Босс-альфа для помощницы с тайной (СИ)

Я смотрю в её большие светлые глаза. Она очень похожа на Валю. И не только внешне. Её взгляд дерзкий, даже несмотря на некоторую опаску. И я ошибся, она совсем не наивна. Кажется, что Юля знает и понимает о жизни не меньше, чем любой взрослый.
— Что ж… Наверное, я должен извиниться, что ввёл тебя в заблуждение. Я просто не знал, под каким ещё предлогом вызвать тебя на разговор.
  
— Как насчёт сказать правду? — Юля неприятно щурится.
— Правду? Ну, ладно, — киваю я. — Как много ты знаешь о своём отце?
Замечаю, как она напрягается. Альфа позади неё со звоном опускает чашку на блюдце. Исходящие от него агрессивные феромоны усиливаются. Посетители-оборотни начинают нервно оборачиваться.
— Я ничего о нём не знаю, — холодно отвечает Юля. Всё больше в её голосе я улавливаю нот из речи Валентины. — И, честно говоря, не особо хочу узнать что-либо.
— Почему? — спрашиваю я удивлённо.
— В детстве я очень хотела встретиться с отцом, — отвечает Юля задумчиво. — Мне хотелось верить, что он крутой и классный. Но чем старше я становилась, тем чаще приходила к мысли, что нам лучше вообще не встречаться. Мне недавно исполнилось двадцать. Я взрослая девушка. У меня своя жизнь, свои интересы и круг общения. Я счастлива и довольна собой. Полагаю, что мой отец, если он не пропащий, находится примерно в том же положении. А если всех всё устраивает, то нам нет смысла пересекаться.
— Но как же? — я растерянно пытаюсь собрать мысли. — Разве тебе не хочется, чтобы твоя семья, наконец, стала полной?
— Моя семья полная, — отвечает Юля, едва заметно улыбаясь. — А с биологическим отцом у нас нет ничего общего. Мы не можем ничего дать друг другу.
Дрожь раздражения прокатывается по спине. Она вообще понимает, что несёт? Нечего дать друг другу? Это ей с её жалкой мамашей нечего мне дать! Я же могу озолотить их обоих, сделать так, что они до конца своей жизни будут купаться в роскоши!
— Ты ведь даже не знаешь, кто твой отец! — произношу я, изо всех сил сдерживая злость.
Юля вздрагивает, а затем нервно прочищает горло. Испугалась наконец-то. И правильно. Меньше будет нести всякий бред!
— Я очень надеюсь, что это не вы, Артур Владимирович. В противном случае я перестану вас уважать, — произносит знакомый голос за спиной Юли.
Я поднимаю глаза и вижу озлобленную физиономию Егора Васильева, племянника Геры. Осознаю, что он и есть тот альфа, с которым пришла Юля. Как ни досадно, но ему удаётся застать меня врасплох. Я спрашиваю самого себя, что связывает этих двоих.
— Думаю, нам стоит закончить на этом, — произносит Юля и поднимается.
Егор берёт её за руку, и они уходят. Я начинаю тихо ненавидеть семейство Васильевых. И почему они вечно вмешиваются в мои дела?!
  
Часть 7 «Напуганные и упрямые»
 
