Измена. Сегодня меня бросят (СИ)

— Привет, — только говорю я.
На большее сил у меня пока не хватит.
С трудом удалось себя заставить выползти хоть на чашку кофе с подругой. Да и то… если бы не психолог, я бы вряд ли нарушила свое уютное затворничество.
Наташка пододвигает ко мне кружку, наливая ярко-оранжевую жидкость из большого стеклянного чайничка.
— Заказала твой любимый, облепиховый.
— Спасибо.
  
Делаю несколько глотков, оглядываюсь по сторонам.
Мы часто с Наташей в этой кофейне встречаемся.
Она находится в центре города, в уютном ресторанном квартале среди других авторских заведений.
Подруга чай не признает. Как и всегда, она пьет кофе. На сей раз это что-то очень похожее на латте с какими-то особыми добавками.
— Белый шоколад и маршмеллоу, — усмехается она, проследив за моим взглядом.
— Новый вкус?
— Ты стрелки не переводи, — она наклоняется ко мне, даже чуть приподнявшись на попе. — Твоя мать все уши моей прожужжала о вашем разводе с Кирсановым.
О, Господи…
Наши мамы дружат с самого детства. Они даже родили нас почти одновременно. Так и получилось, что мы с Наташей всю жизнь вместе. Детский сад, школа, университет…
Только Наташа любимая жена и счастливая мама, а я…
— Как быстро все вскрылось.
Впрочем, чему тут удивляться?
Ангелина всегда любила «почесать» языком.
— Вы разводитесь⁈ — ахает подруга.
Вдох — выдох…
— Похоже на то, — заторможенно отвечаю. — Жить с Русланом я точно больше не буду. Только вот он не хочет давать развод.
— Что у вас произошло?
А как это нормально объяснить? Как это вообще можно объяснить⁈
— Обычное дело, — пожимаю плечами. — Он мне изменил.
И без того огромные зеленые глаза Натали округляются. Она падает на свое место, удивленно хлопая ресницами.
— Козел! — выносит вердикт лучшая подруга. — Надо что-то делать, Маша!
— Что, например?
— Русланчика предлагаю кастрировать, — мстительно усмехается она. — А эту швабру… ты, кстати, знаешь, кто она? В общем, неважно, но я бы повыдирала жабе этакой все лохмы!
— Ангелина.
— Чего? Сестра твоя тут каким боком?
Прямым!
Своим идеальным фигуристым боком!
— Ну вот…
— Твою бабушку! — Наташка прижимает руки к щекам. — Ты серьезно?.. вот стерва, а⁈
Мягко сказано.
Чувствую, что глаза снова начинает от слез щипать и прячу лицо от подруги, чтобы не разреветься прямо перед ней.
— Ну не надо, — Наташа накрывает мою руку своей. — Не стоят они твоих страданий.
Пытаюсь дышать, найти островок спокойствия где-то глубоко внутри.
— Я знаю.
Допиваю свой чай, наливаю еще одну кружку.
Подруга все это время смотрит на меня, явно переживая за мое душевное равновесие.
— Она всегда была гадиной, — шипит сквозь зубы Наташа. — И Руслан этот… газлайтер чертов.
— Он…
— Ой, давай без этого? — отмахивается Наташа. — Не вздумай защищать его.
Собираюсь ответить ей, что и в мыслях такого нет. Ведь я уже и без того достаточно унижена. Куда ниже падать?
Но, оказалось, что дна я еще не достигла. Оно было совсем рядом…
Потому что нас прерывает телефонный звонок. Внезапный, пугающий, от которого внутри все дрожит.
На экране моего смартфона отображается надпись «мама» и ее фотография.
Пришла беда, откуда не ждали…
  
