ноготь после пьяного дебоша, а уже к обеду начинаются громкие заявления в прокуратуру о пытках и избиениях. Я знаю, что говорю. Мы потом в геморрое отписываемся, доказываем.
— Ой, а вы откуда знаете, как меня зовут? — спохватывается мать, округляя глаза.
Хуан Цзяньру открывает второй глаз:
— Вы серьёзно считаете, что я встречаюсь с парнем и не поинтересовалась, кто его родители и семья?
Мама ошеломлённо отскакивает от телефона, резко бросает взгляд на дверь моего номера, где спит До Тхи Чанг. Накрывает рот ладонью и застывает, не решаясь озвучить несущиеся вихрем в голове мысли.
— Нифига себе новости, — тихо комментирует сестра, глядя на меня с интересом.
Отвожу взгляд в сторону, чувствуя неудобство.
Далеко не всё я собирался рассказывать семье о личной жизни. Меня полностью устраивает, До Тхи Чанг тоже. И полицейская не раз подчёркивала, что пока жениха нет, она тоже не против.
Зачем ещё кому-то что-то объяснять?
— Со своей личной жизнью я разберусь сам, — обрываю тему. — Не отвлекаемся от отца, продолжаем.
— Госпожа Лян, я достаточно хорошо знаю жизнь, — вновь обращается паспортистка к матери тоном, полным снисхождения. — Я видела не только ваш персональный файл в базе данных, но и досье вашего супруга. О том, что он обожает выпить, понятно не только по его лицу, но и по карьерной лестнице. Там прекрасно указано, где он работал и какие деньги за последние двадцать лет получал. У вас же глубокая провинция, отопление небось на дровах ещё?
Мама подходит ближе, чтобы ответить прямо в камеру:
— Зимой топим углем, когда становится потеплее — дровами. Только и успеваю постоянно золу выносить из печи.
— Я прекрасно понимаю, какой досуг у такого джентльмена, как ваш муж, раз он так в самый первый день пребывания в столице отдохнул, — продолжает Хуан. — Осмелюсь предположить, что его клиническое состояние не редкость для семьи, а систематическое явление. Я всё прекрасно вижу и понимаю, не уборщицей работаю.
— Ну да… бывает такое, — потупившись, виновато признаёт мать. — Часто.
— Идём дальше. Допустим, вы его сейчас забрали из вытрезвителя домой, — рисует картину Цзяньру. — Он ещё не протрезвел, вам его отдадут пьяным и буйным. Как думаете, какой сценарий развития событий более вероятен? Он будет продолжать агрессивно отыгрываться на вас и винить во всём случившемся свою семью, или в его пьяной затуманенной голове вдруг разыграется совесть, он покорно вернётся в квартиру, ляжет спать и будет мысленно искренне просить прощения у вас и своих детей за то, сколько проблем создал?
Мы с сестрой одновременно начинаем громко смеяться. Понятное дело, второй вариант из области фантастики.
Мама, утирая предательскую влагу из уголка глаза, ещё сильнее наклоняет голову, соглашаясь с очевидным.
— Лян Цзиньмэй, вопрос можно считать закрытым? — паспортистка твёрдым тоном. — Там, где ваш муж сейчас, для всей вашей семьи самое лучшее место на данный момент. В том числе по медицинским причинам.
— Вы правы, — соглашается мама, опустив плечи. — Просто первый раз в жизни у нашей семьи проблемы с полицией, сразу подняла панику, разбудила посреди ночи сына и вас. Искренне извините за беспокойство.
— Я младше вас, но кто из нас двоих больше видел — ещё большой вопрос. Сколько всего населения в Суншугоу? Тридцать тысяч человек? За свою работу в полиции я встречала и общалась с куда большим количеством людей. А теперь позвольте дать вам совет как женщина женщине — заставьте себя уснуть любыми способами, а завтра утром посмотрите на всю ситуацию свежим взглядом. Может, вы что-то важное в своей жизни переосмыслите.
— Вы сейчас говорите абсолютно то же, что и мой сын, — кивает мать. — Ладно, хорошо, попробую. С тяжёлым сердцем ложусь спать…
— Если ваш муж сейчас к вам вернётся, да в таком состоянии, вам на сердце точно легче не станет, — хмыкает Хуан. — Вы сейчас говорите, что уснуть не можете из-за переживаний, но поверьте— с ним рядом вам тоже будет не до сна. Только сейчас хотя бы ваша дочь сможет спать в тишине и безопасности, а в противном случае… Оно вам надо? Вы взрослая женщина.
— Как же вы правы, — признаёт мать, в её голосе появляется облегчение. — Спасибо вам огромное за мудрый совет и терпение.
Она почтительно кланяется экрану.
— Обращайтесь.
— Сынок, у тебя классные девочки, — мать поворачивается ко мне. — С такими умными помощницами ты точно в жизни не пропадёшь.
Хуан Цзяньру иронично выгибает бровь, глядя в камеру.
— Рада, что вы наконец пришли к единственному правильному решению, — подводит итог паспортистка. — На этой позитивной ноте с вами прощаюсь, желаю всем спокойного сна. А вот насчёт этой интересной темы с девочкаМИ я очень хорошо всё услышала. Множественное число от единственного отлично отличаю с первого класса, Лян Вэй, это тебе. Обязательно поговорим об этом с утра. Я тебя сама наберу, будь на связи.
  
Вызов завершается. Экран гаснет.
Мысленно проклиная отца на всех языках, убираю телефон в карман халата.
  
Глава 16
 
К счастью, администратор отеля уходит быстро и не успевает услышать щекотливых подробностей личной жизни Лян Вэя. Женщина исчезает за поворотом коридора, оставляя семью наедине.