Новое начало (СИ)

Существует поверие, говорящее о том, что когда глаза будут полностью покрыты слюдой — человек умрет. Чем более мутные глаза, тем ближе смерть к человеку. Правда или нет — никто не этого не знал. Но кто-то в это даже верил…
— Стабильно, как же она ещё… — тихо проговорил мужчина с болью в сердце. Девушка, что сейчас лежала в криокапсуле, была ему как дочь.
— Скажите, нет ли какого-нибудь способна… — я задумался. — Способа не то чтобы её вылечить, а спасти иначе? Может можно заменить тело? Пересаживают же тела, голову на другое и всё.
Врач усмехнулся.
— Пересаживают. Только это не наш случай. Болезнь поразила всё её тело. Пересадка даст отсрочку, ещё лет пять, а затем болезнь из головы вновь полностью разрастется на всё тело. Это не имеет никакого смысла. Не говоря уже о рисках.
«Ну да…»
— Что ж… Жаль. Тем не менее, я буду навещать её. Возможно однажды придет какая-нибудь мысль. Или мне, или вам. В любом случае, даже если это будет околонаучным и на грани фола — вы скажите мне, ладно? Я хотел бы дать ей шанс выжить.
Доктор кивнул. Было видно, что он сдерживает слёзы.
— Держитесь, док.
Я легко сжал плечо мужчины, после чего развернулся и направился прочь. Я снова посетил Фейт. Клаустрофобию. И снова мой мозг ныл от задачи, у которой нет решения. Пока что нет. Я дам ей жизнь. Новую жизнь. Нужно лишь понять, как…
В игру я вернулся часа через четыре, когда в реальном мире солнце уже начинало клониться к закату, а в виртуальном занимался рассвет. В этот раз анализ организма занял меньше времени — капсула делала полный анализ организма оператора раз в определенный период, а не при каждом заходе, что экономило время. Ко всему прочему, устройство отслеживало состояние организма в процессе погружения, что выступало дополнительной страховкой.
Открыв глаза, потянулся и только затем сел на постели. Тело было полно сил. Вампирский голод отсутствовал. Чудненько! Было бы неприятно, если бы моему организму приходилось пить кровь каждые четыре-пять часов.
Покинув комнату, спустился в зал. Дородная трактирщица, всё также натиравшая деревянные кружки, поприветствовала меня кивком головы. Я положил ключ от комнаты на стойку.
— Чевой-т изволите, вашбродь? Кашки? — участливо поинтересовалась она.
Сверился с ощущениями организма. Выходило, что моему телу в принципе обычная еда не вредна. Кивнул женщине:
— Да, кашу, морс. Ещё спросить кое-что хотел.
— Да? Что-то ещё хотите?
— У вас в деревне продается какой-нибудь скакун? Простая лошадка вполне подойдет.
Трактирщица улыбнулась:
— Ну как это не продается, вашбродь! Конечно продается! Сейчас изволите посмотреть себе лошадку аль потом, как откушаете?
— После еды, — вежливо улыбнулся.
Так как зал был пуст, я уселся за ближайший столик.
— Ариадна, девочка моя! — громко завопила трактирщица, заставив меня поморщиться. — Быстро морса господину налила!
— Бегу, матушка! — раздался в ответ девичий голосок из помещения за стойкой.
«Ой…» — только и успел подумать, на всякий случай сразу накинув капюшон и уставившись в столешницу.
Выскочившая из подсобного помещения за стойкой спасенная вчера девушка быстро кинулась исполнять указание матушки. Она поставила передо мной запотевший глиняный кувшин холодного морса, деревянную кружку… и только потом заметила, кого обслуживает. Ойкнув, Ариадна нерешительно замерла рядом. Начала мять подол фартука, видимо намереваясь что-то сказать. Я продолжил смотреть в столешницу, делая вид, будто очень занят и размышляю о вечном. Вздохнув, она сказала что-то вроде:
— Сейчас остальное принесу!
И убежала.
«Лишь бы не сдала, что я вампир. А то тут упырей не любят, как я понимаю…»
Еще через пару минут мне принесли тарелку наваристой каши. Девушка больше ничем не выдала, что узнала меня. Перекусив, отнес посуду на стойку, заслужив благодарный взгляд дородной трактирщицы.
— Ну что, лошадку изволите посмотреть?
— Да, хотелось бы…
— Ариадна! — снова завопила трактирщица. В правом ухе у меня зазвенело.
