Деревенщина в Пекине 5 (СИ)

— Да как ты смеешь условия ставить⁈ — возмущается старший лейтенант.
— Конечно же Япония, — непринуждённо, словно выбирая блюдо в ресторане, отвечает Чэнь Жуйсюэ, заглушая своим спокойным голосом возмущённые возгласы полицейских коллег.
— Не могли бы вы оставить нам контактные данные дарителя для проверки? — аналитик Лу вежливо протягивает мне блокнот и дорогую шариковую ручку.
  
— Её имя — Цукиока Ран, гражданка Японии, — чётко озвучиваю вслух, параллельно записывая иероглифы. — Она подарила мне эти деньги наличными купюрами во время моего визита в Токио. Я провёз их в Пекин в обычном чемодане.
— Почему не задекларировал сразу на таможенной границе? — бросает капитан.
— Когда я вылетал из Китая в Японию, таможенники спросили меня, вывожу ли я крупную сумму денег за границу, — терпеливо объясняю. — Но когда я вернулся обратно в Пекин, абсолютно ни одного вопроса от сотрудников таможенного контроля не последовало. Они вообще ничего не спрашивали про деньги. Мне что, угадать нужно было? Со мной такая ситуация произошла в первый раз в жизни. Я не знал, что такие суммы обязательно нужно декларировать именно на таможенном посту. Никакого злого умысла или намерения нарушить закон с моей стороны не было — я задекларировал их в банке в установленный законом тридцатидневный срок. Ещё вопросы будут?
* * *
Видя, как представители Центра финансового мониторинга и противодействия отмыванию денег заполняют необходимые документы на планшете, капитан Чжан недовольно цокает языком, молча открывает дверь и выходит со своими угрюмыми коллегами из апартаментов, даже не попрощавшись, оставив дверь открытой.
— Вопрос полностью исчерпан с нашей стороны, — достаточно громко объявляет Чэнь Жуйсюэ, чтобы удаляющаяся по коридору троица полицейских всё отчётливо слышала. — Вот наш официальный акт об отсутствии претензий — вы получите его в электронном виде в течение сорока пяти минут на портале государственных услуг.
— Административный штраф в размере шестидесяти двух тысяч юаней за перерасчёт ввезённых средств вы можете оплатить сразу после того, как вам разблокируют полный доступ к банковскому счёту и переводам, — дополняет старший аналитик Лу Лянхуань. — Счёт для оплаты будет автоматически ждать вас там же, в личном кабинете.
— У меня вопрос, — обращаюсь, пока есть прямая личная возможность. — Что делать, если я сейчас активно раскручиваюсь и такие крупные платежи вполне могут стать регулярными? Ждать ваших визитов к себе три раза в месяц? Дайте, пожалуйста, совет добросовестному гражданину.
Чэнь Жуйсюэ улыбается доброй материнской улыбкой (занятные ощущения):
— Хотите совет от человека, который двенадцать лет в системе?
— Почту за честь.
— Если вы планируете свои финансовые потоки хотя бы на три месяца вперёд, не поленитесь и внесите налоговый аванс. В крайнем случае вы всегда сможете ПОТОМ вернуть эти деньги обратно, если доходы не материализуются.
— Хм.
— Укажите в декларации, что ожидаете поступлений как индивидуальный предприниматель либо самозанятый, ведущий деятельность за рубежом. И вот когда вы эти налоги внесёте авансом заранее, а потом спокойно задекларируете полученную сумму, в вашей кристальной добросовестности даже тени сомнения не возникнет.
— Интересная мысль, — задумчиво произношу.
Она наклоняется вперёд и доверительно сообщает:
— Я вам по секрету сообщаю именно что операционные настройки системы. Объяснить?
— Конечно! Если можно.
— Больше всего подозрений возникает в сторону потенциально незаконной криминальной деятельности. Человек, который заблаговременно задекларировал налоговым органам, что ему в течение квартала может прийти полмиллиона долларов — он заранее РАСКРЫЛ ФАКТ ПОСТУПЛЕНИЯ. Выставил на всеобщее обозрение. Обнародовал. Предал гласности. Сорвал все и любые тайные покровы. АВАНСОМ.
— Хм.
— Этот человек кто угодно, только не торговец наркотиками, не иностранный шпион и не подрывной элемент — потому что у этих сфер деньги любят тишину. По одной простой причине: их сразу берут в работу параллельно пять структур. Налоговый аванс — это очень громкая заявка, которую перечисленные категории недобросовестных физически не могут себе позволить. Никакой, к примеру, шпион, по определению не будет выскакивать, фигурально, в свет юпитеров и размахивать руками — посмотрите на меня внимательно, вот он я.