Глава 19
 
Георгий
Егор влетает в дом будто ошалелый, и хлопает входной дверью так, что дрожат стёкла в витражном окне холла. Я отрываюсь от уведомления на консоли умного дома и бросаю на него настороженный взгляд. По тому, как он резко скидывает куртку и, не глядя, бросает её на спинку кресла, я сразу понимаю, что что-то случилось. Не припомню, чтобы когда-нибудь прежде видел его таким злым. На мгновение меня накрывает странное чувство дежавю. Я, грешным делом, начинаю перебирать в голове, что мог сделать не так. Это происходит машинально, без всякой логики. Слишком уж он сейчас похож на своего отца, моего старшего брата, в те редкие моменты, когда тот выходил из себя.
Егор проходит мимо и на секунду замирает у подножия лестницы.
— Что это с тобой? — спрашиваю я, поймав его взгляд.
— Ничего! — отвечает он холодно и тут же отворачивается, направляясь наверх. — Это тебя не касается.
От этих слов мне становится не по себе. Почему-то кажется, что всё совсем наоборот. И как раз меня его проблемы касаются в первую очередь. Приходится прибегнуть к помощи феромонов и немного повысить голос — не резко, но достаточно, чтобы он почувствовал приказ.
— Егор! Немедленно объясни, что происходит! — кричу я ему.
Племянник вздрагивает всем телом и останавливается. Несколько секунд он стоит спиной, сжав плечи, потом нехотя разворачивается и подходит ближе. Сейчас он напоминает щенка, что получил взбучку от старших: злость ещё не ушла, но поверх неё уже проступает растерянность. Такова реакция на приказ доминантного альфы.
— Что происходит? — спрашиваю я уже чуть спокойнее.
Он некоторое время молчит, упрямо сжав губы. Я даже невольно поражаюсь его выдержке. Неужели он так сильно хочет сохранить свой секрет? Или дело вовсе не в секрете?
— Кажется, Юля теперь знает, кто её отец, — отвечает Егор, будто каждое слово даётся ему с усилием.
В этот момент я понимаю, что вовсе не свой секрет он пытался сохранить. Мысль об этом оседает тяжёлым грузом где-то внутри. Я перебираю в голове варианты того, что могло случиться, и почти сразу один из них выделяется слишком чётко. Почему-то я почти уверен, что в этом замешан Артур.
— Ахмедов приходил к Юле? — предполагаю я задумчиво.
Егор удивлённо вскидывает брови, будто я только что явил ему чудо предвидения.
— Откуда ты знаешь? — спрашивает растерянно.
— Ну, так уж вышло, что я стал свидетелем его встречи с Валентиной Сергеевной в офисе, — отвечаю я хмурясь. — И там даже без слов было очевидно, что их связывает неприятное прошлое. Но Артур меня удивил, мне казалось, он не посмеет действовать в открытую. Что именно он хотел от Юли?
Егор вздыхает и обречённо падает на диван. Потом подтягивает колено к груди и нервно закусывает ноготь на большом пальце — привычка, оставшаяся ещё с подростковых лет.
— Спрашивал, что она знает об отце, — произносит он, глядя куда-то в пустоту. — Я с первого его звонка знал, что что-то тут нечисто. Пытался отговорить Юлю идти на эту встречу. Но она упрямая как не знаю кто!
Про себя я невольно усмехаюсь. Думаю о том, что я как раз знаю, как кто. Валентина тоже, если вобьёт себе что-то в голову, то не отступится. Но именно в этом и заключается её сила. Она никогда не бросает начатое на полпути, и именно поэтому на неё можно положиться.
— Значит, Артур рассказал Юле правду? — предполагаю я.
— Вообще-то, нет. Юля просто не дала ему такой возможности, — Егор даже усмехается. — Она сразу дала понять, что ей тема отцовства неинтересна. Но Артур Владимирович сильно разозлился.
— Не дала, говоришь? — я тоже усмехаюсь невольно. — А эта твоя Юлька — забавная девчонка. Саданула Артуру по самому чувствительному месту — по самолюбию.
— После встречи Юля сказала, что в порядке, но я вот что-то не уверен в этом, — Егор кусает губы. — Я проводил её до дома и хотел побыть с ней немного. Но она выставила меня за дверь.
Он снова тяжело вздыхает и возводит глаза к потолку.
— Дай ей время, — произношу я ободряюще, хотя сам не до конца уверен в своих словах. — Ей о многом нужно подумать. Возможно, поговорить с мамой. Наберись терпения, очень скоро она позвонит тебе.
— Думаешь? — он смотрит на меня с надеждой.
Я киваю.
— Просто поверь моему опыту.
Племянник поднимается с дивана и идёт в сторону кухни. В дверях он оборачивается и, не глядя мне в глаза, произносит:
— Спасибо. И извини, что как дурак повёл себя.
— Бывает, — я усмехаюсь и пожимаю плечами. — Мне не привыкать.
Егор закатывает глаза и скрывается из поля зрения. Его-то я успокоил, а вот сам продолжаю переживать за Валентину. Эта мне точно не позвонит. Я даже не знаю, в порядке ли она. После той встречи с Артуром в ресторане она совсем замкнулась в себе. Даже не грубит мне, что совсем на неё не похоже.
  
Я тяжело вздыхаю и ухожу к себе в кабинет. Нужно ознакомиться с квартальным отчётом, что прислал финансовый отдел, но цифры и графики сейчас кажутся бессмысленными. Вместо этого я думаю, что могу сделать для Валентины и Юли.
Хоть Артур был моим другом с университетских времён, я совершенно не понимаю, чего он прямо сейчас добивается. Что бы ни было между ним и Валентиной в прошлом, сейчас Артур женат, и бизнес его семьи сильно зависит от инвестиций тестя. Любой другой нормальный человек на его месте сделал бы всё, чтобы Ольга не прознала про его «тёмное прошлое». Тем более что сама Валентина не намерена выдвигать обвинений. Всё, чего она хочет, — чтобы её с дочкой оставили в покое.