«Шо ж так громко-то, а…»
  
— Покажи господину лошадку на продажу! И поживей!
Уже обращаясь ко мне:
— Пол серебрушки!
— Хорошо! — раздался голосок из подсобки. Выскочившая из подсобки девушка снова пристально посмотрела на меня, затем покосилась на матушку. Ничего не сказав, она вышла из-за стойки и вежливо произнесла:
— Господин, следуйте за мной!
И не дожидаясь ответа направилась к выходу.
Быстро отсчитав требуемое, — благо вчера трактирщица дала мне горсть медных вперемешку с серебряными — я положил на стойку и устремился вслед за быстроногой девчонкой, попутно размышляя на сколько переплатил. Шесть медяков за ужин и комнату и целых пол серебряной монеты за лошадь! И это при том, что, как я посмотрел на форуме, в одной серебряной монете аж целых сто медных! А в одной золотой — сто серебряных! Ох нагрели меня, чую!
Покинув трактир, мы прошли за угол, под деревянный козырек, и оказались у коновязи. Должно быть здесь путники привязывают своих лошадей, когда приезжают в деревню. Не останавливаясь, мы прошли по узкой тропке меж стеной трактира и коновязью и оказались на заднем дворе, где и стояла крытая конюшня — эдакий большой сарай, перед которым на солнышке просушивалось сено для лошадей. Миновав дворик, оказались внутри.
Десяток стойл, по пять с каждой стороны, являли собой эдакие деревянные загоны с лошадьми разной масти и, вероятно, породы, потому как я заметил одного тяжеловоза в дальнем углу. Всего семь парнокопытных.
— Господин, из лошадок на продажу осталось шестеро.
Вероятно, тяжеловоз не продавался.
— Вам посмирнее или побыстрее да поноровистее?
Ариадна хитро смотрела на меня, сбросив наконец маску послушной доченьки. Её взгляд буквально лучился смехом: «Я узнала тебя! Впрочем, если ты хочешь продолжить играть в эти игры — пожалуйста, я не против!»
— Мне лошадку поспокойнее.
Пройдя к центральному загону, девушка вывела тихую пегую лошадку с добрыми глазами. Кляча спокойно подошла и обнюхала меня. Фыркнула, явно почувствовав запах вампира, но возмущаться не стала, продолжив исследовать запахи и искать у меня вкусняшку.
— Кажется вы ей понравились, — хмыкнула Ариадна. Она откуда-то извлекла яблоко и протянула мне. Аккуратно приняв из прохладных пальчиков девушки плод, я протянул его кобыле. Осторожно взяв одними губами яблоко из моей ладони, лошадь с аппетитом захрумкала им.
— Удивительно, чтобы лошадь не боялась вампира.
Я вздрогнул.
Ариадна подошла к двери за моей спиной и осторожно опустила засов, запирая нас. На мой вопросительный взгляд пояснила:
— Чтобы нам никто не мешал.
— Запомнила меня? — спокойно спросил я, потрепав лошадь по гриве. — Темно ведь было.
— Запомнила. На той поляне было достаточно светло, а отец хорошо научил меня запоминать.
— Хороший у тебя отец, — я хмыкнул. Разговор зашел в тупик.
— Почему ты не выпил мою кровь? — неожиданно спросила девушка. — Мне никто не поверил, что ты даже не прикоснулся ко мне.
Из-за подобного построения фразы, выходило, как будто она обижена на то, что я не прикоснулся к ней.
— Ты не заслужила смерти, — наконец обронил я, поворачиваясь и смотря девушке прямо в глаза.
— Жаль отец этого не понимает… — тихо пробормотала Ариадна с затаенной обидой. Тут же добавила, поджав губы:
— Тебе нужно уходить. Если наши узнают кто ты — на тебя начнется облава.
— Твой отец прав, — не спешил я воспользоваться советом девчушки. — Не обижайся на него за то, что он хочет тебя защитить. Вампиры — не добрые и не пушистые. Вампиры столь же опасны, как и оборотни. Любой из вампиров пустит тебя на мясо, а точнее сделает своей рабыней для утех, попутно получая от тебя дозу крови — снова и снова! И так, пока ты однажды не умрешь от истощения.
Я сделал шаг вперед и навис над девчушкой.
— Никогда. Не. Доверяй. Никому. Особенно оборотням и вампирам. То, что я тебя спас, не значит, что так сделают другие. Я — исключение из правил. Исключение — подтверждает правило.