Глава 12
 
Давай поговорим
 
/Маша/ 
Между мной и мамой изначально зародились довольно странные отношения.
Кажется, что всю свою жизнь я только и чувствовала, как по-разному любит родная мама двух своих дочерей.
С Ангелины чуть ли не все пылинки сдували. Любой каприз выполняли и носились с ней, будто с писанной торбой. Собственно, так до сих пор и происходит.
Мной же вечно маменька оставалась недовольна. В независимости от моих успехов и неудач.
В детстве и юности я из-за этого очень сильно переживала. Копалась в себе, искала причины, старалась быть хорошей дочкой. И вот он, результат…
— Здравствуй, мама.
Не имею никакого желания сейчас говорить с ней.
Но если проигнорировать звонок родительницы, будет только хуже.
Наша с подлой предательницей Линой мать — настоящая Железная Леди. Несгибаемая, черствая, как старый сухарь, упрямая, циничная, напрочь лишенная чувства такта и этики, с крайне паршивым характером женщина.
Отличная новость: я по всем показателям пошла в папу.
Родители поженились рано. Да и на свет я появилась, когда отцу было двадцать, а матери девятнадцать. Согласитесь, еще совсем зеленые. Сами дети малые. Я в этом возрасте практически в куклы играла…
Именно на это и списывала холодное отношение мамы к себе.
Ей приходилось получать образование, строить карьеру параллельно с воспитанием ребенка. Впрочем, мной в основном бабушка с дедушкой занимались. Вот кто во мне души не чаял!
— Заеду к тебе через час, — привычным деловым тоном сообщает мне.
Наташа морщит лоб, вслушиваясь в наш милейший диалог.
А мне больше всего на свете хочется сбросить вызов и отключить телефон от греха подальше.
Все-таки зря я проявила слабость и ответила… бес попутал!
— Не уверена, что через час буду дома. Давай увидимся в другой раз.
— Нет, — в ее голосе ясно слышатся стальные нотки. — Нам незамедлительно нужно встретиться, Мария. В нашей семейной ситуации время — это непозволительная роскошь.
В нашей⁈
Интересно как получается.
— Я правильно понимаю, что ты на стороне этой гадюки?
И совсем не удивительно.
Наташка поднимает вверх большой палец правой руки, выказывая свое одобрение.
Сама подруга, конечно, давно бы послала мою дражайшую матушку в дальние дали, а вернее, в трехдневное эротическое путешествие по известному маршруту.
— Ты не о том думаешь, — почти представляю как лицо матери искажается от обыкновенной и свойственной Каролине Михайловне Уваровой надменной ухмылки. — Вместо того, чтобы по-детски обижаться…
О чем толкует эта безумная Яжемать⁈
Я бы посмотрела, если бы ее сестра поступила подобным образом! Моей маме просто несказанно повезло, что она единственный ребенок в семье.
Как вообще женщина… любая женщина может принять обратную сторону? Сторону любовницы!!!
В моей голове такое не укладывается.
— Знаешь, я не хочу с тобой обсуждать свою личную жизнь, — слишком резко для самой себя произношу я. — Пока, мам.
После чего тупо скидываю звонок и включаю режим «в самолете».
Боже, а ведь мы с Русланом еще даже не развелись!
Представить страшно, что дальше меня ждет.
Отец, когда узнает, то его вообще удар хватит. У папы и без того сердце слабое. Он сейчас в Швейцарии на ежегодном обследовании…
— Горжусь тобой, — тепло улыбается мне подруга. — Может, по этому случаю закажем что-нибудь с пузырьками?
— Прости, — качаю головой. — Я только закончила курс гормональных, впереди еще анализы. Надо пока воздержаться от напитков покрепче.
ЧЕРТ.
ЧЕРТ! ЧЕРТ! ЧЕРТ!
Только теперь до меня доходит…
Ведь все это мне больше не надо. По крайней мере, не с Русланом.
Ни лекарства, ни анализы в бесконечных попытках забеременеть от любимого мужчины.
Потому что нет у меня… нет у меня любимого мужчины, который бы стоил того, чтобы родила ему сына или дочку.
Пусть я не могу выкинуть его из жизни за несколько дней, разлюбить его, но… я ведь и остаться с ним не могу.
Не хочу!
Не после всего того, что произошло.
У меня гордость есть!
— Ты в порядке? — озабоченно спрашивает Наташа.
— Да, — тяжело вздыхаю и принимаюсь растираясь виски пальцами. — Мы же ребенка хотели, я из клиники не вылазила, а теперь вот…
МЫ ХОТЕЛИ.
Как не горько признавать, но я ошибалась и на этот счет.
  
— Скотина! — недовольно щурится подруга. — А я тебе говорила! Еще в универе его скользкую сущность заприметила.