В оковах семейной клятвы (СИ)

Динара заливается звонким смехом, от чего слезы катятся по ее щекам, но теперь они не несут грусть.
- Они точно могут. Эти мальчики никогда не любили делиться своим. Сколько их помню…, что в песочнице, что сейчас. Если это принадлежит им, то всё, хоть ты тресни, но не тронь.
Веселье быстро улетучилось из меня. На место неё пришло волнение. Что произойдет, если Рамир узнает о моих чувствах к Яну? Если я раньше предполагала, что у него есть кто-то на стороне, и я смогу без проблем встречаться с Яном, а мужу будет все равно, то теперь всё начинает сходить на «нет». Рамиру нужна я, только я одна. Запутанные чувства терзают меня, разрывают. Я не хочу предавать Рамира, но мое сердце все еще рвется к Яну. Мне нужно увидеть его, увидеть и принять для себя окончательное решение.
    
Глава 10
 
Я припарковал тачку возле бойцовского клуба и вошел внутрь, где сразу нашел на наших диванах Яна. После того, как брат с Джурой уехали, здесь стало слишком пусто. Наши парни тренировалась на рингах. Пестов, сидевший за баром махнул мне рукой в знак приветствия и вновь опустил глаза на бумажки. Скорее всего разбирался со ставками на бои, как и всегда.
- Что у нас с поставками? – пожал я руку Яну. – Яров уже рвет и мечет.
- Товар лежит на складах и пылится. Мусоров наглых много уж развилось. Слишком рискованно отправлять его сейчас.
Я взял пачку сигарет и, достав одну, закурил, удобно размещаясь на диване.
- Повылазили черти из своих коморок.
- Наш человек доложил, что после перестрелки с иностранцами, прокуратора Москвы начала наших ментов душить проверками. Этим пришлось высунуть морды из кабинетов и начать работать.
- Работники чертовы. – усмехнулся я. – Доработаются когда-нибудь.
- Думаю, что стоит переждать некоторое время, пока все не уладиться.
- Время-деньги, Ян. Мы и так кормим завтраками наших клиентов. Нужно сжать яйца и отправить первую поставку.
- По нашим прежним маршрутам?
- Да. С мусорами договорюсь, - вдохнул я успокаивающий никотин. – Москвичи пусть продолжают кидать свои заявы. Местные менты все равно едят с нашей ложки. Они же не посмеют откусить руку, которая их кормит?
Ян кивнул.
- Тогда я сообщу парням, чтобы грузили первую партию по машинам.
- Сделай.
Пока друг разбирался с поставками, веся на телефоне, я подошел к Пестову. Мужик оторвался от бумажек и поднял глаза на меня.
- Виски?
- Я за рулем.
Я уловил, как его взгляд опустился на мои пальцы, на одном из которых было обручальное кольцо.
- Хочешь себе такое же? – усмехнулся я.
- Упаси. Я уже по молодости добровольно залез в клетку брака. Сколько нервов себе потрепал. Вон, волосы седые все, хоть мне даже сорока нет.
С Мишей я не был близок. Он являлся доверенным человеком Джуры, но все же отказался ехать за ним в город. Я решил назначить его главным в нашем клубе, так как мы с Яном были слишком загружены другим дерьмом. Если раньше он только занимался ставками, то теперь полностью владел этим заведением.
- Не знал, что ты в разводе.
- Два года убил на это дерьмо и остался ни с чем, - он сделал жадный глоток со своего стакана. – Бабы влюбчивые существа. Они могут полюбить по щелчку пальцев и также разлюбить. Мы же не такие. Вон, посмотри на своего брата. Как только нашел свою королеву, то даже глаз на других не косит. Тут главное следить за своей женщиной, а то будет тебе потом сюрприз, в виде чужого ребенка. За примером далеко ходить не надо.
- Яров, - перебил я его. – Да, я помню. Но из-за чего ты развелся?
- Кто бы, что бы не говорил про доверие…, измены были и будут. Но изменять можно по-разному. Если только физически, то хер с этим, но, когда душевно, когда душа рвется к другому человеку, то ничего ты с этим поделать не сможешь. Хоть волосы рви на себе. Человека не удержать. Вот и я не удержал свою женщину. Изменила бы она мне только физически, я бы её простил. Как говорят: любовь все прощает, но между нами не было уже этой гребаных чувств. Я потерял её, не уследил. Она полюбила другого и ушла к нему.