— Дошло. А ведь на поверхности лежало…
— Я ответила на ваш вопрос?
— Спасибо огромное за ценный совет! — искренне кланяюсь в знак глубокой признательности. — Благодарен вам по гроб жизни! Я ваш должник.
* * *
Интерлюдия.
— Честно говоря, я уже не знаю, что с ними обоими делать, — с нескрываемой усталостью жалуется налоговик отцу Ван Япин по телефону. — Это уже выходит за все рамки! Прекрасно понимаю, что и моя собственная вина в этой ситуации немалая. Я пытался поговорить с сыном, вразумить его, достучаться до остатков здравого смысла, но у него будто собственной головы на плечах не осталось. Им баба вовсю крутит, как марионеткой. Раз уж так получилось, и они всё-таки решили быть вместе, пожалуйста, попробуй повлиять на свою дочку? Муж и жена — одна сатана. Извини, что прошу об этом, но мой сын совсем дураком стал. Раз твоя дочь так им командует, может быть, с ней будет легче договориться?
Продолжая слушать обеспокоенный голос собеседника в динамике телефона, Ван Мин Тао ещё раз прокручивает присланное будущим зятем видео на экране рабочего ноутбука. В тот момент, когда Япин демонстративно указывает пальцем на Лян Вэя, требуя от бойфренда разобраться с ним, бизнесмен ставит воспроизведение на паузу и пристально всматривается в застывшее изображение озлобленного лица дочери.
— Ты прав, — тяжело вздыхает Ван Мин Тао. — С каждым днём ситуация становится только хуже. Признаюсь, я уже начинаю уставать от этого бесконечного цирка и разборок.
— Понимаю, но если не вмешаться сейчас, то потом будет поздно, — продолжает настойчиво бить тревогу Хоу Усянь. — После свадьбы твоё отцовское влияние на неё окончательно ослабнет и сойдёт на нет. Репутация? Да чёрт с ней, мне всё равно скоро уходить на пенсию. Я переживаю за другое.
— За что именно?
— У Сяо Ши скоро должен родиться сын. Я уверен, что она говорит чистую правду, и это действительно мой биологический внук. Пока Хоу Ган упорно открещивается от них двоих и не признаёт ребёнка, но когда мы сделаем ДНК-тест, искренне надеюсь, ситуация изменится к лучшему. И я очень серьёзно переживаю, что твоя дочь и мой сын могут возненавидеть малыша, который ни в чём не виноват. Всё, что я хочу — это спокойной старости в кругу детей и внуков. Уверен, ты тоже.
— А кто не хочет, — с тоской в голосе отвечает бизнесмен. — Хорошо, я тебя понял. Сделаю со своей стороны всё возможное.
— Спасибо, дорогой сват. Кому как не нам направлять детей в правильное нравственное русло. К сожалению, я лично свои ресурсы исчерпал — твоя дочь в их паре верховодит, а на неё у меня никаких рычагов по определению.
Закончив тяжёлый разговор и положив телефон на письменный стол, Ван Мин Тао ещё несколько раз пересматривает видео с разных ракурсов, которые уже успели распространиться по интернету. С каждой прожитой секундой просмотра чувство глубочайшего разочарования в дочери неумолимо возрастает, наполняя душу горечью.
Несмотря на многочисленные гневные комментарии пользователей интернета в сторону сына налогового инспектора, его собственную дочь разъярённые хейтеры тоже не обошли стороной. Ведь именно с её прямой подачи, по её требованию всё это произошло на глазах у сотен свидетелей.
  
Правильно говорят: отцы долгим трудом кормятся, а дети горстями всё растрачивают.
Всю репутацию, которую он заслуживал и выстраивал долгие десятилетия упорного труда, очень легко бесповоротно потерять в один момент. Например, в ходе одной публичной драки или скандала.
Ван Мин Тао мысленно возвращается к недавнему инциденту. Если бы он тогда не оказался рядом с дочерью в нужный момент и Япин успела бы ударить беременную девушку во время открытия мясного магазина на глазах у сотен потенциальных клиентов, новость мгновенно разлетелась бы по социальным сетям. Люди начали бы массово бойкотировать магазин просто потому, что дочь владельца отвратительно себя ведёт. А сама Япин моментально вылетела бы из университета, закрыв навсегда дорогу в лучшие заведения страны.