Я кивнул ему, давая понять, что услышал. Затем схватил его бутылку виски и закрыл, возвращая на полку к остальным бутылкам. Мужик хотел возмутиться, но я заставил его замолчать жестом руки.
- Больше никакого алкоголя в рабочее время. Мне нужно, чтобы вы зарабатывали бабки, а не пускали здесь сопли, - прищурился я, грозным взглядом проходясь по Пестову.
- Хорошо вжился в роль босса, - усмехнулся мужик, возвращаясь к своим бумагам.
Я пропустил его слова мимо ушей и вернулся к Яну, который уже закончил болтать по телефону.
- Все готово. Завтра машины будут готовы к отправке.
- Я сообщу об этом брату. Он встретит их, - произнес я.
- Если тут все, то поехали в «Ягода». Там молодёжь ночью устроила переполох. Бершев хочет переговорить с тобой.
Я сел в свой вымытый до блеска «Ягуар». После того, как моя женушка решила поторопить меня с покупкой новой тачки, я загнал на ремонт свою малышку и приобрел внедорожник. Всю зиму я прокатался на нем. Он был более просторней, но чертовски неповоротлив. Моей радости не было придела, когда снег растаял и я смог вернуться за руль моей крошки.
Решив вопросы с ночным клубом, и проконтролировав, как идут дела в казино, я вернулся домой. На пороге мне в нос ударил сладкий аромат, который так и манил к себе. Разувшись, я направился на кухню, пока наконец-то не нашел источник запаха. В духовке пеклось что-то чертовски вкусное.
- Ой, ты уже вернулся?
Обернувшись, я столкнулся с прекрасными глазами Лилит, которые манили к себе своей таинственной темнотой.
- Соскучилась? – растянулся я в ухмылке. Жена сразу же нахмурилась, и я понял свою ошибку. Это девушка не такая, как мои прежние приятельницы. Пошлые шутки ей будут непонятны или или вовсе отталкивающими. – Я решил раньше закончить, чтобы скорее вернуться к тебе.
- Пирог еще не готов. – словно пропустив мои слова мимо ушей, она подошла к духовке и заглянула в неё. – Еще пол часа. Ты говорил, что приедешь к девяти, поэтому я решила не спешить, чтобы ты застал пирог теплым.
Пока она говорила, я зашел за её спину и стянул с её головы платок. Она рефлекторно потянулась за ним, но я спрятал головной убор за собой.
- Что ты делаешь? – удивленно спросила Лилит, косясь на меня осуждающим взглядом.
- Ты дома. Зачем тебе покрываться?
- А если кто-то из мужчин зайдет?
- Сюда никто не войдет без моего разрешения.
Я промолчал о том, что мне вообще все равно, если кто-то увидит мою жену с распущенными волосами, но видимо для Лилит это важно, поэтому я не за что не допущу, чтобы теперь в дом кто-то зашел, не спросив меня.
- Я хочу видеть твои шикарные волосы, Лили, - промурлыкал я, и снял заколку с её голову, распуская волосы, но девушка быстро выхватила свой крабик из моих рук.
- Это неправильно. Мне некомфортно. Отдай, пожалуйста, платок, - протянула она мне ладонь, прося свою вещь обратно.
Я тяжело вздохнул, но все же вернул платок жене. С этим еще нужно поработать.
- В ваш дом могли зайти чужие мужчины? – спросил я, наблюдая, как она закалывает волосы.
- Да. К папе приходили его коллеги. Они часто проводили совещания в нашей гостиной.
Казибеев владел несколькими магазинами в нашем посёлке, и некоторая доля рынка также принадлежала ему. Но, как и все предприниматели, он находился под нами.
- Видимо он не умеет разделять работу и дом.
Лилит промолчала на моё замечание в сторону ее отца и вернулась к уборке кухни.
- Я приму душ и спущусь, - сообщил я ей.
  
Поднявшись в комнату, я сначала позвонил брату и оповестил его о поставках.
- Если менты начнут наглеть, то придется идти на крайние меры.
- Это на какие еще? – спросил я, снимая с себя кобуру и кидая на кресло.
- Яров думает позвонить Розину. Тот уже знает там местных мусоров. Надавит на пару человек, и те от нас отвалят.